HERALD HYDROBIOLOGY

Ученые труды А.И.Набережного

Рыба Днестра

К вопросу об экологии и прoмысловом значении некоторых рыб Днестра

Река Днестр с ее пойменными водоемами является одним из основных рыбопромысловых объектов Молдавии. Несмотря на это, изучением ихтиологического состава, а тем более биологии и промысловых запасов рыб Днестра, никто по существу не занимался.
Есть опубликованные работы прошлого столетия, из которых наиболее существенное значение имеют работы К. Ф. Кесслера по изучению видового состава рыб Днестра. Освещая ихтиологический состав Днестра, К. Ф. Кесслер одновременно с этим подчеркивал его реофильный характер, в отличие от ихтиологического состава р. Днепр. Обычные для Днестра реофильные формы — голавль (Leuciscus cephalus L.), вырезуб (Rutilus frissii Nord), марена (Barbus barbus L), стерлядь (Acipenser ruthenus L.) и подуст (Chondrostoma nasus nasus B.) в Днепре встречаются сравнительно редко. В то же время обычные днепровские формы — лещ (Abramis brama L.), линь (Tinсa tinсa L), карась (Carassius carassius L.), плотва (Rutilus rutilus L.), красноперка (Scardinius erythrophtalmus L.), окунь (Perca fliviatilis L.) и щука (Esox lucius L.) сравнительно редко встречаются в русле Днестра.
Кроме того, К. Ф. Кесслер разделил изученный им участок Днестра на две ихтиологические части — среднюю — от границ Галиции до г. Дубоссар и нижнюю — от г. Дубоссар до устья Днестра. Несмотря на значительную давность, высказанные К. Ф. Кесслером положения не утратили своего значения и до настоящего времени.
В двадцатых годах текущего столетия Ф. Егерман в низовье Днестра частично занимался изучением ихтиофауны. Ф. Егерман, кроме видового состава рыб, касается рыбопромыслового значения пойменного водоема — Кучурганский лиман.
Настоящая статья должна заострить внимание на специальном и всестороннем изучении состава, экологии, промыслового значения и запасов ихтиофауны р. Днестра.
Ихтиологический материал, используемый в данной статье, собран в июле-августе 1947 г. на участке Днестра от г. Галич до устья и в апреле-мае 1948 г., — на участке Днестра от г. Рыбницы до устья Днестра. Сборы ихтиологического материала производились с помощью рыбаков, производивших промысловые уловы неводом, сетями, вентерями, переметами и другими орудиями лова, в зависимости от условий. Всего собрано и обработано свыше 1000 экземпляров различных видов рыб Днестра.
Одновременно с систематической обработкой собранных материалов, с помощью окуляр-микрометра по годовым кольцам на чешуе, путем, обратного расчета, устанавливался темп роста экземпляров рыб.
Кроме этого, на основании анализа содержимого в желудках и кишечниках рыб, изучался спектр их питания, хотя данные об этом очень приближенные, так как по каждому из приведенных видов обработано от 5 до 15 экземпляров. Упитанность определялась по формуле Фультона.
Данные о промысловом значении отдельных видов рыб и рыбопродуктивности Днестра базируются на сводных материалах Молдавского государственного рыбопромышленного треста за пятилетний период.
Что же касается времени хода проходных и полупроходных рыб и мест их нереста, то эти сведения частично установлены наблюдениями, а частично получены из материалов Рыбтреста и опроса рыбаков Днестра.
В сборе и обработке ихтиологического материала, кроме авторов, активное участие принимал также старший преподаватель кафедры биологии Кишиневского государственного педагогического института С. Ф. Кутишевский, которому мы искренне благодарны.
Условия, в которых живут и развиваются любые организмы, а в данном случае рыбы, имеют решающее значение для их качественных и количественных показателей. Поэтому нам кажется необходимым хотя бы в самых кратких чертах отметить те экологические условия, которые определяют ихтиологический состав и некоторые его биологические особенности в Днестре.
По своим гидрологическим особенностям река Днестр может быть отнесена к типу горных рек, хотя и с не совсем резко выраженными чертами.
Экологические условия для жизни и развития рыб на большей части протяжения Днестра являются не особенно благоприятными.
Непостоянство уровенного режима, быстрое течение и значительная мутность воды, достигающая максимума 2 кг взвеси в одном кубометре воды, затрудняют, а подчас и совсем не дают возможности развитию прибрежной растительности. А это, в свою очередь, исключает развитие прибрежной зарослевой фауны, играющей, как известно, не последнюю роль в кормовых ресурсах рыб. Этим же объясняется и скудное развитие планктона как в количественном, так и в качественном отношении. Даже в низовье Днестра, по заключению Д. О. Свиренко фитопланктон отличается большой качественной и количественной бедностью, отсутствием массовых вегетации и доминирующей ролью диатомей. Еще в большей степени эти черты фитопланктона выражены в среднем участке Днестра, не говоря уже о его верховье.
Также качественно и количественно беден животный планктон. Количество зоопланктеров в одном кубометре воды колеблется от 77 до 5483 экземпляров, из которых по видовому и количественному составу 90% представляют коловратки. Избыточная мутность воды, засоряющая фильтрационные аппараты зоопланктеров и отяжеляющая их, а также ограниченность водорослей, служащих питанием зоопланктеров, лимитируют их качественный и количественный состав.
Если подойти с точки зрения кормовой значимости зоопланктона русла Днестра для рыб, то его биомасса по Цеебу (115) составит от 0,35 мг до 25,22 мг в 1 куб м воды, или от 7 до 500 г. на гектар в водном слое толщиною в 2 метра. Естественно, что такие планктические кормовые ресурсы больше чем недостаточны, и они лимитируют развитие и рост мальков днестровских рыб, которые в раннем возрасте питаются исключительно планктоном.
Биомасса донной фауны русла Днестра, за исключением песчаных и песчано-галечных грунтов, представлена довольно богато. Плотность заселения дна колеблется от 3522 до 95 000 организмов на один квадратный метр, сырая биомасса которых весит от 18,5 до 211,5 г. или от 185 до 2115 кг на один гектар. Но нужно полагать, что не везде и не для всех видов рыб эта обильная донная фауна Днестра вполне доступна, как источник питания. Тем более что в общей сложности 95% биомассы донной фауны Днестра представлены реофильными моллюсками с твердой раковиной. Лишь в нижней части Днестра значительную роль в образовании биомассы играют олигохеты, амфиподы, личинки тендипедид и поденок.
Однако гидрологический режим Днестра не только косвенно, но и непосредственно влияет на количественный и качественный состав рыбного поголовья Днестра. Непостоянство уровенного режима Днестра отрицательно сказывается на воспроизводстве подавляющего большинства рыб, а максимальная мутность воды обычно приводит к скату рыб из Днестра в лиман. В отдельных же и не так редких случаях максимальная мутность воды приводит к замору рыбы, которому в первую очередь подвержены осетровые и карповые промыслово-ценные формы.
Все эти факторы, вместе взятые, создают не весьма благоприятные экологические условия для развития и роста ихтиофауны Днестра и прежде всего отрицательно сказываются на ее количественном составе.
К этому следует добавить, что пойменные условия воспроизводства и нагула промыслово-ценных карповых рыб (сазан, лещь, тарань) в связи со специфичным внутригодовым распределением стока также неблагоприятны, о чем было сказано в работе М. Ф. Ярошенко.
В результате этого естественные рыбопромысловые возможности Днестра не соответствуют его водоносности. Об этом же свидетельствуют и некоторые литературные данные прошлого столетия. Так, например, по А. Скальковскому стоимость годовой добычи рыбы в Днестре и Днестровском лимане в первой половине прошлого столетия оценивалась в 1950 руб. серебром, что по средним ценам того времени составит 9-10 тысяч центнеров. Незначительные рыбопромысловые возможности Днестра в те времена подчеркиваются и в статье «Промышленность Бессарабской области», где сказано, что лов рыбы в Днестре производится преимущественно для собственного потребления. И если, как утверждает Крашевский (J. Kraszewsкi), греческие колонисты наполняли здесь во времена Геродота свои амфоры соленой рыбой для отправки в Грецию, то это происходило только за счет недоедания колонизированного ими населения.
Как обычно для всех рек, рыболовство в Днестре сосредоточено, главным образом, на его нижнем участке, от г. Бендеры и ниже. Выше Бендер лишь в районе г. Рыбницы более или менее развито плановое рыболовство. Что же касается верхнего участка Днестра, то рыболовство там носит скорее любительский, чем промысловый характер.
В целом по Днестру и Днестровскому лиману, за период с 1945 по 1949 г. включительно, годовой улов рыбы колебался от 6536 центнеров до 9641 центнера. Среднегодовой рыбопромысловый улов за этот же период составляет 7647 центнеров. А если принять во внимание, что примерно 10% улова рыбы обычно не поступает в учет и идет «на сторону», то среднегодовую рыбопродуктивность Днестра и Днестровского лимана можно принять за этот период около 8500 центнеров.
Судя по некоторым данным, из общей суммы в 7647 центнеров среднегодового улова 50% вылавливается в Днестре и его пойме. Основной удельный вес в рыболовстве на Днестре и его пойменных водоемах принадлежит Молдавскому государственному рыбопромышленному тресту, который облавливает наиболее продуктивный участок Днестра в пределах Молдавии.
За указанный выше пятилетний период годовой улов рыбы по госрыбпромтресту на участке Днестра от города Рыбницы до села Паланки (вместе с пойменными водоемами) колебался от 1088 центнеров в 1945 году до 3017 центнеров в 1949 году. Среднегодовой улов за этот же период составляет 2113 центнеров. Если учесть облавливаемую водную площадь Рыбтрестом, то получится, что рыбопродуктивность ее составит 6-7 кг/га, что равняется рыбопродуктивности одного лишь русла Волги или Камы.
К великому сожалению, в распоряжении Рыбтреста нет количественных данных улова отдельно по руслу Днестра и его пойменным водоемам, что затрудняет возможность сделать необходимые обобщения и выводы.
Основную роль (50 %) в среднегодовом рыбопромысловом улове играет крупный частик (сазан, лещ, щука, сом) и мелкий частик (48%). Осетровые же составляют всего лишь 1,9% среднегодового улова, колеблясь по годам от 1,1 до 4,4% годового улова. Таким образом, удельный вес осетровых в рыбопромысловых уловах на Днестре почти такой же, как и в уловах на р. Урал (1-2%), но абсолютные показатели там несравненно большие несмотря на то, что Урал по водоносности мало отличается от Днестра.
Значительный процент в весе рыбной продукции Днестра мелкого частика и ограниченный вес осетровых свидетельствуют о невысоком ее качестве в целом. Причиной такого положения в Днестре следует считать вышеприведенные экологические условия обитания рыб, но ни в коем случае не перелов. Во-первых, на большей части водной площади Днестра и его пойменных водоёмов условия облова неблагоприятные и применение орудий активного лова здесь невозможно. Во-вторых, в средних пробах из промысловых уловов относительно обычными являются промысловые рыбы в возрасте 6-7 и больше лет, а отдельные экземпляры встречаются в возрасте 12-14 лет.
Хотя приведенные данные не исключают отрицательного влияния на количественный состав промысловой ихтиофауны Днестра хищнического истребления маломерной рыбы арендаторами Румынии во время оккупации Бессарабии и гибели мальков в заболоченных пойменных водоемах.
Основными промысловыми видами рыб в Днестре в настоящее время являются: белуга (Huso huso L.), стерлядь (Acipenser ruthenus L.), осетр (Acipenser guldenstadti Br.), севрюга (Acipenser stellatus Pal.), щука (Esox lucius L.), судак (Lucioperca lucioperca L.), сазан (Cyprinus carpio L.), сом (Siluris glanis L.), лещ (Abramis brama L.), марена (Barbus barbus L.), чехонь (Pelecus cultratus L.), тарань (Rutilus rutilus heckeli N.), рыбец (Vimba vimba vimba natio carinata Pall), жерех (Asplus aspius L.), подуст (Chondrostoma nasus nasus n. borysthenicum Berg.)
Согласно сводке Л. С. Берга, «Рыбы пресных вод СССР и сопредельных стран» 1949-1950 гг., в Днестровском бассейне насчитывается 75 видов и подвидов рыб и два вида предполагается. Экспедиционными исследованиями отдела зоологии Молдавского филиала АН СССР на участке Днестра от г. Галича и до устья обнаружено из них следующие 49 видов.

Семейство осетровых (Acipenseridae) представлено в Днестре очень ограниченно следующими формами:
1. Белуга (Huso huso L.) среди осетровых занимает первое место в промысловых уловах и составляет 42% общего веса осетровых. В свое время, по данным К. Ф. Кесслера, белуга хотя и редко, но поднималась до села Старая Ушица. В настоящее время она очень редко вылавливается в районе города Сороки. Непосредственными наблюдениями экспедиции было установлено, что белуга имелась в районе г. Рыбницы в апреле месяце 1948 года, где было выловлено 3 экземпляра самок весом от 40 до 67 кг, с текучей икрой. Судя по этому, места нереста были расположены где-то на участке Днестра между Рыбницей и Сороками. Крупные экземпляры этой рыбы весом 300-400 кг встречаются в Днестре как исключение.
2. Стерлядь (Acipenser ruthenus L.) является обычной формой для Днестра почти на всем его протяжении. Более часто встречается стерлядь на участке от города Могилев-Подольска до села Ваду-луй-Воды включительно. В учтенных промысловых уловах, в среднем за пять лет, стерлядь составляет 14,2% улова осетровых. Но ежегодный улов ее очень неравномерный и колеблется от 0 до 31 центнера. Ловится стерлядь обычно мелкая, длиною в 18-57 см и весом в 150-370 г.
Судя по составу содержимого исследованных желудков стерляди, основной ее пищей являются личинки тендипедид, симулид и поденок. Последние представлены, главным образом, личинками Polymitarcis и Palingenia.
Не последнюю роль в пищевом рационе стерляди играют также амфиподы. В одном из желудков стерляди было обнаружно вполне сохранившихся 594 экземпляра личинок тендипедид, 662 экземпляра личинок симулид и 19 личинок поденок. Остальная масса, вес которой достигал 17,5 г. представляла собой пищевую кашицу из фрагментов названных личинок и амфипод. Интересно отметить, что основную массу (566 экземпляров) личинок тендипедид, обнаруженных в приведенном желудке стерляди, составляли личинки пелореофильной формы — Tendipes plumosus — reductus. Это говорит о том, что стерляди охотно нагуливаются на илисто-песчаных грунтах, питаясь преимущественно личинками насекомых и ракообразными. Семьдесят восемь процентов встречаемости в пище стерляди составляют тендипедиды, столько же поденки, 44% — амфиподы и 56% составляют личинки симулид, трихоптер и других насекомых. Реофильные моллюски очевидно не используются стерлядью в пищу, так как никаких следов их в содержимом желудков не обнаружено.
На основании анализа содержимого желудков стерляди можно считать, что её свободно можно нагуливать в закрытых водоемах типа Кучурганского лимана, а тем более полупроточных прудах, сооружаемых на малых реках республики.
Опыты нагула стерляди в пойменных водоемах Татарской АССР производились Аристовской Г. В. Эти опыты дали положительные результаты, несмотря на то. что в подопытных водоемах содержание кислорода снижалось до 19%, а у дна, в отдельных случаях, даже до 0.
Для Молдавской ССР положительное разрешение этого вопроса имеет исключительно важное значение.
Места нереста стерляди расположены в районе Залещики, Хотина, Могилев-Подольска, Рыбницы, Стохная и Чобручи русские — в верховье днестровского рукава Турунчук.
3. Русский осетр (Acipenser guldenstadti Br.) является наиболее редким представителем среди осетровых рыб Днестра. Удельный вес русского осетра в уловах красной рыбы в Днестре в среднем за пятилетие составляет 8%, но ловится он не каждый год. По данным К.Ф.Кесслера, раньше осетр поднимался до Хотина, в настоящее время он отмечен также в районе Могилев-Подольска и Рыбницы. Места нереста осетра известны ниже Рыбницы в районе сел Стохная и Сахарна.
4. Севрюга (Acipencer stellatus Pall.) по встречаемости стоит на первом месте после стерляди. Ее удельный вес в среднегодовом улове осетровых составляет 35,5%. В промысловых уловах встречаются экземпляры весом до 30 кг. Основную роль в составе пищи севрюги играют личинки тендипидид, амфиподы, олигохеты. Используются в пище также пиявки, личинки поденок, преимущественно Polymitarcis, и других насекомых. Подавляющее большинство компонентов нищи севрюги является пелореофилами. Моллюски в составе пищи севрюги не обнаружены.
По литературным данным севрюга поднимается по Днестру до устья Збруча, экспедиционными исследованиями отдела зоологии она обнаружена лишь около шор. Сорок. Места нереста севрюги известны в районе села Тарасово, гор. Рыбница и ниже — в районе сел Стохная и Сахарна.
В промысловых уловах осетровые встречаются в итечение всего вегетационного периода, но главным образом во время нерестового хода — в апреле-мае и осенью в сентябре-октябре месяце. Осенний ход рыбаки считают обратным скатом осетровых в море, что несомненно ошибочно. Случаи поимки осетровых, в частности севрюги, которые имели место зимой на ямах в Турунчуке, в низовье Днестра, свидетельствуют о наличии в Днестре озимой расы осетровых, особи которых заходят в реку с осени и до весны залегают здесь на ямах.
Семейство сельдевых (Clupeidae) представлено в Днестре очень ограничено и в промысловых уловах заметного значения не имеет.
1. Черноморская сельдь (Caspialosa kessleri pontica Eich) по данным К.Ф.Кесслера поднимается до Ямполя, но экспедиционными исследованиями отдела зоологии она обнаружена единичными экземплярами во время хода в апреле месяце не выше Тирасполя.
2. Дунайский пузанок (Caspialosa caspia nordmani Ant.) также встречается единичными экземпдярами в верховье Турунчука во время апрельского хода.
3. Тюлька (Clupeonella delicatula m. cuitriventris Nord.) по утверждению рыбаков поднимается до гор. Тирасполя, но экспедиционными наблюдениями отмечена в августе лишь до села Раскайцы. По Егерману в промысловых уловах за 1922-1925 гг. на Кучурганском лимане тюлька составляла от 4,2 до 27,5%.Теперь же, в связи с обмелением ериков, ее заход туда значительно затруднен и промысловое значение ее в Днестре упало.
Семейство щуковых (Esocidae), как известно, представлено в Европе одним видом.
Щука (Esox lucius L) встречается в тех участках Днестра, где развиты пойменные водоемы.
Удельный вес щуки в среднегодовом промысловом улове составляет 8,5%, а в отдельные годы (1949) улов ее достигает почти 15% (373 центнера) годового улова. Улов производится, главным образом, в феврале-марте месяце, в нижней части Днестра и в пойме во время хода на нерест.
По материалам, собранным в августе месяце из Кучурганского лимана, коэфициент средней упитанности щуки, по Фультону, равняется 1,25. Темп роста трехгодовалых особей щуки, установленный путем обратного исчисления по чешуе, значительно интенсивнее, чем уральской щуки. Это видно из следующих сравнительных возрастных и линейных данных в см:

Возраст I II III
Днестр 18,6 32,8 38
Урал -по Тихому (13) 16,7 30,5 35,8

Семейство карповых (Cyprinidae) представлено в Днестре наиболее миогочисленно и разнообразно. Естественно, что и в промысловых уловах представители карповых в весовом и количественном отношении имеют доминирующее значение.
Плотва (Rutilus rutilus L.) встречается преимущественно в тех участках Днестра, где более или менее развита пойма. Она обычна на участке Днестра в районе Галича-Нижнева, редко встречается в среднем участке Днестра и снова является обычной в его нижней плавневой части, где играет некоторую роль в промысловых уловах мелкого частика. Такое распределение плотвы по протяженности Днестра связано, главным образом, с ее местами нерестилищ на полоях и в пойменных водоёмах, которых она придерживается и во время нагула. Нерест плотвы происходит в апреле — мае месяце.
2. Тарань (Rutilus rutilus heckeli Nord.) обнаружена в Днестре экспедиционными исследованиями в апреле месяце до Тирасполя. В уловах установлены преимущественно двухлетние и единично трехлетние особи. Во время летних исследований тарань в Днестре не установлена. Промысловое значение тарань приобретает во время весеннего улова в пойменных водоемах низовья Днестра, где по количеству в некоторых уловах состав её достигает 22-23%. Но всё же в настоящее время промысловое значение тарани в среднегодовых уловах Рыбтреста минимальное и измеряется десятыми долями процента. Это объясняется отсутствием достаточной площади необходимых нерестилищ для тарани и сокращением её хода на нерест.
3. Вырезуб (Rutilus frisii Nord.), типичная реофильная форма и является обычной для Днестра. Особенно характерен вырезуб для верхнего и среднего участков Днестра. Ниже Дубоссар вырезуб встречается уже довольно редко, а в самом низовье. Днестра, кроме случаев замора и нерестового хода он совсем не встречается.
Среди вылавливаемых особей вырезуба подавляющее большинство их достигают длины до 20 см и веса до 200 гр, очевидно поэтому в промысловых уловах отдельно вырезуб не числится, а входит в состав мелкого частика, хотя он и не является редкостью. Редкие особи достигают веса свыше 500 г. а весом свыше одного килограмма (1570 г) и длиною 415 мм за время исследования был обнаружен всего лишь один экземпляр.
Встречается вырезуб в Днестре в течение всего вегетационного периода, причем лучше упитанные экземпляры его обнаружены в верхнем участке Днестра, хотя темп роста почти одинаковый. Вообще же рост вырезуба в Днестре не отличается особой интенсивностью, что видно из следующих данных, полученных путем обратного расчисления по чешуе:

Возраст I II III IV V VI VII VIII IX X
Длина в см 4,9 8,3 11,7 15,1 18 20,5 23,7 28,3 34,1 35,4

Что же касается питания вырезуба, то оно в Днестре остается неясным, так как просмотрено содержимое лишь одного желудка, в котором обнаружены остатки раковины Viviparus viviparus.
Нерест вырезуба протекает в Днестре в апреле — мае месяце и известно лишь одно место его нереста в районе г. Залещики.
4. Елец (Leuciscus leuciscus L.) встречается в Днестре почти на всем протяжении исследованного русла, начиная от Галича, но в очень ограниченном количестве и промыслового значения не имеет. Коэффициент упитанности 1,6, темп роста, среднее из двух особей, составляет:

Возраст I II III IV
Прирост в см 4,8 2,5 3,9 2,5

5. Голавль (Leuciscus. cephalus L.) является обычным компонентом ихтиофауны верхнего и среднего участков Днестра. В низовье Днестра попадается довольно редко. Несмотря на обычную встречаемость голавля как в Днестре, так и в промысловых уловах, промысловое значение его незначительно, что объясняется небольшой его величиной и отходом в разряд мелкого частика. Максимальные размеры голавля установлены в промысловых уловах 26-33 см. Вес их достигает 300-650 гр. Такие особи встречаются единичными экземплярами в возрасте 9-11 лет; подавляющее же большинство особей голавля не превышает 6-летнего возраста с максимальной длиной 23 см и весом 357 гр.
В составе пищи голавля по встречаемости обнаружено 50% олигохеты, 50% — остатки мальков карповых рыб, 25% — амфиподы, 25%личинки поденок Polymitarcis и 25% фитоплактон, преимущественно диатомеи. Пищевой спектр голавля свидетельствует прежде всего о неиспользовании им основной биомассы донной фауны Днестра, моллюсков, а также об однообразии питания, несмотря на то, что распространен голавль преимущественно в среднем и верхнем участке Днестра, где реофильные моллюски и трихоптеры обильно представлены.
Интересно отметить, что темп роста голавля в верхнем участке Днестра несколько выше темпа его роста в среднем участке Днестра, в то время как коэфициент упитанности его в верхнем участке (1,6) меньше, чем в среднем участке (1,9).
Показатели темпа роста голавля видны из следующих возрастных линейных данных в см:

водоемы возраст
I II III IV V VI VII
верхний участок Днестра 4,5 7,8 10,6 14,0 17,3 21,5  
средний участок Днестра 4,3 6,9 9,5 12,9 16,7 18,9 21,9

Места нереста голавля известны в районе Галича, Хотина и Могилев-Подольска.
6. Язь (Leuciscus idus L.) является очень редкой рыбой в Днестре. Встречается он только в его низовье и никакого промыслового значения не имеет. За время экспедиционных исследований язь был обнаружен лишь один раз в устьевой части Днестра, в мае месяце, в количестве трех экземпляров. В содержимом желудка язя обнаружены вальваты, гаммариды, тендипедиды.
7. Краснопёрка (Scardinium erythrophtalmus L.) в самом русле Днестра встречается очень редко. Но в пойменных водоемах в районе Днестра она является обычным компонентом ихтиофауны и играет определенную роль в промысловых уловах мелкого частика, составляя, в некоторых случаях, свыше 1% общегодового улова. Нерест красноперки происходит в мае — июне месяце в пойменных водоемах.
8. Жерех (Aspius aspius L.) встречается на всем протяжении обследованного участка Днестра, от Галича до устья, но более обычным бывает ниже города Рыбницы. Промысловое значение жереха ничтожное, измеряется десятыми долями процента и не каждый год. Коэфициент упитанности его одинаковый (1,4) как у форм, выловленных в русле реки, так и у форм из пойменных водоемов. Однако бросается в глаза значительная разница в темпе роста, что видно из следующих сравнительных данных прироста тела в см за год:

водоемы возраст
I II III IV
Русло Днестра 4,2 2,7 3,7 4,2
Кучурганский лиман 12,1 9,7    

Средние данные прироста тела жереха за год в Кучурганском лимане очень близки (13,3 см. 1 г. — 10,2 см. II г.) к показателям роста этой рыбы в оз. Ильмень и свидетельствуют о благоприятных для него условиях обитания в Кучурганском лимане.
В уловах жерех попадается обычно до пятилетнего возраста; гораздо реже встречаются особи 6-9 лет, длина которых достигает 42 см и вес свыше 1 кг.
9. Линь (Tinea tinea L.) встречается в пойменных водоемах Днестра и его притоков; главным же образом он имеется в пойменных водоемах низовья Днестра. Но промысловое значение линя ничтожно. Нерестится линь в мае-июне месяце в пойменных водоемах.
10. Подуст (Chondrostoma nasus nasus n. borysthenicum Berg.) является типичным компонентом ихтиофауны верхнего и среднего участков Днестра до гор. Дубоссар. Ниже Дубоссар подуст встречается значительно реже и поэтому не имеет существенного значения в промысловых уловах Рыбтреста.
Судя но содержимому желудков подуста, последний также избегает питаться моллюсками. Состав пищи его состоит, по встречаемости, из фитопланктона (100%), зоопланктона (66%), личинок поденок (33%), личинок тендипедид (33%) и высшей водной растительности (33%). Наличие в желудке ила свидетельствует о том, что личинки поденки Palingenia и тендипедид являются не случайными компонентами пищи подуста, а очевидно подобраны им со дна.
Что касается упитанности и темпа роста подуста, то показатели их значительно лучше в верхнем участке Днестра, чем в среднем. Средний коэфициент упитанности подуста в верхнем участке Днестра 1,5 а у отдельных особей достигает 2,1, тогда как в среднем участке Днестра средний коэфициент упитанности 1,3.
В первые годы темп роста днестровского подуста хуже темпа роста волжского подуста (Chondrostoma nasus variabele Jah.) в p. Урал, но значительно лучше его темпа роста в самой Волге, что видно из следующих возрастных и линейных размеров подуста в см:

водоемы возраст
I II III IV V VI
Днестр-верхний участок 6,9 11,3 15,1 18,8 22,3 25,3
Днестр-средний участок 6,4 10,4 14,4 17,5 21,1 25,2
по Тихому (14) Урал у Лбищенска 7,4 12 15,9 18,7 20,5  
пл Тихому (13) Волга у Рыбинска 6,1 10,4 14,6 18,2 20,6  

Подавляющее большинство подуста попадается в возрасте до пяти лет. Шести- и семилетние особи, размером до 30 см и весом почти 400 грамм, также обычны, но гораздо реже встречаются.
Подусты свыше семи лет в уловах не обнаружены.
11. Пескарь (Gobio gobio L.) распространен на всем протяжении исследованного русла Днестра. В большинстве случаев он придерживается песчаного грунта, но в уловах встречается довольно редко. Это объясняется очевидно незначительными его размерами, которые наблюдаются у вылавливаемых особей в пределах 60-125 мм. Средний вес пескаря 22 гр. Естественно, что никакого промыслового значения он не имеет.
12. Восточный длинноусый пескарь (Gobio kessleri Dyb.) распространен в тех же пределах, что и обыкновенный пескарь, но значительно обильнее представлен в среднем участке Днестра. Как и обыкновенный пескарь никакого промыслового значения в Днестре не имеет.
13. Марена (Barbus barbus L.) является, очевидно, компонентом ихтиофауны среднего и отчасти нижнего участков Днестра, так как обнаружена в уловах, начиная от села Тарасово и ниже. Хотя в самом низовье эта рыба встречается как исключение. В частности обнаружена в уловах из рукава Турунчук.
14. Днепровская марена (Barbus barbus dorysthenicus Dyb.) более широко распространена в верхнем и среднем участке Днестра. Ниже гор. Дубоссар экспедиционными исследованиями днепровская марена не обнаружена. По утверждению рыбаков верхнего участка Днестра, там встречается еще одна форма марены, очевидно В. meridionalis petenyi Heck, но во время исследования эта форма не обнаружена.
Промысловое значение марены в уловах Рыбтреста все же незначительное, так как в нижней части Днестра, где главным образом сосредоточен лов, встречается она не так уже часто. Но в составе ихтиофауны верхнего и среднего участков Днестра марена является одной из самых многочисленных рыб.
В уловах встречаются особи преимущественно до шестилетнего, реже семи-девятилетнего возраста и совсем редко десяти-четырнадцати лет. Максимальные размеры марены — 13-14 лет, превышают 45-49 см. Бросается в глаза поголовная зараженность марены кишечными паразитами из круглых червей и лентецов. Встречаются особи, в кишечнике которых находятся десятки тысяч мелких ленточных червей, заполняющих кишечник полностью, главным образом в тонкой кишке. Паразиты из круглых червей по всей вероятности относятся к власоглавым.
Пища марены относительно разнообразная и по встречаемости состоит из олигохет (66%), личинок тендипедид (66%), моллюсков (58%), личинок подёнок (58%), личинок других различных насекомых (25%), амфипод (8%), мальков рыб (17%) и диатомовых водорослей (66%). Марена, пожалуй, единственная рыба в ихтиофауне Днестра, которая в значительном количестве употребляет в пищу реофильных моллюсков. Из моллюсков в желудках марены обнаружены остатки Lithoglyphus, Bithynia, Theodoxus, Anodonta, Sphaerium, Pisidium. В большом количестве поедаются мареной личинки поденок, главным образом, Polymitarcis, и личинки различных видов тендипедид и трихоптер. Диатомовые водоросли, очевидно, попадают в кишечник при захвате животной пищи так же, как ил и песок.
Упитанность марены на всем протяжении её распространения одинакова, и коэфициент упитанности ее в среднем равняется 1,42. Что же же касается темпа роста, то показатель его выше в верхнем участке Днестра, чем в среднем. Это видно из следующих возрастных данных средних линейных размеров марены в см:

водоемы возраст
I II III IV V VI VII VIII IX X
верхний
участок
Днестра
5,4 10,3 14,2 18,4 22,3 27,7 33,5 38,9 39,8  
средний
участок
Днестра
4,6 8,4 11,3 16,4 20,1 23,8 25,2 30,5 34,6 37,6

Места нереста известны у Галича, Залещик, Хотина, Могилев-Подольска, села Егоровки, выше Сорок, на песчано-галечных и галечных грунтах.
15. Уклейка (Alburnus alburnus L.) является обычным компонентом ихтиофауны Днестра. Имеется на всём протяжении исследованного русла, но наиболее обильно попадалась в сетных уловах от Могилев-Подольска до Дубоссар. В уловах попадаются особи преимущественно трехлетнего возраста и редко четырехлетнего. Старшего возраста уклейка не обнаружена. Максимальные размеры ее — 11-11,5 см; вес их не превышает 18-19 г.
В составе пищи уклейки обнаружены личинки и куколки тендипедид (75% встречаемости) личинки и нимфы поденок (25%), личинки других насекомых (25%), моллюски (25%) и диатомовые водоросли (75%). Из моллюсков встречены Lithoglyphus и Sphaerium, что свидетельствует, по всей вероятности, о вынужденном питании, в связи с недостатком планктонной пищи. Упитанность уклейки в Днестре очень низкая; ее коэфициент ниже единицы (0,83), хотя рост нужно считать нормальным. Это видно из следующих возрастных размеров в см:

Возраст I II III IV
Длина в см 3,8 6,8 8,8 11

16. Русская быстрянка (Alburnoides bipunctatus rossicus Berg.) встречается очень редко и единичными экземплярами в верхнем участке Днестра до гор. Сорок включительно. Возможно, что она распространена и в среднем участке Днестра, но в контрольных и промысловых уловах не обнаружена.
17. Густера (Вliсса bjoerkna L.). Экспедиционными исследованиями обнаружена только в нижней части Днестра, начиная от Ваду-луй-Воды, и в пойменных водоёмах, где она входит в состав мелкого частика промысловых уловов. Особенно заметно промысловое значение густеры в Кучурганском лимане, где удельный вес ее в промысловых уловах достигает иногда до 40%, но в большинстве это мелкие трехлетние формы, размером 86-103 мм и весом до 25 гр.
18. Лещ (Abramis brama L.) кроме нижней части Днестра, где в промысловых уловах он занимает одно из первых мест, встречается также и в районе верхних, надднестрянских болот. Ниже Нижнева и до низовья Днестра лещ попадается обычно единичными экземплярами.
В промысловых уловах Молдавского Госрыбпромтреста, облавливающего, главным образом, нижний участок Днестра и прилегающие пойменные водоёмы, удельный вес леща колеблется от 2,3 до 33% общегодового улова. В среднегодовом же улове за пять лет он составляет 15% и занимает второе место после сазана. Примерно такой же удельный вес леща в промысловых уловах Днестровского лимана, где он стоит на первом месте.
В уловах преобладают 4-5-летние особи, но значительное количество составляют и особи до восьми лет; в возрасте 11 -13 лет встречаются единично и достигают длины до 37-41 см и весом 1-1,5 кг. Коэфициент средней упитанности лещей около 2 (1,8-2,1), но у особей, выловленных в русле среднего участка Днестра, коэфициент упитанности ниже единицы (0,6), что свидетельствует о неблагоприятных здесь условиях обитания для леща.
Рост днестровского леща также нельзя считать благоприятным. Если первый и второй год жизни днестровский лещ обгоняет в росте лещей волжского и уральского, то в дальнейшем он постепенно отстает, что видно из следующих возрастных и линейных данных в см:

водоемы возраст
I II III IV V VI VII VIII IX X
Днестр 6 11,1 14 17,8 19,9 24,6 27,8 30,2 33,3 34,5
по Шапош-никову(15) Волга 3,8 8,1 11,9 17,1 22,2 26,6 30,9 34,8 37,3 39,8
по Тихому (14) Урал 12,5 18,6 22,2 25,8 28,0 31,9 36,3 39,0

Даже максимальная длина леща на 10-м году жизни не превышает 36,5 см. Экстерьер днестровского леща хуже, чем экстерьер уральского леща. Если средний коэфициент (отношение наибольшей высоты тела к его длине без хвостового плавка в %) экстерьера днестровского леща 36,6, то уральского 37-39,3.
Пищевой спектр леща представлен олигохетами (27% встречаемости), личинками различных насекомых (27%), моллюсками (18%), личинками поденок (18%), личинками тендипедид (18%), мальками (9%). Кроме этого, значительный процент встречаемости в пище леща составляет зоопланктон (36%) и фитопланктон (27%). Моллюски представлены в пище родами Limnaea, Viviparus и Valvata, что вполне соответствует экологическим особенностям леща. То же можно сказать и в отношении других групп донной фауны, обнаруженной в желудках леща. Характерно, что остатков высшей водной растительности, которая обычна в пище леща, в данном случае не обнаружено.
Нерест днестровского леща протекает в апреле — мае месяце в пойменных водоемах Днестра. В 1948 г. к пятому мая многие особи уж отнерестились.
19. Белоглазка (Abramis sapa Pal.) в отличие от леща, которого она внешне немного напоминает, на всём протяжении исследованного участка Днестра встречается относительно редко и в промысловых уловах является примесью в большинстве случаев мелкого частика. Интересным является то, что коэфициент упитанности особей, выловленных в верхнем участке Днестра, до Сорок, ниже (1,4), чем у особей, выловленных ниже Сорок (1,6), но интенсивность роста обратная. Это видно из следующих возрастных и линейных данных в см:

водоемы возраст
I II III IV V
верхний участок Днестра до Сорок 5,2 10,3 13 15,7 19,3
средний участок Днестра ниже Сорок 4,1 7,8 10,9 14,3 15,5

Возможно, что здесь сказываются некоторые морфологические отличия, главным образом экстерьер, как результат влияния некоторых отличий экологических условий обитания, но для утверждения такого предположения небоходимы морфометрические. исследования.
В возрастном отношении подавляющее большинство белоглазки встречается до 5 лет. Совсем редки шестилетние особи, максимальная длина которых 21-26 см и вес 150-170 гр.
20. Рыбец (Vimba vimba vimba n. carinata Pall.) распространен на всем протяжении исследованного участка Днестра от Галича до Днестровского лимана. Весной (в марте и апреле месяце) и осенью (в сентябре-октябре месяце), во время хода, рыбец составляет значительную часть промысловых уловов в русле реки. Отдельно, как порода, в промысловых уловах рыбец не выделяется и относится к разряду мелкого частика, хотя удельный вес рыбца составляет в уловах Днестра и Днестровского лимана в целом около 7%.
Подавляющее большинство особей рыбда обнаружено во время летних промысловых уловов в возрасте до шести лет. 7-8-летние особи встречаются значительно реже. Единичные экземпляры рыбца встречены 9-12 лет, длина которых достигает до 33 см и вес свыше 500 гр.
В состав пищи днестровского рыбца входят моллюски (Sphaerium), личинки тендипедид, высшая водная растительность и одноклеточные водоросли. Интенсивность роста видна из следующих возрастных и линейных данных рыбца в см.

Возраст I II III IV V VI VII
Днестр 5,2 11,2 14,1 18,1 21,1 23,9 25,3

21. Чехонь (Pelecus cultratus L.) обнаружена в составе ихтиофауны Днестра, начиная от Рыбницы и ниже, до устья Днестра. На этом отрезке Днестра чехонь в продолжении всего лета является обычным компонентом днестровской ихтиофаны. Весной же (апрель-май) и особенно осенью (сентябрь-октябрь) во время хода на нерест чехонь встречается здесь в большом количестве и составляет значительный процент мелкого частика в речных промысловых уловах.
Подавляющее большинство особей чехони в промысловых уловах попадается в возрасте до 6 лет. Семилетние особи встречаются сравнительно редко; 8-12 лет — единичные экземпляры.
Максимальные размеры особей чехони встречены в возрасте 11-12 лет, длина которых достигает 386 мм и вес до 444 г. Средний вес шестилетних особей 250-260 г. Как правило, чехонь довольно тощая и коэфициент упитанности ее не превышает 1. Интенсивность роста днестровской чехони намного хуже, чем это наблюдается у донской, волжской, кубанской и даже ильменской чехони. Места нереста чехони неизвестны.
22. Горчак (Rhodeus sericeus Pal.) является обычным компонентом ихтиофауны пойменных водоемов Днестра, где и нерестится в течение марта-августа. В промысловых уловах из пойменных водоемов, несмотря на незначительную величину (максимум 80 мм) горчак является постоянной примесью мелкого частика, достигающей в некоторых уловах 4,6% общего количества улова.

водоемы возраст
I II III IV I VI
Днестр 4,8 10 13,6 16,7 21,2 25,8
Ильмень 6,6 11,7 16,2 20,1 23,8 27,2
Кубань 8,9 14,5 19,8 22,5 24,3
дельта Волги 11,0 17,7 23,7 28,0 30,9 33,1
Дон 11,5 18,9 25,5 30,3 32,8 35,1

23. Золотой карась (Carassius carassius L.) является обычной формой для различного типа пойменных водоемов Днестра и устьевых участков его притоков, но никакого промыслового значения не имеет. В загнивающих пойменных водоемах типа оз. Ботна золотой карась исключительно малорослый. Нерест карася наблюдается в мае-июне месяце.
24. Серебряный карась (Carassius auratus gieelio Bloch.) Указан Л. С. Бергом для Днестра, но экспедиционными исследованиями он обнаружен только в районе Галича, в устьевой части притока Днестра — Гнилая Липа. Естественно, что серебряный карась хотя и обладает исключительной плодовитостью и относительно интенсивным ростом, всё же в условиях Днестра он никакого промыслового значения не имеет.
25. Сазан (Cyprinus carpio L) распространен на всем протяжении исследованного участка Днестра — от Галича до Днестровского лимана, и в промысловых уловах Рыбтреста занимает первое место. В общегодовом улове удельный вес его колеблется от 5,5 до 36%. В среднем же за пять лет сазан составляет 23% среднегодового промыслового улова.
Удельный вес сазана в промысловых уловах Рыбпромтреста сопряжен с колебаниями водоносности Днестра. Чем больше и длительней паводки в Днестре, тем больше удельный вес сазана в промысловых уловах Рыбпромтреста Молдавии в Днестре. Причем эта сопряженность уловов сазана с колебаниями водоносности не ограничивается Днестром, но распространяется и на Днестровский лиман. Отсюда напрашивается вывод, что основную роль в промысловых уловах Днестра играет не местная форма сазана, а пришлая с опресненных участков взморья, а возможно и с авандельты Дуная, как наиболее близко расположенной к устью Днестра.
Судя по среднему экстерьеру (h : l = 35,6%), это типичные формы сазана, от которых немногочисленные местные пойменные, камышевые, по терминологии Л. С. Берга, формы отличаются более темной окраской и более низким телом. Больше того, в ряде заболоченных водоемов местная форма сазана становится карликовой.
Попутно с этим необходимо отметить, что высокий уровень воды в Днестре положительно сказывается на промысловые уловы не только в тот же год, но и в последующий, так как значительная часть сазанов, зашедших в пойменные водоемы, сохраняется до зимы и вылавливается подлёдным ловом в январе-феврале месяце следующего года. Например, длительный высокий уровень Днестра в 1948 году положительно сказался на промысловых уловах сазана с начала 1949 года.
Наконец, вопреки установленному М. И. Тихим отсутствию связи нерестового хода сазана с уровнем воды в р. Урал, нерест сазана в Днестре находится в прямой связи с уровнем воды. В частности в 1948 году во время большого летнего паводка в июне наблюдался массовый ход сазана на нерест по руслу Старого Днестра, а 30-31 июля наблюдался скат малька весом в 5-6 г. тогда как обычное время нереста сазана в Днестре — май месяц. Очевидно задержка хода сазана на нерест и самого нереста произошла в связи с недостаточновысоким уровнем воды в Днестре в мае месяце. Это, конечно, не исключает правильности положения высказываемого М. И. Тихим о том, что ход сазана на нерест связан с температурой воды 12°-16°, но при наличии определенного уровня воды, обеспечивающего другие условия нереста.
Хотя здесь возможна и другая причина. Согласно Л. С. Бергу яровые и озимые экологические расы наблюдаются не только у типичных проходных рыб, но также и у полупроходных карповых (сазан, лещ, вобла). Возможно, что в данном случае имеет место запоздалый ход яровой расы сазана.
Характер пищи днестровского сазана довольно разнообразный. В составе его пищи обнаружены олигохеты (54% встречаемости), тендипедиды (54%), моллюски (23%), личинки различных насекомых (23%), амфиподы (16%), личинки поденок (16%), остатки мальков рыб (8%), остатки высшей водной растительности (8%). Кроме этого, в составе пищи сазана часто встречаются зоопланктонные (85%) и фитопланктонные (31%) организмы.
Особенно многочисленны в составе пищи олигохеты, главным образом тубифициды, моллюски — Planorbis, Yalvata, Theodoxus, Anodonta, Pisidium, гаммариды и тендипедиды, преимущественно Tendipes. В некоторых желудках в массовом количестве обнаружена мшанка — Plumatella.
Коэфициент упитанности сазана, выловленного как непосредственно в русле Днестра, так и в его рыбопромысловых пойменных водоемах, неплохой, и в среднем он равняется 2,4-2,6. Рост его нельзя считать хорошим, так как он намного хуже роста сазана Донского и Кубанского, что видно из следующих сравнительных данных линейного размера в см по возрастам:

водоемы возраст
I II III IV V VI VII VIII IX
Днестр 9,7 16,9 25,6 29,8 36,5 40,8 46,7 49,7 53,8
Дон по Бергу 13 24,5 32,5 37,5 42,5 47      
Кубань по Бергу 13 25,5 34 41 43,5 49      

Как видно из приведенных данных, рост днестровского сазана задерживается с первого года жизни и продолжает отставать в последующие годы. Но это относится к речной форме сазана, который, очевидно, и нерестится в реке, так как экземпляры выловлены значитесьно выше пойменного участка Днестра. Кроме того, сеголетки сазана из Кучурганского лимана и оз. Красного имели длину от 10,5 до 16,5 см, а средняя длина (из 28 штук) достигала 13,1 см. Рост пришлой формы сазана еще лучше и средняя длина его составляет I — 13,5 см, II — 21 см, III — 28,5 см.
Подавляющее большинство вылавливаемых сазанов 6-8-летние, но отдельные особи его встречаются в возрасте 13 лет и достигают длины до 67 см, у которых вес одних гонад около 1,2 кг, причем не на последней, а на IV стадии.
Семейство вьюновых (Cobitidae) представлено в Днестре очень бедно и экспедиционными исследованиями обнаружено только два вида.
1. Щиповка (Cobitis taenia L.) мелкая сорная рыба встречается сравнительно редко в Днестре.
2. Вьюн (Misgurnus fossilis L.) является обычной формой в мелких пойменных водоёмах низовья Днестра, но промыслового значения не имеет.
Из семейства сомовых (Siluridae) в Днестре встречается сом (Siluris glanis L.) на всем протяжении исследованного русла.
Промысловое значение сома довольно существенно в условиях Молдавского Госрыбпромтреста. Удельный вес его в общегодовых промысловых уловах колеблется от 1,1 до 5,3%, а в среднем за 5 лет 4%. Сом ловится как в русле реки, так и в пойменных водоемах в течение всего года, но главным образом — в мае — июне месяце, во время нереста.
Состав пищи сома довольно разнообразный. В желудках сома обнаружены моллюски (40% встречаемости) пиявки (40%), амфиподы (40%), речной рак (40%), личинки тендипедид (20%), личинки других насекомых (20%), рыбы (80%) и в одном из желудков обнаружены остатки млекопитающего, очевидно водяной крысы.
Из семейства колюшковых (Gasterosteidae) в процессе экспедиционных исследований обнаружена малая южная колюшка (Pungitius platygaster Kessl.) в пойменном оз. Ботна, расположенном в устьевой части р. Ботна, и трехиглая колюшка (Gasterosteus aculeatus L.) в устьевой части Ягорлыка. Обе эти формы яляются вредными для рыбного хозяйства, так как они поедают икру рыб.
Из семейства морских игл (Syngnathidae) также обнаружен лишь один представитель — черноморская игла — рыба (Syngnatus nigrolineatus Eich), которая довольно широко распространена в самом низовье Днестра и его пойменных водоемах, в частности, в оз. Белом.
Семейство окуневых (Percidae) довольно хорошо представлено в составе ихтиофауны Днестра, но во время экспедиционных исследований обнаружены только следующие их формы:
1. Судак (Lucioperca lucioperca L.) входит в состав промысловых рыб Днестра, но особого промыслового значения в промысловых уловах Рыбтреста не имеет, так как его удельный вес колеблется от 0,2% до 4,6%, а в среднем за 5 лет не превышает 1%.
Экспедиционными исследованиями судак обнаружен в промысловых уловах от Нижнева до устья Днестра, но в подавляющем большинстве случаев вылавливались годовички и двухлетки; редко 5-6-летнего возраста и единичными экземплярами в возрасте до 11 лет. Одиннадцатилетние судаки достигают длины до 75 см и весом до 5,6 кг. Вообще же темп роста днестровского судака хуже уральского, что видно из следующих данных возрастных размеров в см:

водоемы возраст
I II III IV V
река Днестр 14,8 20,7 28,7 34,9 42,9
по Тихому река Урал 16,1 27,9 32,5 41,4 46,9

Пища судака довольно разнообразная и представлена она моллюсками (11% встречаемости), личинками поденок (11%) и карповыми рыбами (78%). Последние были настолько деформированы, что установить род было невозможно.
Нерест судака протекает в апреле-мае месяце в пойменных водоёмах Днестра и, в частности, в Кучурганском лимане.
2. Окунь (Регса fluviatilis L.) также распространен на всем протяжении исследованного участка Днестра и в промысловых уловах пойменных водоёмов составляет значительную часть мелкого частика. В некоторых весенних уловах, в пойменных водоемах, количественно окунь составлял до 85% улова. Подавляющее большинство окуня ловится в возрасте 3-4 лет, размером в 11-18 см. Пятилетние и шестилетние особи встречены единичными экземплярами.
Рост днестровского окуня нельзя считать плохим, так как средние размеры его по годам следующие: 1-й год — 6,1 см, 2-й-10,1 см, 3-й — 13,3 см, 4-й — 15,9 см.
3. Чоп (Aspro Zingel L.) распространен преимущественно в верхнем и среднем участке Днестра. Ниже с. Ваду-луй-Воды, в контрольных и промысловых уловах, во время экспедиционных обследований не обнаружен. В связи с его распространением в трудно облавливаемых участках Днестра и незначительной величиной, промысловое значение чопа ничтожное. Питается он преимущественно личинками поденок (100%) и отчасти мальками рыб. Интенсивность роста чопа видна из следующих возрастных и линейных данных в см:

Возраст I II III IV V VI
Днестр 7,5 11,3 14 16,2 20,4 21,2

В уловах подавляющее большинство чопа встречается в пятилетнем возрасте, намного реже в шестилетнем возрасте, а свыше шести лет встречаются единичные экземпляры. В восьмилетнем возрасте обнаруженные экземпляры чопа не превышают 24 см длины и веса 150 г. Нерестится он в апреле — мае обычно среди камней.
4. Ерш (Acerina cernua L.) и донской ерш (Acerina acerina Guild) распространены на всем протяжении исследованного участка Днестра, но первый более обычным становится, начиная от Ваду-луй-Воды и ниже, а донской ерш, или носарь, более типичный для верхнего и среднего участков Днестра. Распространен ерш как на участке Днестра, так и в пойменных водоемах и является существенной составной частью мелкого частика в промысловых уловах. Хотя следует заметить, что промысловое его значение в уловах Молдавского Госрыбпромтреста незначительно. Но в самом низовье Днестра и в Днестровском лимане удельный вес ерша в мелком частике колеблется от 3 до 14%.
Среди вылавливаемых ершей во время экспедиционных исследований подавляющее большинство было до 4-5-летнего возраста. Гораздо реже 6-7 лет и лишь единичными экземплярами встречены восьмилетние особи. Максимальная длина последних была 17 см и вес их доходил до 150 граммов. Интенсивность роста ерша видна из следующих возрастных и линейных данных в см:

Возраст I II III IV V
Днестр 4,1 6,8 8,5 10,9 13,1

Средний коэфициент упитанности днестровского ерша 1,8; состав пищи довольно разнообразный. По встречаемости, в составе пищи ерша обнаружены 40% олигохет, 20% личинок поденок, 80% личинок тендипедид, 20% личинок других насекомых, 50% зоопланктеры и 50% водорослей, преимущественно диатомовых.
Семейство бычки (Gobiidae) также хорошо представлено в составе днестровской ихтиофауны, но экспедиционными исследованиями обнаружены не все представители этого семейства. Из бычков обнаружены лишь:
1. Бычок-песчаник (Neogobius fluviatilis Pall), который распространен преимущественно в среднем участке Днестра и до устья. В уловах
Молдавского Госрыбпромтреста никакого промыслового значения он не имеет.
2. Бычок-ширман (Neogobius syrman Nord) обнаружен в Кучурганском лимане, где он входит в состав мелкого частика промысловых уловов, как примесь. Во время контрольных обловов обнаружены особи не старше четырех лет, темп роста которых виден из следующих возрастных и линейных данных в см:

Возраст I II III IV
Кучурганский лиман 3 5,6 9,8 10,3

3. Бычок-рыжик (Neogobius cephalarges Pall) обнаружен в низовье Днестра у гор. Маяк.
4. Бычок-гонец (Mesogodius gymnothrachelus Kessl.), обнаружен в верхнем и среднем участках Днестра, где он является обычным компонентом днестровской ихтиофауны и распространен довольно широко.
5. Звездчатая пуголовка (Benthophilus stellatus Sauv) обнаружена в бредневом улове в районе Григориополя в единственном экземпляре.
Кроме этих 49 видов рыб, обнаруженных в Днестре экспедиционными исследованиями, весной 1948 г. по утверждению рыбаков в районе с. Копанки, за 2-3 дня до прибытия туда экспедиционного отряда была поймана минога. В связи с тем, что по указанию Л. С. Берга в Днестре водится лишь один вид миноги — Lampetra mariae, нужно полагать, что это был тот же вид.
Наконец, в притоках верхнего участка Днестра, Быстрице и Ломнице, как утверждает участковый рыбинспектор Днестровской межобластной рыбинспекции т. Скорняков, обычной является ручьевая форель — Salmo trutta m. fario L. К сожалению, проверить это не удалось.
Сравнивая ихтиологический состав Днестра» по его протяженности от г. Галич до устья, легко обнаружить разницу его в верхнем и нижнем участках, особенно если пренебречь влиянием верхних надднестрянских болот. Средний участок Днестра от г. Сороки до г. Дубоссар является их связующим переходных звеном.
В верхнем и, отчасти, среднем участках Днестра типичными компонентами ихтиофауны являются реофильные формы — вырезуб, голавль, подуст, марена, русская быстрянка, чоп и некоторые другие. В то же время в нижнем участке состав ихтиофауны определяется такими компонентами как щука, плотва, язь, густера, лещ, горчак, сазан, вьюн, бычок-ширман, бычок-рыжик и некоторые другие. Лишь незначительная часть компонентов ихтиофауны, таких как елец, пескарь, белоглазка, рыбец, сом, судак, окунь и некоторые другие приспособились в одинаковой степени на всех участках Днестра.
Сопоставляя данные по питанию основных промысловых рыб и рыб, не имеющих промыслового значения в Днестре, несмотря на ограниченность обработанных материалов, можно видеть из приведенной ниже таблицы, что основная биомасса данной фауны Днестра, представленная преимущественно моллюсками, как источник кормовых ресурсов используется рыбами Днестра очень слабо. Главным источником питания днестровских рыб являются личинки поденок, тендипедид и других насекомых, среди которых преобладают личинки ручейников. Олигохеты, амфиподы, за некоторым исключением, используются рыбами в пищу также недостаточно. Это создает пищевую напряженность, которая, нужно полагать, также в значительной мере лимитирует количественный состав ихтиофауны Днестра. Тем более, что сеголетки различных представителей карповых рыб, в связи с ограниченностью планктона, вынуждены питаться донной фауной больше обыкновенного (см. табл.).

Встречаемость основных компонентов пищи рыб в %

  стер-
лядь
сев-
рюга
голавль подуст марена уклейка лещ
Водоросли 22 25 100 66 75 27
Высшие
водные
растения
33
Зоопланктон 66 35
Олигохеты 100 50 66 27
Пиявки 50
Моллюски 58 25 18
Высшие раки 44 100 25 8
Личинки
поденок
78 50 25 33 58 25 18
Личинки
тендипедид
78 100 33 66 75 18
Личинки
других
насекомых
55 50 25 25 27
Молодь рыб 50 17

продолжение

  сазан рыбец сом судак чоп ерш бычки сеголетки
карповых
Водоросли 31 50 50 50 73
Высшие
водные
растения
8 50 18
Зоопланктон 85 50 13 27
Олигохеты 54 40 50 18
Пиявки 40
Моллюски 23 50 40 11
Высшие раки 16 60
Личинки
поденок
16 11 100 20 18
Личинки
тендипедид
54 50 20 80 66 27
Личинки
других
насекомых
23 20 20 17 54
Молодь рыб 8 80 78 33

 

Вместе с тем наблюдаются, что такие в условиях Днестра непромысловые рыбы, как ерш, бычки, чоп, уклейка оказываются серьезными конкурентами в питании промысловых рыб. Наконец, пищевая напряжённость вынуждает многих «мирных» рыб питаться мальками.
В результате неблагоприятных экологических условий обитания и напряжённого пищевого режима, а также недостатка нерестилищ, естественное воспроизводство рыбного поголовья в Днестре в значительной мере ограничено, что и определяет его относительно низкую рыбопродуктивность.
Направление эволюции поймы, мелиоративные и другие мероприятия, направленные на использование поймы в интересах сельского хозяйства, усугубляют затруднение естественного воспроизводства и развития рыбных запасов в Днестре, на что необходимо обратить самое серьёзное внимание. В процессе мелиорации необходимо не только сохранить, но расчистить доступ воды в основные рыбопромысловые пойменные водоемы типа Кучурганский лиман, оз. Красное, Старый Днестр, оз. Адана, оз. Ботна и некоторые другие и превратить их не только в культурные нерестово-нагульные водоемы «дикой» промысловой рыбы, а использовать для нагула культурного карпа и стерляди.
Для улучшения воспроизводства естественных рыбных запасов в этих водоемах, а, следовательно, и Днестра, необходимо широко ввести в практику устройство искусственных нерестилищ, которые оправдали себя во многих водоемах союзных республик.
Необходимо обеспечить свободный скат молоди из этих водоемов в Днестр при спаде воды, задерживая рыбопродукцию товарных размеров, а также повышать в водоемах кормовые ресурсы для рыб путем внедрения в них высокопродуктивных лиманных беспозвоночных животных, что уже осуществляется в братских республиках.
Наличие промысловой продукции Днестра свидетельствует о том, что весь крупный частик, составляющий 50% среднегодового улова, и добрая половина мелкого частика представлены сазаном, лещом, щукой, судаком и другими видами рыб, воспроизводство и нагул которых сосредоточивается в пойменных водоёмах. Поэтому на них в первую очередь следует обратить внимание.

© 1951. Авторские права на статью — принадлежат М.Ф.Ярошенко, И.М.Ганя, О.И.Вальковской, А.И.Набережному, (Молд. филиал АН СССР).
Использование и копирование статьи разрешается с указанием автора и ссылкой на первоисточник HERALD HYDROBIOLOGY

Реклама

Февраль 2, 2010 Posted by | Dnestr, fish | , , , , , , , , , , , , , , , , , , | Оставьте комментарий

Выращивание белого амура и толстолобика

К вопросу выращивания белого амура (СТЕNOPНАRYNGODON IDELLA VAL) и толстолобика (HYPOPHTALMICHTHYS MOLITRIX VAL) в Молдавии
Видовой состав ихтиофауны водоемов Молдавии и в особенности прудовой фонд не использует потенциальных возможностей естественной кормовой базы, что подтверждено исследованиями их рыбохозяйственных возможностей (М.Ф. Ярошенко, 1952] и пищевых взаимоотношений культивируемых в них карпов и карасей [М. Ф. Ярошенко, А. И. Набережный и О. И. Вальковская, 1953].
С целью рационального и более эффективного использования кормовых запасов прудов Молдавии наряду с применением некоторых интенсификационных мероприятий с 1952 года ведутся работы по акклиматизации чудского сига, как объекта поликультуры в прудах [М. С. Бурнашев, 1953; А. И. Ирихимович, 1957]. Все эти мероприятия направлены на более полное использование животных кормовых гидробионтов. Высшая водная растительность и особенно фитопланктон, развивающийся в массе в большинстве наших водоемов, вызывая «цветение» воды, остаются недоиспользованными.
Вселение в эти водоемы растительноядных рыб способствовало бы получению дополнительной ценной рыбопродукции за счет растительных гидробионтов, в полной мере не используемых ни одним видом рыб, разводимых в наших широтах.
Первые опыты по акклиматизации растительноядных рыб (белого амура и толстолобика) в Европейской части Советского Союза начаты еще в 1937 году Всероссийским научно-исследовательским институтом прудового рыбного хозяйства [Ф. М. Суховерхов и А. С. Писаренкова, 1958]. Однако только в последние три года с применением полиэтиленовых пакетов были созданы предпосылки для более массового завоза молоди белого амура и толстолобика. По данным А. И. Кулаковой [1961], за последние два года [1960-1961] было завезено из КНР в СССР более 3 млн. молоди этих рыб.
Первую перевозку белого амура и толстолобика из КНР в Молдавию осуществило в 1961 году Главное Управление рыбного хозяйства при Госводхозе МССР. Из них 30 000 экз. белого амура и 30 000 экз. толстолобика были выпущены на совместное выращивание в выростной пруд Калугер Фалештского рыбхоза, которые и послужили объектом наших исследований.
Сбор молоди проводили ежедекадно, начиная с третьего дня после их выпуска в пруд (14 июля) и до конца сентября. Во время спуска и пересадки на зимовку сеголеток белого амура и толстолобика (16 ноября) было проведено дополнительно еще одно обследование их состояния. Исследованию темпа роста и упитанности было подвергнуто 188 экз белого амура и 125 экз толстолобика. Из них на предмет изучения питания проанализировано соответственно 20 и 25 экз. Обработка кишечников проводилась согласно инструкции ВНИОРХ, составленной П. Л. Пирожниковым [1953].
Упитанность вычислялась по Фультону. Во время выращивания рыб вели регулярные наблюдения за температурой воды, газовым режимом и динамикой кормовой базы, главным образом фито- и зоопланктона.
В выростной пруд воду подавали из головного пруда, в результате чего площадь его почти постоянно составляла 2,5 га, при преобладающей глубине 0,4 м и максимальной 0,7-0,8 м, а в водосборных каналах — до 1,5 м.
В 1960 году пруд летовал, в результате 2/3 его водной площади были покрыты преимущественно солончаковой растительностью с преобладанием Tripolium vulgaris Nees.
Температурный режим воды в пруду в целом был благоприятным в течение всего периода выращивания подопытных рыб. Среднемесячная температура воды в июле была 23,5°, в августе — 22,5° и в сентябре — 17,5°. Суточные колебания температуры воды в связи с мелководностью пруда доходили до 3, а иногда до 5°.
Кислородный режим в основном был в пределах нормы, за исключением утренних часов (с 3 до 6 часов), особенно в первые 15-20 дней выращивания молоди. Суточные колебания содержания кислорода в воде наблюдались от 3,1 мг/л утром в 5 часов до 8 мг/л к вечеру в 21 час. Однако заморных явлений не наблюдалось, в связи с систематической подачей воды из головного пруда в ночное время. Относительная устойчивость белого амура и толстолобика по отношению к низким концентрациям кислорода (до 0,5 мг/л) отмечена П. С. Вовком [1961] в зимних условиях прудов лесостепи и полесья УССР.
Сумма ионов воды выростного пруда колебалась от 2370 мг/л в марте до 3176 мг/л и июне. По соотношению ионов вода пруда относится к сульфатному классу группы натрия с колебанием общей жесткости от 8,8 до 9,25 мг-экв. Активная реакция воды составляла в среднем 8,1.
Обеспеченность выращиваемой молоди белого амура и толстолобика кормовыми гидробионтами, начиная с самых ранних стадий их развития, можно считать удовлетворительной. Из фитопланктона до второй половины августа в массе развивалась Microcystis aeruginosa, численность которой в отдельных прибрежных пробах превышала
80 млн. клеток, вызывая «цветение» воды. Впоследствии она резко упала.
В открытой части водоема преобладали виды Euglena oxyuris, Е. acus, Phacus longicauda, Ph. acuminata, Trachelomonas, Navicula, Cladophora, Stigeoclonium и др. С сентября в фитопланктоне доминировали Nitzschia longissima var reversa.
Зоопланктон исследуемого пруда как по разнообразию, так и по численности — копеподно-кладоцерный. Из обнаруженных 24 форм на долю коловраток приходилось всего лишь 25%, причем более или менее постоянным среди них был только Brachionus angularis.
В состав доминирующих форм из веслоногих ракообразных входили Acanthocyclops vernalis, Paradiaptomus alluaudi и их молодь; из ветвистоусых — Diaphanosoma brachyurum, Daphnia magna и Bosmina longirostris. Попутно нельзя не отметить присутствие в зоопланктоне пруда редких для фауны водоемов Молдавии Scapholeberis kingi Sars и Dunhevedia crassa King. Средняя численность зоопланктона в период наблюдений составляла 216 400 экз/м³ с биомассой 4,1 г. среди которых 95% приходилось на долю ракообразных с колебаниями от 20 000 в сентябре до 683 000 экз/м³ в июле.
Таким образом, абиотические и биотические условия обитания в пруду молоди белого амура и толстолобика можно считать удовлетворительными.
Длительное пребывание в пути молоди белого амура и толстолобика, несмотря на все предосторожности, привело к травмированию части из них. Более чувствителен к перевозке оказался толстолобик.
На травмированных местах (хвостовых плавниках, рыле, глазах и др.) обильно поселялась сапролегния, что приводило к оседанию молоди на дно водоема и к ее гибели. Такое состояние молоди непосредственно сказалось и на ее темпе роста, особенно в первые дни выращивания. К 20 июля, например, средний прирост амура по весу составил
0,2 г. а толстолобика всего лишь 0,07 г.
С 20 июля по 3 августа темп роста молоди увеличивается. За это время у амура весовой прирост составил 5,1 г. а линейный — 3,5 см, что соответственно в 25 и 2 раза больше среднего прироста его особей за первые семь дней. У толстолобика весовой прирост за этот же период составил 2,78 г, а линейный 2,1 см, что соответственно в 12 и 1,7 раза больше, чем у особей от 20 июля.
С 3 по 14 августа весовой и линейный приросты тела амура и толстолобика остаются по-прежнему высокими (табл. 1), но в дальнейшем они несколько замедляются. Например, если с 20 июля по 14 августа среднесуточный прирост веса тела 1 экз амура составлял 0,5 г, то с 14 августа по 26 сентября — 0,17 г, а в октябре всего лишь 0,09 г.
Иная картина обнаружена у толстолобика. В первый период выращивания (20 июля — 14 августа) среднесуточный прирост его тела был равен 0,29 г, а в последующий (14 августа — 26 сентября) он достиг 0,4 г. Однако и в данном случае снижение темпа роста в среднем до 0,18 г падает на октябрь месяц.

Таблица 1

Рост и упитанность сеголеток белого амура и толстолобика в выростном пруду Калугер

Вид
рыбы
  Дата
14.VII 20.VII 3.VIII 14.VIII
Белый
амур
общая
длина
(см)
средняя 2,9 3,2 6,0 9,8
колебания 2,7-3,2 2,5-3,9 5,4-6,8 6,1-12,0
вес (г) средняя 0,3 0,5 5,6 12,6
колебания 0,1-0,7 0,4-1,6 2,0-9,0 6,0-22,0
упитан-
ность
средняя 2,1 2,2 2,2 2,7
колебания 2,0-2,4 1,8-2,5 2,1-2,3 2,4-3,3
Толсто-
лобик
общая
длина
(см)
средняя 2,3 3,1 5,0 7,1
колебания 2,2-3,2 3,0-3,2 3,8-7,3 6,4-9,8
вес (г) средняя 0,15 0,22 3,0 7,5
колебания 0,1-0,2 0,1-1,7 1,0-5,5 3,0-17,0
упитан-
ность
средняя 2,5 1,5 2,3 2,1
колебания 2,5-2,6 1,4-1,6 1,9-2,4 2,0-2,2

продолжение

Вид
рыбы
  Дата
21.VIII 4.IX 26.IX 16.XI
Белый
амур
общая
длина
(см)
средняя 12,5 12,9 13,1 13,4
колебания 11,6-13,5 12,0-13,4 12,0-14,2 10,5-17,5
вес (г) средняя 14,0 18,0 20,0 21,6
колебания 9,0-42,0 12,0-50,0 14,0-65,0 15,7-70,5
упитан-
ность
средняя 2,8 2,7 2,2 2,5
колебания 2,0-3,5 2,5-2,9 2,2-2,3 2,3-2,6
Толсто-
лобик
общая
длина
(см)
средняя 11,1 11,9 12,8
колебания 10,5-11,5 11,5-12,2 11,2-15,9
вес (г) средняя 16,5 20,5 23,5
колебания 10,7-42,0 11,5-66,0 14,2-70,5
упитан-
ность
средняя 2,0 1,8 2,2
колебания 1,9-2,1 1,7-1,9 1,8-3,0

 

Эти различия в темпе роста подопытных рыб мы считаем вполне закономерными и связываем их главным образом с состоянием и обеспеченностью их кормовыми ресурсами.
Белый амур до середины августа в полной мере был обеспечен вегетирующей высшей водной растительностью. В дальнейшем вегетация прекратилась, и амур переключился на питание ее отмирающими остатками и летучками плодов, степень усвояемости которых была крайне низкой. Тостолобик же на протяжении всего периода выращивания был обеспечен сравнительно большим разнообразием и обилием кормового фитопланктона. Изменения видового соотношения фитопланктона не сказалось на интенсивности питания и темпе роста толстолобика.
Белый амур и толстолобик — типичные растительноядные рыбы.
Первая из них использует в пищу в основном высшую водную растительность, вторая — фитопланктон |Е. В. Боруцкий, 1950; А. С. Алиев, 1961; Б. В. Веригин, 1950, 1961; П. С. Вовк, 1954, 1959, 1961; Ф. М. Суховерхое, 1958]. Вместе с тем в Китае, по данным Шень и Линь [С. S. Chen а S. I. Lin, 1935], амуров подкармливают также куколками тутового шелкопряда. Тостолобик не приспособлен к потреблению другой пищи кроме фитопланктона [Е. В. Боруцкий, 1950].
Эти различия в характере питания амура и тостолобика устраняют пищевую конкуренцию не только между ними, но и с другими культивируемыми вместе с ними рыбами, что особенно ценно с рыбохозяйственной точки зрения. Больше того, как показали наши исследования, ни амур, ни тостолобик, по крайней мере в сеголетнем возрасте, не используют в пищу богатые запасы животного планктона и в частности ветвистоусых рачков. Для наглядности достаточно указать, что в массе развивающаяся в течение июля и первой половины августа Daphnia magna (до 230 000 экз/м³) не была обнаружена ни разу в пищевых трактах исследуемых рыб.
Обнаруженные в пищевых комках белого амура компоненты донной фауны (личинки Tendipedidae, Diptera, Ephemeroptera, Nematoda) попадают в кишечники совместно с высшей водной растительностью, на которых они поселяются. По частоте встречаемости (40-100%) первое место среди них занимают личинки тендипедид, а по массовости (до 500 экз) личинки поденок.
В общий пищевой спектр белого амура и толстолобика сеголетнего возраста вошли 49 гидробионтов. При этом многие представители фитопланктона, занимающие третьестепенное значение в их питании, особенно диатомовые Navicula, Nitzschia, Gyrosigma и другие, определены только до рода, а высшая водная растительность была настолько измельчена, что установить ее видовую принадлежность было невозможно.
Общими из них для амура и толстолобика оказались 23 формы, или 46,9%, из которых 30,6% приходится на долю водорослей. Основное ядро фитопланктона в пищевых комках обоих видов рыб было представлено Microcystis aeruginosa, Nitzschia longissima var. reversa, Euglena oxyuris, E. acus, Phacus longicauda, Scenedesmus quadricauda и Volvocinae.
Большое разнообразие фитопланктеров (21 форма) обнаружено в пищевом спектре толстолобика, который для удовлетворения своих пищевых потребностей отцеживает сравнительно большие количества воды со свойственным ей составом фитопланктона. Последний по своей массе играет решающую роль и в определении веса пищевого комка.
До сентября основой питания толстолобика служили сине-зеленые водоросли, частота встречаемости которых была 100%, при численности в отдельных кишечниках до 36 млн. клеток. Наряду с ними постоянно и в значительных количествах потреблялись Euglena oxyuris (в среднем 1,1 млн. экз) и Phacus longicauda (в среднем 735 тыс. экз).
В сентябре с падением численности сине-зеленых в пруду доминирующую роль в питании толстолобика занимает развивающаяся в массе Nitzschia longissima var. reversa. Кишечники толстолобика буквально были набиты этой водорослью, и численность ее в пищевых комках отдельных особей превышала 980 млрд. экз весом 0,250 г. В этот же период толстолобиком в массе поедается Scenedesmus quadricauda (до 9 млн. экз.) Phacus longicauda (2,5 млн. экз.), Е. oxyuris и др.
Судить о степени поедаемости последней можно хотя бы по оставшимся непереваренным в кишечниках парамилловым зернам, численность которых достигала свыше 10 млн. экз.
В ноябре интенсивность питания толстолобика понижается и попрежнему доминируют диатомовые и мелкие Volvocinae. Частично толстолобик питается и молодью зоопланктона, главным образом молодью веслоногих (табл. 2).

Таблица 2

Состав пищи белого амура и толстолобика в выростном пруду Калугер в 1961 году

Компоненты Белый амур
июль август сентябрь ноябрь
к-во %
встр.
к-во %
встр.
к-во %
встр.
к-во %
встр.
Сине-зеленые 1,2
млн.
100 1,7
млн.
75 + 40
Диатомовые 330
тыс.
75 150
тыс.
50
Жгутиковые 1,8
млн.
100 2,6
млн.
100 1,3
млн.
100 1
млн.
60
Зеленые + 20 + 45 50
тыс.
25
Остатки растений редко основная
масса
основная
масса
фрагменты
Коловратки + 40 17 60 30 40
Веслоногие 2 40 70 50 + 20
Ветвистоусые 17 70 + 40 25 40
Тендипедиды + 40 + 70 + 70
Насекомые + 40 + 55 500 70 + 25
Нематоды + 30 + 20

продолжение

Компоненты Толстолобик
июль август сентябрь ноябрь
к-во %
встр.
к-во %
встр.
к-во %
встр.
к-во %
встр.
Сине-зеленые 1,0
млн.
100 24
млн.
100 + 80
Диатомовые + 75 + 100 490 100 180 75
Жгутиковые 210
тыс.
100 1,5
млн.
100 3,2
млн.
100 2,7
млн.
75
Зеленые + 50 5,5
млн.
80 + 25
Остатки растений + 100 + 25
Коловратки + 20
Веслоногие + 50 500 100 500 80
Ветвистоусые + 10 50 50 + 20 50 25
Тендипедиды + 20 + 25
Насекомые
Нематоды

Условное обозначение: " + " единично встречаемые экземпляры

 

В питании белого амура решающую роль играет высшая водная растительность, составляющая более 90% веса пищевого комка. Вместе с ней, как видно из табл. 2, поедаются большие количества эпифитирующих на них водорослей, перечень которых приводится выше.
Наиболее интенсивно высшая водная растительность используется амуром в период ее массовой вегетации. В ноябре интенсивность питания амура сильно понижается, что очевидно связано не только с оскуднением макрофитов, но и падением температуры воды до 9°.
Подводя итог, мы считаем необходимым отметить полную зависимость интенсивности питания белого амура и толстолобика от наличия и разнообразия растительных компонентов в водоеме. Переход на питание животными гидробионтами по-видимому вынужденный, тем более, что обнаруженные в кишечниках личинки Tendipedidae, Ephemeridae, Diptera, ветвистоусые и другие обычно не переварены. Лучше перевариваются коловратки и циклопы.
При конечном облове пруда и пересадки молоди на зимовку белого амура оказалось 17 720 экз, или 59% к числу посаженных, и толстолобик 15 049 экз, или 50%. Средняя навеска белого амура достигала
21,6 г. при линейном размере 13,4 см, а толстолобика — 23,6 г. при длине тела 12,8 см.
Полученные нами конечные показатели веса и линейных размеров близки к приведенным А. Ф. Мухомедовой (1961) для сеголеток белого амура (L = 9 см, вес 18,20 г) и толстолобика (L= 11,26 см, вес 23,2 г), выращенных в условиях нерестово-выростного хозяйства Цымлянского водохранилища, и несколько выше, чем размеры и вес их сеголеток из реки Амур [Н. С. Строганов и Б. В. Веригин, 1954].

выводы
Молодь белого амура и толстолобика, привезенная из КНР, показала широкую приспособленность к местным прудовым абиотическим и биотическим условиям среды.
Обеспеченность естественными кормовыми ресурсами белого амура и толстолобика на протяжении вегетационного периода была удовлетворительной.
Характер питания молоди белого амура и толстолобика определяется разнообразием и обилием фитопланктона и макрофитов в пруду.
Темп роста амура и толстолобика на первом году жизни был интенсивным, несмотря на относительно высокую плотность (24 000 экз/га) посадки.

Литература
Алиев Д. С. Использование белого амура для борьбы с зарастанием водоемов высшей водной растительностью, Тезисы докладов Всесоюзного совещания по вопросам рыбохозяйственного освоения белого амура и толстолобика в водоемах СССР, Ашхабад, 1961.
Боруцкий Е. В. Материалы по питанию амурского толстолобика (Нypophthalmichthys molitrix Val), Труды Амурской ихтиологической экспедиции 1945-1949 гг., т. 1, 1950.
Бурнашев М. С. Итоги работы по доинкубации икры и выращивания молоди сиговых в водоемах Молдавии, Ученые записки КГУ, т. VIII, 1953.
Веригин Б. В. Возрастные изменения молоди толстолобика (Hypophthalmichthys molitrix Val.) в связи с биологией, Труды Амурской ихтиологической экспедиции 1945-1949 гг., т. 1, 1950.
Веригин Б. В. Современное состояние и перспективы рыбохозяйственного использования толстолобика и белого амура в водоемах Советского Союза, Тезисы докладов Всесоюзного совещания по вопросам рыбохозяйственного освоения белого амура и толстолобика в водоемах СССР, Ашхабад, 1961.
Вовк П. С. К вопросу об акклиматизации амурских рыб в водоемах Украины, Тезисы III экологической конференции, Киев, 1954.
Вовк П. С. Выращивание амурских рыб в прудах Украины, Труды Всесоюзного совещания по биологическим основам рыбного хозяйства, Томск, 1959.
Вовк П. С. и Приходько В. А. Состояние и перспективы работ с белым амуром и толстолобиком на Украине, Тезисы докладов Всесоюзного совещания по вопросам рыбохозяйственного освоения белого амура и толстолобика в водоемах СССР, Ашхабад, 1961.
Ирихимович А. И. Особенности роста чудского сига в прудах Молдавии, Известия МФ АН СССР, 1957, № 8(41).
Кулакова А. М. Методы перевозки белого амура и толстолобика в целях акклиматизации в водоемы Европейской части СССР, Средней Азии и Казахстана, Тезисы докладов Всесоюзного совещания по вопросам рыбохозяйственного освоения белого амура и толстолобика в водоемах СССР, Ашхабад, 1961.
Пирожников П. Л. Инструкция по сбору и обработке материалов по питанию рыб, ВНИОРХ, 1953.
Строганов Н. С. и Веригин Б. В. Материалы к вопросу об акклиматизации амурских рыб в Европейской части СССР, «Зоологический журнал», т. 33, вып. 1, 1954.
Суховерхое Ф. М. и Писаренко А. С. Опыт выращивания белого амура и толстолобика в прудах, М., 1958.
Ярошенко М. Ф. Гидробиологический режим и рыбохозяйственные возможности некоторых прудов Молдавии, Известия МФ АН СССР, 1952, № 4-5(7-8).
Ярошенко М. Ф., Набережный А. И. и Вальковасая О. И. Пищевые взаимоотношения карпов и карасей при совместном их выращивании в прудах Молдавии, Известия МФ АН СССР, 1953, № 5(13).
Chen С. S. а. Lin S. j. The fish fry industry of China, Bull. Chekiang province Fisheries Experiment, Station Tinghal, № 4, 1935.

© 1962. Авторские права на статью принадлежат А.М.Зеленину, А.И.Набережному (Институт зоологии АН Молд.ССР).
Использование и копирование статьи разрешается с указанием автора и ссылкой на первоисточник HERALD HYDROBIOLOGY

Сентябрь 14, 2009 Posted by | fish | , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , | Оставьте комментарий

Зоопланктон Дубоссарского водохранилища в первые годы его становления

Зоопланктон и его кормовое значение для рыб в первые годы становления Дубоссарского водохранилища

Общеизвестно, что почти все пресноводные рыбы в различном возрасте в той или иной степени питаются зоопланктоном, биопродукция которого в большинстве стоячих рыбопромысловых водоемов во много раз превышает кормовую продукцию донной фауны. Однако кормовое значение зоопланктона для промыслового стада рыб до сих пор недостаточно выяснено, что в значительной мере затрудняет возможность дать правильную рыбохозяйственную оценку таких водоемов.
Неясным остается вопрос, каков удельный вес зоопланктона в общем кормовом балансе водоема для рыб, а также, при каких обстоятельствах, в какой мере и для каких рыб его нужно считать вынужденным кормом.
Конечно, в данном случае мы имеем в виду тех рыб, которых принято считать мирными. Результаты многочисленных исследований по питанию таких рыб, как лещ (10, 12, 40, 47), сазан (1, 6, 10, 57), плотва (16, 25, 58, 59), судак 11, 33, 46, 52, 55), карп (6, 9, 27) и ряда других противоречивы. Мы полагаем, что эта противоречивость объясняется отсутствием комплексности в исследованиях характера питания рыб и количественным и качественным составом кормовых для них гидробионтов на протяжении более или менее длительного времени.
Исходя из этих соображений, в данной статье мы рассматриваем кормовое значение зоопланктона для формирующейся ихтиофауны Дубоссарского водохранилища в зависимости не только от состава ихтиофауны, но также и от соотношения между динамикой численности и биомассы зоопланктона и зообентоса в течение вегетационного периода.
Материал, которым мы располагаем для освещения данного вопроса, исчисляется 780 пробами количественного зоопланктона и 950 кишечниками различных рыб водохранилища. Пробы собирались в течение 1955-1956 гг. как по продольному профилю водохранилища, так и на стационаре в с. Цыбулевка.
Исследования и сборы материала велись главным образом по методу экспедиционных рейсов, приуроченных к весеннему, летнему, осеннему и зимнему периодам, на постоянных 7 поперечных разрезах, расположенных вдоль водохранилища. Кроме того, дополнительно в каждом рейсе исследовались Ягорлыкская заводь водохранилища и река Днестр выше и ниже водохранилища, в районе с. Kаменка и r. Дубоссары.
Исследования на последних трех станциях проводились с целью вскрыть влияние реки Днестр на формирование зоопланктона водохранилища, влияние последнего на гидробиологический режим реки ниже плотины, а также особенности его поведения в Ягорлыкской заводи.
Для выяснения смены видового состава зоопланктона, а также его количественного соотношения в течение вегетационных периодов 1955-1956 гг. на стационаре с. Цыбулевка (средний участок водохранилища) проводились декадные количественные сборы зоопланктона.
Сбор материала по зоопланктону сопровождался комплексом наблюдений за гидрологическим и гидрохимическим состоянием Дубоссарского водохранилища, подробно описанным М. Ф. Ярошенко (63).
Материалы по питанию рыб собирались ихтиологической группой лаборатории гидробиологии.
Сбор и обработка материала по зоопланктону производились общепринятыми методами, а кишечников рыб — по инструкции ВНИОРХ.
Лишь для определения сырой биомассы зоопланктона, наряду с общепринятым методом перерасчета зоопланктеров на их стандартные веса, употребляемым нами лишь в тех случаях, когда количество зоопланктеров в пробе было минимальным и не поддавалось объемному onpeделению, мы пользовались методикой, предложенной В. М. Рыловым (43).
Как и в прежней нашей работе (62), 1 куб. см процентрифугированной пробы зоопланктона мы принимали за 0,5 г. Целесообразность использования такого метода подтвердилась в данном случае рядом контрольных взвешиваний.
Существующий метод определения сырой биомассы зоопланктона путем перерасчета на стандартные навески отдельных зоопланктеров (17,32, 50, 53, 54 и др.), с учетом их морфометрических особенностей, специфичности водоема и времени года — громоздкий и доступен лишь для узкого круга лиц и не лишен погрешностей.
Применяемый в лаборатории гидробиологии Института биологии Молдавского филиала АН СССР метод, по нашему мнению, имеет больше погрешностей, чем метод стандартных навесок, но он может быть использован широким кругом специалистов рыбного хозяйства.
Настоящая статья является результатом части комплексных гидр биологических исследований Дубоссарского водохранилища, которые проводятся лабораторией гидробиологии Института биологии Молдавского филиала АН СССР под руководством доктора биологических наук М. Ф. Ярошенко с целью выяснения рыбохозяйственных возможностей этого водохранилища и поддержания их на высоком уровне.
Автор пользуется случаем выразить искреннюю благодарное М. Ф. Ярошенко за консультативную помощь, оказанную им автору при выполнении этой работы.

Многолетними исследованиями реки Днестр установлены основные закономерности ее гидробиологического режима (65). В частности, выяснено, что видовое однообразие, и количественная скудность зоопланктона реки Днестра определяются гидрологическими факторами, и в первую очередь, скоростью течения водного потока и обилием взвешенных минеральных частиц, что присуще рекам горного типа (14). Эти черты, как справедливо указывает М. Ф. Ярошенко (65), характерны и для реки Днестр.
Наши наблюдения за динамикой развития зоопланктона, проведенные в 1954 году на участке Днестра (Каменка-Дубоссары) до затопления Дубоссарским водохранилищем, подтверждают высказанное положение. Прежде всего бросается в глаза ограниченность разнообразия (преобладание коловраток) и количественная бедность зоопланктона.
Здесь, в частности, на 7 поперечных разрезах, обнаружено всего 20 форм зоопланктеров. Это обычные, наиболее часто встречаемые формы, свойственные этому участку и в прошлом. Из них 70% представлены коловратками, среди которых ведущее место занимают Brachionus angularis, Brachionus calyciflorus, Brachionus quadrangularis, Keratella cochlearis, Polyarthra trigla, Trichocerca rattus u Filinia terminalis. Остальные 30% представлены копеподами — Acanthocyclops vernalis и его личиночными стадиями, гарпактицидами — Nitocra inuber, Laophonte mohammed, кладацерами — Moina rectirostris и Bosmina longirostris.
В количественном отношении обращает на себя внимание крайнее непостоянство общей плотности зоопланктона по отдельным станциям исследуемого участка. Если в целом по участку реки (Каменка — Дубоссары) среднее количество зоопланктеров исчислялось в 1100 экз./куб. м, то по отдельным станциям оно колебалось от 330 до 1500 экз/куб.м. На станции же Рыбница, за счет значительного развития в прибрежной зоне личиночных стадий Acanthocyclops vernalis, средняя плотность зоопланктона достигла 2790 экз/куб.м. Что касается биомассы зоопланктона, то она колебалась в пределах 0,003-0,015 с/куб. м и практического значения в питании рыб Днестра почти не имела. Поэтому планктофаги Днестра вынуждены были питаться донной фауной.
Отмеченное непостоянство количественного состава зоопланктона является специфической чертой реки Днестр и находится во взаимозависимости с его уровенным режимом. Об этом свидетельствуют данные М. Ф. Ярошенко (63), а также регулярные наблюдения, проведенные нами на станции Каменка в течение июня, августа и октября 1955 — 1956 гг.
Так, в июне в 1955 года здесь установлено 860 экз/куб. м. зоопланктеров, в августе — 920 экз/куб. м, в октябре- 1400 экз/куб. м, причем коловратки по своей массовости и качественному разнообразию были преобладающими.
В 1956 году в те же месяцы на той же станции Каменка общее количество зоопланктеров соответственно составляло 3330 экз/куб. м, 8660 экз/куб.м и 1190 экз/куб. м. Несмотря на ведущую роль коловраток и в этом году, сравнительно возросло значение ветвистоусых ракообразных, особенно в августе. Однако мы считаем это частным случаем, так как основная их масса была выявлена в одной из проб прибрежной зоны. Следовательно, она не может характеризовать зоопланктон этого участка реки в целом.
Непостоянство количественного состава зоопланктона становится еще более очевидным при сравнении его среднегодовых показателей по станции Каменка. Так, например, в 1947 году здесь установлено в среднем 4780 экз/куб. м. зоопланктеров, в 1950 году — 5580 экз/куб. м, в 1954 году — 1100 экз/куб. м, в 1955 году — 1060 экз/куб. м и в 1956 году-3760 экз./куб. м.
Мы коснулись качественного и количественного состава зоопланктона реки Днестра в ее неизменном состоянии не случайно, а как биологической предпосылки формирования зоопланктона в водохранилище.
Исследования В. И. Жадина (13, 14) показали, что, помимо других факторов, биологическая обеспеченность формирования гидрофауны, в данном случае зоопланктона, в водохранилище имеет исключительно важное значение.
Пользуясь данными количественного состава зоопланктона (экз/куб.м) р. Днестр на станции Каменка и многолетними средними данными по расходу воды (куб.м/сек) р. Днестр на этом участке, мы вычислили примерный ее биосток.
Так, например, в 1955 году в Дубоссарское водохранилище в течение вегетационного периода поступало около 300 тысяч зоопланктеров в секунду. В 1956 году количество зоопланктеров достигало 1 041 тыс. экз/сек. В переводе на биомассу, при учете соотношения зоопланктических групп получается в первом случае 0,007 г/куб. м и во втором 0,013 г/куб. м.
Однако с образованием Дубоссарского водохранилища, уже в первом году его становления (1955), несмотря на то, что сохранился почти речной гидрологический режим (63), в качественном и количественном составе зоопланктона произошли существенные изменения, еще в большей степени определившиеся в 1956 году. Как в первом, так и во втором году исследования водохранилища по разнообразию форм преобладали коловратки, но по количеству первое место принадлежало веслоногим ракообразным. Значение ветвистоусых начинает проявляться в основном в нижнем участке водохранилища.
В первом году становления Дубоссарского водохранилища (1955) нами обнаружено 86 форм зоопланктеров, из которых коловратки составили 67,5%, веслоногие — 12,7% и ветвистоусые — 19,8%. В следующем, 1956 году разнообразие зоопланктона уменьшилось до 79 форм. Из них коловраток 51,9%, веслоногих — 19% и ветвистоусых — 29,1%. Таким образом, несмотря на заметное увеличение видового состава коловраток, веслоногих и особенно ветвистоусых рачков, соотношение их как и доминирующих форм, мало изменилось.
Так же, как и в реке, преобладающими формами в водохранилище являлись из коловраток — Brachionus angularis и Keratella cochlearis, из копепод — Acanthocyclops vernalis и его личиночные стадии, из кладоцер — Bosmina longirostris.
Но, в отличие от реки, в условиях водохранилища, в зависимости от особенностей участка и времени года разнообразие форм зоопланктона увеличивается в среднем в 2 с лишним раза. Вместе с тем и в условиях водохранилища устойчивость зоопланктеров в ценозе связана с постоянством его гидрологических факторов.
Неоднородность их по продольному профилю водохранилища естественно позволяет подразделить последнее на 3 характерных участка: верхний, средний и нижний (63). Это деление согласуется с распределением разнообразия зоопланктона в водохранилище.
Гидрологические особенности водохранилища в 1955 году коренным образом отличались от таковых в 1956 году. В меньшей степени эти различия наблюдались в верхнем участке, где в обоих случаях гидрологический режим был ближе к речному. Если в 1955 году этот участок отличался типичным речным режимом, то в 1956 году последний в некоторой степени был смягчен подпором вод водохранилища.
Несмотря на различие гидрологического режима, состав зоопланктического ценоза в верхнем участке водохранилища в эти годы был аналогичный и характеризовался видовым преобладанием ротаторного комплекса. Наряду с общими формами коловраток, такими, как Brachiоnus angularis, Trichotria curta, Keratella cochlearis, Synchaeta sр. только в 1955 году обнаружены Brachionus urceolaris, Keratella quadrata и Monostyla lunaris, в 1956 году — Cephalodella gibba и Trichocerса rattus. Но в экологическом отношении большинство указанных форм характерно и для режима р. Днестр до образования водохранилища.
Различие гидрологических условий в верхнем участке в 1955-1956 гг. в значительно большей мере сказалось на плотности зоопланктона.
Например, средняя плотность зоопланктона за вегетационный сезон 1956 года превышает таковую в 1955 году примерно в 4 раза (рис. 1).
ris1
Каменка   ! верховье !ср.участ!ниж.участ!Ягорл!Дубоссары

Cредние показатели численности и биомассы основных групп зоопланктона по участкам водохранилища за 1955-1956 гг.
В июне 1955 г. по плотности ведущую роль из коловратного комплекса занимал Brachionus angularis 530 экз/куб. м, в 1956 году в этот же период — Trichocerca rattus 5330 экз/куб.м. В октябре 1955—1956 гг. доминантой была Synchaeta sp., со средней плотностью 1500—1700 экз/куб. м. Что касается ракообразных, то они представлены: Nauplii, Copepoda, копеподитная ст. Copepoda и Bosmina longirostris, их плотность колебалась от 30-2600 экз/куб. м.
Средний участок водохранилища, несмотря на различия гидрологического режима в 1955-1956гг., по разнообразию и численности зоопланктеров занимает промежуточное положение. Здесь обнаружено большее разнообразие форм коловраток и ракообразных. Например, в 1955 году на этом участке установлено 37 форм зоопланктеров, из которых только коловратки составляли: в июне-15 форм, в августе-20 форм и октябре-16 форм. Однако устойчивость ряда форм зоопланктона на протяжении вегетационного периода довольно низкая. Достаточно указать, что из 37 обнаруженных форм зоопланктона на этом участке лишь 12 являются постоянными на протяжении всего вегетационного периода. К ним относятся Philodina rosecola, Brachionus angularis, Brachionus urceolaris, Brachionus quadrangularis v. brevispina, Trichotria curta, Keratella cochlearis, Mytilina mucronata, Asplanchna sieboldi, Nauplii Copepoda, копеподитная стадия Copepoda, Bosmina longirostris и Moina rectirostris. Большая часть остальных форм приурочена к отдельным сезонам. Так, к примеру: Brachionus сalyciflorus f. amphiceros, Keratella cochlearis, Notholca striata, Monostyla lunaris, Filinia longiseta и Acanthocyclops vernalis встречаются исключительно в июне и августе. Многие же формы, например: Callidina lata, Brachionus plicatilis, Platyas militaris, Cephalodella gibba, Tetramastix opoliensis, Mesocyclops crassus, Daphnia magna, Simocephalus vetulus и некоторые другие вообще оказались редкими в зоопланктоне этого участка водохранилища.
Характерной чертой среднего участка является перестройка зооценозов не только в сторону увеличения разнообразия форм, но и значительного количественного их роста, особенно ракообразных. Так, например, уже в июне 1955 года, несмотря на ротаторный колорит ценоза, ведущее место занимала Bosmina longirostris с максимальной плотностью 620 экз/куб. м. В августе вообще преобладали ракообразные. В этот период по своей массовости доминировали Nauplii Copepoda 1510 экз/куб. м, копеподитные стадии — Copepoda 1300 экз/куб. м, а из коловраток Brachionus angularis — 550 экз/куб.м. В октябре наблюдалось снижение численности ракообразных и ведущую роль в зооценозе, также как и в верхнем участке, играла Synchaeta sp., средняя плотность которой достигла 18 500 экз/куб. м.
В 1956 году на этом же участке установлено 29 форм зоопланктона, из которых 7 оказались устойчивыми в течение всего вегетационного периода. Это — Brachionus calyciflorus f. amphiceros, Keratella cochlearis, Asplanchna sieboldi, Polyarthra trigla, Nauplii Copepoda, копеподитная стадия Copepoda, Bosmina longirostris.
Если подойти с точки зрения общности форм для 1955-1956 гг., то можно отметить лишь немногие формы например: Brachionus calyciflorus f. amphiceros, Keratella cochlearis, Asplanchna priodonta, Asplanchna sieboldi, Nauplii Copepoda, копеподитная ст. Copepoda, Acanthocyclops vernalis и Bosmina longirostris.
Разнообразным и специфичным является состав случайных форм Callidina sp., Lepadella ovalis, Brachionus angularis, Brachionus quadrangularis, Trichotria curta, Pedalia oxyure, Macrocyclops albidus, Daphnia cucullata и ee разновидность berolinensis. Массовость некоторых ракообразных зоопланктеров на среднем участке водохранилища является еще более характерной для вегетационного периода 1956 года. Например, в июне месяце средняя плотность копеподитной стадии Copepoda составляла 49 500 экз/куб. м, Nauplii Copepoda — 33 500 экз/куб.м, Acanthocyclops vernalis 10 800 экз/куб. м. В целом плотность ракообразных в июне 1956 года превысила их плотность в 1955 году примерно в 60 раз (рис. 1).
В августе роль ракообразных сравнительно снижается, но тем не менее они остаются доминирующими в зооценозе. В этот период на блюдается массовое развитие Moina rectirostris, максимальная плотность ее — 23800 экз/куб. м, копеподитной стадии Copepoda — 18 600 экз/куб. м. и Bosmina longirostris — 14 600 экз/куб. м. Из коловраток изобилует Filina longiseta — 5300 экз/куб.м.
С наступлением осеннего периода удельный вес ракообразных в зоопланктоне еще более снижается, зато возрастает роль коловраток, которые определяют и тип самого зооценоза. Наиболее массовое развитие в этот период наблюдалось у Asplanchna priodonta, плотность которой равнялась 9300 экз/куб. м.
Характеризуя зооценоз среднего участка в целом, следует отметить его разнообразный характер. Здесь в одинаковой мере встречаются как потамофильные формы типа Callidina lata, Lepadella ovalis, Monostyla lunaris, так и озерно-прудовые: Asplanchna priodonta, Daphnia cucullata, Daphnia cucullata berolinensis и некоторые другие.
Развитие зоопланктона в нижнем участке водохранилища приобретает еще большие отличия, соответствующие его специфическим гидрологическим условиям. Если в 1955 году речной режим сохранялся здесь временами, то в 1956 году он был типичным для водохранилища, чтo сказалось на разнообразии и количественном составе зоопланктона.
Например, в 1955 году в составе зоопланктона обнаружено 44, в 1956 году — 41 форма. Удельный вес коловраток в нем в те же месяцы (июнь, август, октябрь) в первом случае составлял соответственно — 40%, 31% и 52°/о, а во втором — 14%, 34°/о и 44°/о от общего количества форм.
Как видно из приведенных данных, в видовом составе зоопланктона нижнего участка водохранилища коловратки занимают второе место после ракообразных. Лишь в октябре месяце они снова преобладают, причем не только по разнообразию форм, но и по массовости развития. Вообще эта особенность была свойственна и предыдущим двум участкам в 1955-1956 гг. Даже в заводи Ягорлык, где казалось бы, что в связи со специфическими гидрологическими условиями биологический режим должен протекать по-иному, массовое развитие коловраток также наблюдалось в октябре.
Нужно полагать, что интенсивность развития коловраток находится в некоторой прямой зависимости, от степени органического загрязнения водохранилища, что отмечается в работе М.Ф. Ярошенко (63).
Несмотря на то, что наибольшее количество форм зоопланктона установлено в нижнем участке, общность в доминирующем составе в 1955 и 1956 гг. была незначительной. Сюда относятся: Brachionus angularis, Keratella cochlearis, Keratella quadrata, Asplanchna priodonta, Asplanchna sieboldi, Synchaeta sp., Polyarthra trigla, Filinia longiseta, Nauplii Copepoda, копеподитная ст. Copepoda, Acanthocyclops vernalis, Moina rectirostris и Bosmina longirostris. Мы считаем не лишним отметить, что большинство этих форм, которые являются ведущими в зоопланктоне среднего и верхнего участков водохранилища, преобладали и в реке Днестр, до образования водохранилища.
Наряду с этими, в составе зоопланктона нижнего участка водохранилища в течение вегетационных периодов 1955-1956 гг. обычными формами были Brachionus urceolaris,Brachionus calyciflorus, Brachionus calyciflorus f. amphiceros, Brachionus quadrangularis, Brachionus quadrangularis — brevispina, Brachionus budapestinensis, Synchaeta stylata, Synchaeta oblonga, Mesocyclops crassus, Daphnia longispina и Daphnia cucullata. Если в 1955 году многие из приведенных коловраток были постоянными компонентами зоопланктона в течение почти всего вегетационного периода, то в 1956 году их массовость наблюдалась в основном в октябре месяце. В отличие от коловраток ветвистоусые ракообразные в условиях 1956 года преобладали не только по разнообразию, но и по численности.
Специфичными формами зоопланктона для нижнего участка водохранилища в 1955 году являлись лишь коловратки Brachionus falcatus и Testudinella patina. В 1956 году эта группа организмов была предоставлена главным образом ракообразными:Paracyclops fimbriatus, Cyclops strenuus, Cyclops vicinus, Daphnia pulex, Daphnia cucullata berolinensis и Daphnia cucullata kahlbergensis. Сюда же следовало бы отнести и Leptodora kindtii, обнаруженную в 1956 году в незначительном количестве. Следует, однако, учесть, что специальных исследований в этом направлении нами не велось, мы ограничивались лишь сетным планктонным ловом. Несмотря на ограниченнее количество Leptodora в водохранилище и в заводи Ягорлык,она уже сейчас занимает определенный удельный вес в пищевом рационе некоторых рыб.
Разнообразным является состав спорадически встречаемых форм зоопланктона на этом участке водохранилища. В 1955 году они были представлены: Brachionus quadrangularis — entzii, Brachionus quаrangularis — rhenanus, Platyas militaris, Notholca striata, Mytilina nucronata, Lecane luna, Synchacta oblonga, Wolga spinifera, Daphnia cucullata, Daphnia longispina, Simocephalus vetulus и Macrothirix laticornis.
В 1956 году таковыми оказались Brachionus sernovi, Trichotriа curta, Anuraeopsis fissa, Filinia terminalis, Diaphanosoma brachyurum, Ceriodaphnia quadrangula, Ceriodaphnia reticulata и Alona rectangula.
Таким образом, в 1955 году в нижнем участке водохранилища ведущее место в ценозе (за исключением июня месяца) заняли коловратки, несмотря на то, что роль ракообразных значительно возросла. В июне 1955 года наиболее высокая плотность установлена у Nauplii Copepoda — 5370 экз/куб. м, затем следует копеподитная стадия Сореpoda — 4 350 экз/куб.м и Bosmina longirostris — 1 300 экз/куб. м. У коловраток плотность колебалась от 10 до 600 экз/куб. м.
Однако установившийся гидрологический режим в июне месяце был нарушен августовским паводком, вследствие которого в зоопланктоне значительно снизилась общая плотность ракообразных. В зооценозе этот период доминирующей формой была Polyarthra trigla — 4 300 экз/куб. м.
Наблюдаемая в августе картина сохранилась и в октябре. Хотя плотность ракообразных повысилась примерно в 8 раз, ведущее значение в зооценозе сохранилось за коловратками, в данном случае за Synchaeta sp. — 30 370 экз/куб. м, которая характерна в этот период для среднего и верхнего участков водохранилища.
В 1956 году количественно преобладали в зоопланктоне ракообраные. Они по сути и определили тип планктонного зооценоза. Значительную часть его впервые составляли такие формы, как: Daphnia cucullata и ее разновидности berolinensis и kahlbergensis, Daphnia longispina и Moina rectirostris. В целом наибольшая плотность ракообразных равнялась в июне месяце — 400 500 экз/куб. м, наиболее низкая в августе — 220 500 экз/куб. м (табл. 1). Кроме Nauplii Сорерoda занимающих одно из первых мест в ценозе, следует указать на Bosmina longirostris, которая в условиях нижнего участка нашла благоприятную среду для массового развития, достигнув плотности 28 000 экз/куб. м.
Несколько по-иному протекало развитие зоопланктона в Ягорлыкской заводи, где, как указывает М. Ф. Ярошенко (63), в меньшей степени ощущалось влияние гидрологического режима водохранилища. Зоопланктон заводи по разнообразию форм и количественному развитию ракообразных уже в 1955 году почти достиг уровня, свойственного нижнему участку водохранилища в 1956 году, тогда как разнообразие коловраток в летние месяцы оказалось несколько меньшим.
В количественном отношении ведущую роль в ценозе заводи занимают ракообразные. В 1955 году, в июне, максимальная плотность отмечена у копеподитной стадии Copepoda — 90 000 экз/куб.м, в августе и в октябре у Bosmina longirostris — 114000 — 158 900 экз/куб.м. В 1956 году в июне и августе по максимальной плотности ведущее место занимает также копеподитная стадия Copepoda — 124 500-470 000 экз/куб.м, в октябре Bosmina longirostris — 28 000 экз/куб.м.
Если в качественном отношении в зоопланктоне водохранилища и реки Днестр наблюдается некоторое сходство, то в количественном отношении, наоборот, — большое различие. Например, средняя плотность зоопланктона по водохранилищу в 1955 году была в 36 раз, а в 1956 году — в 165 раз больше, чем в Днестре в 1954 году.
В целом по водохранилищу в 1955 году средняя плотность зоопланктона составляла 41 031 экз/куб.м, из которых на долю коловраток приходится 28%, копепод- 44,6% и ветвистоусых- 27,4%. В 1956 году, в связи с установившимся здесь гидрологическим режимом, средняя плотность зоопланктона за вегетационный период достигла по водохранилищу 181 200 экз/куб.м. Одновременно с увеличением общей плотности зоопланктона в 1956 году значительно возросло значение ракообразных, достигших 86% от общего количества зоопланктеров, при относительном снижении удельного веса коловраток в среднем до 14%.
Наиболее обильно зоопланктон представлен в нижнем участке водохранилища. Например, в 1955 году средняя плотность зоопланктона на этом участке превышала общую его плотность по водохранилищу в 1,6, а в 1956 году — 1,7 раза, тогда как в среднем эти показатели соответствовали 32 и 39% средней плотности по водохранилищу, а в верхнем — только 4,3 и 3,1%.
Изменения комплекса доминирующих форм зоопланктона в связи с образованием водохранилища показаны в таблице 1. Специфической чертой является перестройка его состава в сторону увеличения разнообразия ракообразных и сужения потамофильного комплекса коловраток.

Таблица 1

Доминирующий состав зоопланктона в р. Днестр и Дубоссарском водохранилище в 1955 — 1956 гг.

№№ п.п. Названия организмов Река Днестр Водохранилище
1955г. 1956г.
1 Anuraeopsis fissa + *
2 Filinia terminalis + *
3 Trichocerca ratttus + * *
4 Brachionus quadrangularis + + *
5 Brachionus urceolaris + + *
6 Keratella cochlearis + + +
7 Brachionus angularis + + +
8 Acanthocyclops vernalis + + +
9 Bosmina longirostris + + +
10 Asplanchna priodonta * + +
11 Synchaeta sp. * + +
12 Polyarthra trigla * * +
13 Moina rectirostris * * +
14 Asplanchna sieboldi * * +
15 Keratella quadrata * +
16 Daphnia cucullata * +
17 Daphnia longispina * +

(Обозначения: » + » преобладание; » * » наличие; » -» отсутствие)

Что касается общей остаточной биомассы зоопланктона в водохранилище, то следует отметить, что она вполне согласуется с количественным распределением и изменением состава зоопланктона по участкам. В 1955 году средняя биомасса зоопланктона составляла всего лишь 1,6 г/куб.м. В верхнем участке водохранилища она не превышала 0,042 г/куб.м, в среднем — 0,5 г/куб.м и нижнем — 2,6 г/куб.м. В 1956 году с увеличением общей плотности зоопланктона, главным образом ракообразных, средняя его биомасса за вегетационный период составляла 3,2 г/куб.м. Если в верхнем участке она оставалась на прежнем низком уровне — 0,06 г/куб.м, то уже в среднем участке вес ее достигал 2,3 г/куб.м, а в нижнем участке — 4,3 г/куб.м.
Следует принять во внимание, что при расчете средней остаточной биомассы зоопланктона в водохранилище нами не учитывались скудные апрельские сборы, так как в этот период, в связи с низкой температурой воды (10-11°), интенсивность питания рыб была минимальной. Однако и в таком случае средняя остаточная биомасса его составляла 2,3 г/куб. м.
Попутно необходимо отметить значительное влияние водохранилища на количественный состав и разнообразие зоопланктона в его нижнем бьефе (рис. 1). Ниже плотины зоопланктон по видовому составу и плотности гораздо ближе к зоопланктону водохранилища, чем реки.
Несомненно, что это является результатом постоянного массового сброса зоопланктеров через плотину во время работы гидростанции.
Что касается изменения количественных показателей зоопланктона водохранилища в течение вегетационного периода, то они имели место как в целом по водохранилищу, так и по отдельным его участкам. Это особенно заметно по данным 1956 года.
По результатам рейсовых исследований (рис. 2) наиболее скудный зоопланктон приходится на апрель месяц. В июне в целом по водохранилищу наблюдалось резкое увеличение общей численности зоопланктона и его биомассы, которое, за исключением верхнего участка, определяется главным образом веслоногими рачками, достигшими в этот месяц максимума. К октябрю численность веслоногих значительно снизилась, но увеличение к этому времени численности ветвистоусых несколько смягчает снижение общей численности зоопланктона и его биомассы. Повышение численности ветвистоусых в октябре происходило главным образом за счет массового их развития (171 тыс. куб.м) в нижнем участке водохранилища.
ris2
Рис.2.Динамика численности и биомасса основных групп зоопланктона в среднем по водохранилищу за 1956 г.

Но данные рейсовых исследований полностью не отражают и не могут отражать колебаний в интенсивности развития зоопланктона во времени. Например, по результатам рейсовых исследований, численность коловраток с апреля неуклонно повышалась к октябрю. По материалам декадных исследований (рис. 3), минимальное их развитие наблюдалось в августе, а максимальное в мае и октябре. Эти же данные показывают, что и в динамике общей численности и биомассы зоо планктона в водохранилище в течение вегетационного периода наблюдалось 2 пика — в июне и сентябре. Июньский пик отражен как в результатах экспедиционных исследований, так и в материалах декадных исследований и определялся веслоногими.
Сентябрьский пик в материалах рейсовых исследований не мог быть отражен, так как они проводились в октябре. В отличие от июньского, он определялся развитием ветвистоусых зоопланктеров.
Заметное снижение показателя численности ветвистоусых ракообразных в среднем участке в октябре 1956 года, очевидно, объясняется тем, что гидробиологические сборы в этот период проводились в ветреную погоду, то есть тогда, когда ветвистоусые погружаются в более глубокие слои воды.
ris3a
Рис.3.Среднемесячная динамика численности основных групп зоопланктона и их биомасса по декадным наблюдениям в 1956 г.

В экологическом отношении зоопланктон Дубоссарского водохранилища очень разнообразен, что мы считаем естественным для такого типа водоемов, отличающихся непостоянным гидрологическим режимом, тем более в период их становления.
Наряду с общепризнанными теплолюбивыми формами (3, 14, 35, 41) Tetramastix opoliensis, Brachionus falcatus, Anuraeopsis fissa, Keratella quadrata f. tropica, Brachionus budapestinensis, Brachionus quadrangularis — brevispina, Moina rectirostris, мы встречаем здесь и обычных обитателей северных водоемов: Notholca striata, Notholca acuminata, Testudinella patina, Asplanchna priodonta (14, 20, 35, 51). Вместе с Karatella cochlearis, Filinia longiseta, Polyarthra trigla, Daphnia cucullata, Ceriodaphnia reticulata, Leptodora kindtii. причисляемых к обитателям открытой пелагиали крупных водоемов (3, 22, 41, 43), временами наблюдается массовое развитие таких чисто прудовых форм, как Brachionus angularis, Brachionus calyciflorus, Anuraeopsis fissa, Diaphanosoma brachyurum, Daphnia magna, Moina rectirostris и другие.
Общепризнанные индикаторы ß-мезосапробных водоемов (15, 37, 51, 66 и др.), к примеру: Brachionus angularis, Brachionus urceolaris. Brachionus calyciflorus, Filinia longiseta, Monostyla lunaris, Cyclops strenuus, Daphnia magna, Moina rectirostris и Chydorus sphaericus, уживаются с настоящими олигосапробами: Sida crystallina, Simocephalus vetulus. Bosmina longirostris, Ceriodaphnia reticulata и Leptodora kindtii (37, 15, 41, 3).
Приведенные данные дают также основание полагать, что экологические особенности названных зоопланктеров недостаточно полно изучены.
Из-за краткости данной статьи мы коснемся поведения только некоторых основных зоопланктеров водохранилища.
Из коловраток заслуживает внимание Brachionus angularis. По литературным данным, это широко распространенный вид, встречающийся в самых различных водоемах как озерно-прудового, так и речного типа. Большинством авторов он относится к ß-мезосапробным организмам. С. Н. Уломский (51), по-нашему, совершенно правильно причисляет Brachionus angularis к организмам с широким диапазоном по отношению к сапробности. По отношению к температурному фактору Brachionus angularis проявляет себя как теплолюбивая стенотермная форма с наибольшим развитием в летне-осенние месяцы. В Дубоссарском водохранилище он встречается на протяжении всего вегетационного периода. Наибольшая его численность установлена в прибрежной зоне водохранилища в летние месяцы, причем он заметно преобладает в поверхностных слоях.
Из веслоногих ракообразных за время исследования водохранилища установлено всего 6 видов. Наиболее массово представлен Acanthocyclops vernalis. Рядом авторов (44, 19, 4, 66, 9, 24, 26, 51) он приводится для водоемов самого разнообразного типа как по степени их минерализации, так и по величине, начиная от луж, подземных вод и кончая водохранилищами. С. П. Уломский (51) совершенно заслуженно считает его убиквистом. Непонятно только, почему он не вошел в сводку С. Г. Лепневой (22). В Дубоссарском водохранилище максимальная численность Acanthocyclops vernalis установлена в июле в нижнем участке и в заводи Ягорлык. В толще воды он распределяется неравномерно с заметным увеличением плотности к поверхностным слоям.
Значительный удельный вес в зоопланктоне водохранилища занимают ветвистоусые ракообразные, из которых обильнее других представлены Daphnia cucullata, Daphnia longispina, Bosmina longirostris и Moina rectirostris. Bosmina longirostris, по определению Жадина (14), является одним из активных фильтраторов. Она встречается на протяжении круглого года в различных водоемах (22, 43, 3, 29, 26), где обычно населяет прибрежные участки. Определение ее как космополита, очевидно, является верным (3, 28). Наибольшее развитие Bosmina
longirostris в прудах Молдавии (9, 66) достигает во второй половине лета и осенью, на Кавказе (3) — в апреле, в водоемах долины Волги (43) — в октябре. По отношению к степени минерализации она является эвригалинной формой. В водохранилище Bosmina longirostris встречается повсеместно почти в течение всего года, однако массовое ее развитие наблюдается в летний период; весной и осенью численность ее снижается. В наиболее массовом количестве она отмечена на участках с пониженными скоростями течения, преимущественно в поверхностном слое воды. Daphnia cucullata, по утверждению Е. Ф. Мануйловой (28), — обычный обитатель водоемов средних широт. Однако южная граница ее ареала охватывает не только Молдавию, но, как указывает А. Л. Бенинг (3), и Балканы. Согласно сводке С. Г. Лепневой (22), она входит в состав зоопланктона пелагиали почти всех озер Европейской части СССР как пресных, так и солоноватоводных, что дает основание считать ее эвригалинной формой. В Дубоссарском водохранилище эта форма была обнаружена в основном в нижнем участке и в заводи Ягорлык в июне и в августе, реже она встречается в среднем участке, численно преобладая в верхнем слое воды, хотя М. Соколова (45) сообщает, что в некоторых озерах Daphnia cucullata концентрируется в придонных слоях. В Дубоссарском водохранилище она проходит сезонный цикломорфоз, образуя 2 разновидности: berolinensis и kahlbergensis.
Необходимо отметить, что развитие ракообразного планктона в Дубоссарском водохранилище протекает несколько иначе, чем в других водохранилищах, особенно в тех, которые резко отличаются от Дубоссарского не только в морфометрическом, но и в гидрологическом отношении.
Так, в Учинском водохранилище, по данным В. М. Рылова (43), среднее количество ракообразных в июле — сентябре доходило до 100-140 тыс. экз/куб.м, в августе — 60 тыс. экз/куб.м. В Иваньковском водохранилище, по Е. С. Неизвестновой-Жадиной (34), среднее их количество за июль — август равнялось 140 тыс. экз/куб.м, в Рыбинском водохранилище (19) в июне 1948 года их численность едва достигала 9,8 тыс. экз/куб.м. По нашим материалам, среднее количество ракообразных зоопланктеров в Дубоссарском водохранилище уже в первом году его становления при почти речном гидрологическом режиме составляло в июне 26,5 тыс. экз/куб.м, в августе — 18,0 тыс. экз/куб.м и в октябре — 40,8 тыс. экз/куб.м. В 1956 году с изменением условий в водохранилище, главным образом с приближением его гидрологического режима к нормальному для этого типа водоемов, численность ракообразных зоопланктеров несравненно возросла и достигла соответственно 278 тыс. экз/куб.м, 233 тыс. экз/куб.м и 152 тыс. экз/куб.м, что значительно превысило предполагаемое их количество (65). Не исключено, что в данном случае сказалось влияние вновь затопленных площадей поймы, но мы полагаем, что и в дальнейшем планктон ракообразных будет обильным. В этом отношении Дубоссарское водохранилище имеет некоторые общие черты с Днепровским водохранилищем, что объясняется сходством их гидрологических особенностей (63).
По данным Г. Б. Мельникова (26), в Днепровском водохранилище среднее количество ракообразных за 4 года исследований равнялось 104,4 тыс. экз/куб.м с колебаниями в отдельные годы от 26 тыс. экз/куб.м до 220 тыс. экз./куб.м. Причем, количественное распределение зоопланктеров по продольному профилю водохранилища также сходно с таковым в Дубоссарском водохранилище и определяется неоднородными гидрологическими условиями.
Определенный интерес в изучении кормового значения водоемов типа водохранилищ представляют сезонные и особенно суточные наблюдения за вертикальными миграциями зоопланктеров. Эти наблюдения нами проводились на трех станциях: Кучееры, в приплотинном участке с максимальной глубиной 16,5 м, в заводи Ягорлык с максимальной глубиной 8-10 м и на станции Маловата, расположенной в 15 км выше плотины, с максимальной глубиной 16 м.
Целью этих наблюдений было установить время и интенсивность перемещения основных зоопланктеров в течение суток и оценить кормовое значение их в отдельных слоях воды в июне, августе и октябре.
Поскольку в полученных нами результатах имеются незначительные расхождения, в настоящей статье мы приводим лишь данные наблюдений на станции Кучееры (табл. 2).

Таблица 2

Внутрисуточные вертикальные изменения основных групп зоопланктона в тыс.экз/куб.м на станции Кучееры

Группа зоопланктона Ме-
сяц
В 6 часов на глубине
на
по-
вер-
хно-
сти
10м 12м 14м
Коловратки VI 11 6 6 4 8 7 1
VIII 90 92 68 45 25 19 16 17
X 16 78 30 11 29 12 16
Веслоногие VI 362 169 135 180 228 185 170
VIII 360 187 142 111 108 71 64 52
X 64 52 20 6 4 11 10
Ветвистоусые VI 50 38 36 42 43 32 18
VIII 16 32 5 15 8 2 3
X 86 116 180 3 7 14 8
Биомасса г/куб.м VI 5 5 5 7 3 2,5 3
VIII 2,6 5 3 2,5 1,2 1 0,7 0,7
X 2,2 4 2,5 0,8 0,4 1 1

продолжение

Группа зоопланктона Ме-
сяц
В 12 часов на глубине
на
по-
вер-
хно-
сти
10м 12м 14м
Коловратки VI 18 4 24 30 12 16 11 2
VIII 124 61 84 22 19 15 18 15
X 14 10 5 7 5 3 13
Веслоногие VI 222 197 236 114 78 76 76 220
VIII 236 151 188 91 107 77 53 55
X 27 41 22 12 4 13 14
Ветвистоусые VI 18 48 122 74 26 25 13 15
VIII 12 13 5 1 2 3
X 38 115 49 25 17 14 15
Биомасса г/куб.м VI 2,5 4,5 13 7 2 3,5 2,5 3,5
VIII 1,7 3 3 2 2 1 1 0,5
X 1,5 3 1,5 0,7 1 0,7 1

продолжение

Группа зоопланктона Ме-
сяц
В 18 часов на глубине
на
по-
вер-
хно-
сти
10м 12м 14м
Коловратки VI 5 2 2 8 8 5
VIII 58 28 62 52 49 25 8 16
X 12 24 18 15 13 14 29
Веслоногие VI 363 100 113 165 179 114 203 327
VIII 214 239 219 170 98 38 122 60
X 154 34 14 13 10 7 8
Ветвистоусые VI 90 25 33 19 19 17 27 23
VIII 16 49 45 28 5 4
X 192 71 27 18 10 2 10
Биомасса г/куб.м VI 8,5 6 6 4,5 3 3 4 7
VIII 2,5 7 4,5 4 1,2 1 1,5 1
X 10,5 4 1,1 0,7 0,7 0,5 0,5

продолжение

Группа зоопланктона Ме-
сяц
В 24 часа на глубине
на
по-
вер-
хно-
сти
10м 12м 14м
Коловратки VI 22 8 11 6 13 9
VIII 54 58 34 25 43 32 18 14
X 6 6 19 5 9 7 8
Веслоногие VI 198 118 78 59 150 65 306
VIII 262 188 133 80 98 106 75 70
X 36 44 39 26 8 4 17
Ветвистоусые VI 76 54 28 31 41 32 24
VIII 16 56 29 17 11 5 8 6
X 60 53 43 38 9 10 14
Биомасса г/куб.м VI 13,5 5 3 4 4 3 6,5
VIII 6 3 2,5 2 2 1 1
X 2,5 3 1,2 1 0,5 0,5 1

В отличие от других водохранилищ — Учинского (5, 42), Иваньковского (34, 48), Цимлянского (23), вертикальные миграции зоопланктеров в Дубоссарском водохранилище имеют свои особенности, что несомненно связано со специфическими гидрологическими условиями, способствующими постоянному перемешиванию воды, и вытекающими отсюда последствиями (63).
В упомянутых водохранилищах, где отсутствует циркуляция воды, наибольшая концентрация зоопланктеров приходится на верхние слои воды до 2 м глубины. С увеличением последней концентрация зоопланктона снижается до минимума. Характерно, что полного выравнивания распределения зоопланктеров в этих водохранилищах не происходит даже в периоды сильных ветровых циркуляции воды.
В Дубоссарском водохранилище, в связи с постоянной проточностью, а следовательно, и с непрерывным перемешиванием водной толщи, количественное и качественное расслоение зоопланктона выражено слабо. Наибольшая концентрация зоопланктеров наблюдается в верхнем слое воды не до 2, а до 6 м глубины. Примерно такое же вертикальное распределение зоопланктона (до 5 м) было констатировано Г. Б. Мельниковым (26) в Днепровском водохранилище.
Что касается остаточной биомассы, то она так же, как и зоопланктон, концентрируется в основном в толще воды до 6 м глубины, где вес ее составляет в среднем 3 г/куб. м.
Если принять среднемеженную площадь водохранилища за 5000 га и соответствующую ей среднюю глубину за 5 м, ибо колебание уровня водохранилища в течение вегетационного периода достигает 2,5 м, то средняя остаточная биомасса зоопланктона будет равняться 150 кг/га.
Нашими исследованиями установлено, что в естественно-географических условиях Молдавии показатель коэффициента рабочей продуктивности зоопланктона за вегетационный период может быть принят за 45. Отсюда следует, что кормовая биопродукция зоопланктона в водохранилище за этот период должна составить не менее 60-65 ц/га.
Обычно принято считать кормовой коэффициент биомассы зоопланктона за 6-7 (Гаевская 8, Пирожников 39). Учитывая затрату энергии рыб на добычу рассеянных зоопланктеров, мы в своих расчетах из предосторожности принимаем его за 10. Выходит, что теоретически в водохранилище только за счет зоопланктона можно выкормить примерно 6-6,5 ц/га доброкачественной рыбы. К сожалению, до сего времени еще не найдены способы практического использования этих возможностей.
Иначе говоря, зоопланктонных кормовых ресурсов в водохранилище достаточно для полного удовлетворения кормовой потребности не только молоди, но и рыб более старших возрастов. Это, конечно, не исключает того положения, что рыбопродуктивность водоема зависит не только от наличия в нем кормовых запасов, но и от того, какой состав рыбного стада и насколько полно осваиваются и кормовые ресурсы.
В составе ихтиофауны Дубоссарского водохранилища в первые 2 года его становления насчитывалось 38 видов рыб (49). Из них 12 были обнаружены в единичных случаях и единичных экземплярах. Естественно, что принимать их во внимание при учете потребления кормовых ресурсов водохранилища нецелесообразно, тем более, что и в дальнейшем не предвидится более или менее массового развития этих рыб.
Остальные 26 видов рыб, за исключением сома, щуки и стерляди, в той или иной мере используют зоопланктон в пищу. 12 видов, или 46% от общего количества основных для водохранилища видов рыб, являются его постоянными потребителями. Из них больше половины промысловоценных, это — лещ, сазан, жерех, рыбец, голавль, вырезуб, а на первом году жизни и судак. Остальные 5 видов относятся к второстепенным и малоценным рыбам (плотва, белоглазка, красноперка, уклея и окунь). Таким образом, потребителями зоопланктона являются не только общепризнанные планктофаги, но и бентофаги. Больше того, даже некоторые хищные рыбы, как например окунь, не только в однолетнем, но и в более старшем возрасте потребляют в пищу зоопланктон в значительном количестве.
Для более ясного представления о кормовом значении зоопланктона при анализе пищевых комков мы разделили рыб на 2 группы не по возрасту, а по величине. К первой группе были отнесены рыбы длиной до 10 см, в большинстве своем сеголетняя молодь, и ко второй — рыбы длиной свыше 10 см, куда вошли преимущественно взрослые особи.
В пищевом спектре упомянутых выше 12 видов рыб (182 экз. первой группы и 324 экз. второй) обнаружено 25 форм зоопланктеров, из которых 90% составляли ракообразные. Причем состав последних, несмотря на имеющиеся различия в размерах исследуемых рыб, был почти одинаков. Чаще всего преобладали Acanthocyclops vernalis, Daphnia longispina, Moina rectirostris и Bosmina longirostris и их молодь, то есть формы, занимающие по своему удельному весу ведущую роль и в зоопланктоне водохранилища. Остальные зоопланктеры, главным образом ракообразные, в пищевом рационе рыб имели локальное значение.
Наименее разнообразный состав поедаемого зоопланктона установлен в верхнем участке водохранилища. По мере приближения к его нижнему участку разнообразие форм возрастает. Например, в верхнем участке разнообразие поедаемого зоопланктона не превышало 2-3 форм, в среднем оно увеличилось до 4-8, а в нижнем — до 17 форм. Такая же закономерность наблюдается и в изменении численности поедаемых зоопланктеров вдоль водохранилища по направлению к плотине.
Что касается времени, то зоопланктон водохранилища наиболее полно используется рыбами в пищу в период с мая по октябрь, то есть тогда, когда и плотность зоопланктона в водохранилище оказывается наибольшей. Этот факт склоняет нас к мысли, что интенсивность потребления зоопланктона в пищу рыбами и круг самих потребителей находятся в прямой зависимости от плотности и состава зоопланктона.
В то же время следует учесть, что средняя остаточная биомасса донной фауны в водохранилище в этот период также была представлена обильно и достигала 200 кг/га (64). Такое обилие кормовой биомассы донной фауны может в значительной степени удовлетворить пищевые потребности бентосоядных рыб. Несмотря на это, как видно из данных таблицы 3, существенную роль в питании всех исследуемых рыб водохранилища играл зоопланктон. В исследованиях А. П. Гладких (10), А. С. Малиновской (30), М. А. Чванкиной (56), О. А. Ключаревой (21), Е. А. Фесенко (52), И. И. Макковеевой (31), Л. Г. Амелиной (1), В. Я. Панкратовой (40), Г. А. Аристовской (2), М. Ф. Ярошенко, А. И. Набережного и О. И. Вальковской (61) и других указывается, что как в водохранилищах, так и других водоемах рачковый зоопланктон при наличии достаточного его количества является основным кормом не только молоди, но и бентофагов и даже некоторых хищных рыб более старших возрастов. Это подтверждается и нашими исследованиями.
В пищевом спектре молоди рыб Дубоссарского водохранилища (большинство не менее 5 см) первое место как по встречаемости, так и по весу занимает зоопланктон. По встречаемости, например, в среднем он составляет 65,5% пищевого комка, а по весу — 54%.
Среди молоди рыб, наиболее интенсивно потребляющей зоопланктон, выделяются лещ, рыбец и вырезуб. В пищевом комке леща и рыбца частота встречаемости зоопланктона равнялась 100%, у молоди вырезуба она не превышала 40%. Однако по весу у всех трех видов рыб зоопланктон превалировал над бентическими организмами примерно в 3 раза.
У молоди головля потребление зоопланктона несколько понижено — 16% встречаемости, но по весу он составлял 46% общего веса пищевого комка.
Несколько больший удельный вес (52%) занимает зоопланктон в пищевом рационе плотвы, у которой и встречаемость зоопланктона в пище также больше (58).
Молодь красноперки, которая считается чисто растительноядной, в водохранилище питается исключительно зоопланктоном. Вместе с тем планктофаг уклея использует в равной мере планктонные и бентические организмы.
Как и следовало ожидать, низкая потребляемость зоопланктона молодью жереха, который, как известно, очень рано переходит на смешанное, а затем хищное питание.
Молодь сазана и судака в уловах, к сожалению, не попадалась. Однако многочисленные литературные данные (7, 58, 1, 38, 52, 10) свидетельствуют о том, что при наличии достаточного количества рачкового зоопланктона он играет первостепенное значение в их питании.
У рыб второй группы (размером 11-40 см) зоопланктон является постоянным компонентом их пищевого рациона, хотя интенсивность его использования снижается.
Это объясняется, с одной стороны, биологическими особенностями взрослых рыб, а с друпой — обилием кормовой донной гидрофауны. Часть рыб, подлежащих анализу, была взята из сетных уловов, что несомненно снижает показатели использования зоопланктона в водохранилище, как более быстро перевариваемого, чем компоненты донной фауны. Несмотря на это, зоопланктон входит в состав пищевого рациона всех 12 видов рыб (таблица 3). Средняя частота встречаемости его достигает 39%, при 8% — у жереха и 87% — у леща. В весовом отношении зоопланктон составляет в среднем 17,8% веса пищевых комков, при 0,4% — у сазана и 48% — у леща.

Таблица 3

Соотношение потребления зоопланктона и донной фауны в пище рыб в Дубоссарском водохранилище (в %)

Размер рыбы в см кормовые группы
Встречаемость (в %) Соотношение по весу (в %)
Зоопланктон Донная фауна Зоопланктон Донная фауна
размеры 1-10 см
Плотва 58 39 52 48
Вырезуб 40 20 78 22
Голавль 16 32 46 54
Красноперка 100 100
Жерех 4 92 1 99
Уклея 79 68 67 33
Лещ 100 67 73 27
Белоглазка 64 93 29 71
Рыбец 100 100 75 25
Сазан
Судак
Окунь 64 90 20 80
размеры 11-40 см Зоопланктон Донная фауна Зоопланктон Донная фауна
Плотва 35 35 8 92
Вырезуб 54 46 9,7 90,3
Голавль 18 55 2,5 97,5
Красноперка 25 50 47 53
Жерех 8 43 0,7 99,3
Уклея 57 57 16 84
Лещ 87 79 48 52
Белоглазка 40 80 19 81
Рыбец 47 70 12 88
Сазан 15 100 0,4 99,6
Судак 11 64 18 82
Окунь 63 88 19 81

Как видно из приведенных данных, зоопланктон водохранилища играет существенную роль в питании, не только «мирных» планктоноядных и бентосоядных рыб, но до определенных размеров и в питании таких типичных хищников, как судак, жерех и окунь.
Мы полагаем, что имеющиеся в литературе противоречия в определении пищевого спектра тех или иных рыб (47, 10, 30, 52, 46, 60) вызваны недоучетом зависимости характера питания рыб от наличия в водоеме тех или иных кормовых ресурсов. Во всяком случае об этом свидетельствуют наши наблюдения в водохранилище, а в отношении карпа и в прудах — М. Ф. Ярошенко, А. И. Набережного и О. И. Вальковской (61), Г. Б. Никольского и Н. Ю. Соколовой (36).
В Дубоссарском водохранилище зоопланктон больше других потребляется такими промысловыми рыбами, как лещ, вырезуб и рыбец. Частота встречаемости зоопланктона в их пищевых комках составляла 47 — 87%, а по весу от 9,7 до 48%. У голавля и сазана, также относящихся к этой категории рыб, встречаемость зоопланктона не превышала 11-18%, а по весу едва достигала 0,4-2,5%.
Примерно такая же картина наблюдается и у хищников — судака и жереха, в пищевом спектре которых зоопланктон играет второстепенную роль. В ином положении находится окунь, у которого встречаемость зоопланктона в пищевых комках достигает 63%, а по весу — 19%.
В питании второстепенных рыб, таких, как плотва, красноперка, белоглазка и уклея, зоопланктон играет существенную роль. Встречаемость его в пищевых комках этих рыб колебалась от 25% у красноперки до 57% у уклеи, а по весу от 8% у плотвы до 47% у красноперки.
Приведенные данные позволяют заключить, что кормовая биомасса зоопланктона Дубоссарского водохранилища потребляется в пищу ихтиофауной совершенно недостаточно. Для более полного и эффективного ее использования в интересах рыбного хозяйства необходимо сократить численность малоценных и тугорослых планктофагов и увеличить численность быстро растущих и промысловоценных планктофагов.

ВЫВОДЫ:
1.Образование Дубоссарского водохранилища привело к увеличению разнообразия форм зоопланктона в 2,5 раза, а средней его плотности — в 165 раз.
2.Распределение численности зоопланктеров и их биомассы вдоль водохранилища неодинаково. В верхнем участке средняя плотность их составляет 5700 экз/куб. м, а биомасса 0,6 г/куб.м, в среднем участке соответственно 71 100 экз/куб.м и 2,2 г/куб.м, а в нижнем 305 000 экз/куб. м и 3,8 г/куб. м. Ракообразные зоопланктеры в среднем по водохранилищу составляют 86% общей плотности зоопланктона.
3.В связи с постоянной проточностью и перемешиванием водной толщи водохранилища вся она заселена зоопланктоном без заметного закономерного количественного и качественного его расслоения. Однако наибольшая концентрация зоопланктеров наблюдается в верхнем слое воды до глубины 6 м.
4.Средняя остаточная биомасса зоопланктона за вегетационный период в целом по водохранилищу составляет 3,2 г/куб. м, а под 1 кв. м до глубины 5 м- 15 г/куб. м, или 150 кг/га.
Зоопланктон водохранилища как составная часть его кормовой базы имеет решающее значение в питании не только молоди рыб (65,5% по встречаемости, 54% веса пищевого комка), но и значительного числа (46% общего состава рыб) бентофагов и хищных рыб более старших возрастов (39% по встречаемости, 17% веса пищевого комка). Однако большая часть этой кормовой базы остается недоиспользованной.
5.Для более эффективного использования кормовой базы зоопланктона водохранилища в интересах рыбного хозяйства, наряду с сокращением численности малоценных и тугорослых планкгофагов, необходимо ввести некоторых ценных планктофагов рыб. В этом отношении ценным объектом является синец, с успехом вселенный в ряд водохранилищ.

ZUSAMMENFASSUNG!
des Artikels von A. I. Nabereshny «Das Zooplankton und seine Futterbedeutung fur die Fische in den ersten johren der Entstehun
des Wasserbassins von Dubossar
».

Der Bau des Wasserbassins von Dubossar auf der mittleren Strecke des Flusses Dnjestr führte bedeutende Veränderungen in der Mannigfaltigkeit und in dem quantitativen Bestand des Zooplanktons herbei. Die Mannigfaltigkeit der Zooplanktonformen im Wasserbassin vergrößerte sich im Durchschnitt 2,5 Mal, und seine Anzahl 105 Mai. Noch größere Veränderungen fanden in der Biomasse des Zooplanktons statt, die in den Bedingungen des Wasserbassins 1000—5000 Mal auf eine Einheit der Fläche stieg.
Die Erforschungen erwiesen, daß die Verteilung der Anzahl des Zooplanktons und seiner Biomasse längs des Wasserbassins nicht gleich ist und hangt direkt von seinem hydrologischen Zustand ab. In der oberen Strecke des Wasserbassins beträgt die Durchschnittszahl des Zooplanktons 5700 Exemplaren pro cbm. Wasser, der Anteil der Rädertierchen beträgt 76%. In der mittleren Strecke steigt die Durchschnittszahl des Zoopllanktons bis 71 000 Exemplaren pro cbm., jedoch quantitativ überwiegen hier die krebsartigen Ruderfüsser (61% der gesammten Zusammensetzung). Und schließlich in der unteren Strecke erreicht die Zahl des Zooplanktons 305 000 Exemplaren pro cbm., — 88% bilden die Krustazeen. Auf der ganzen Fläche des Wasserbassins sind die Krustazeen Acanthocyclops vernalis, Bosmima longirostris und ihre Brut — vorherrschend.
Der Zahlverteilung und der Formenverschiedenheit des Zooplanktons längs des Wasserbassins entspricht völlig seine Biomasse, die in der oberen Strecke — 0,06 g. pro cbm., in der mittleren — 2,2 g. pro cbm., und in der unteren — 3,8 g. pro cbm. beträgt.
Dank dem beständigen Abfluß und der Vermischung der Wasserdichte des Wasserbassins ist sie vollständig mit dem Zooplankton besiedelt ohne eine gesetzmäßige qualitative und quantitative Schichtung. Die größte Konzentration des Zooplanktons wird in der oberen Wasserdichte bis 6 Meter tief bemerkt. Diesem gemäß verteilt sich auch seine Biomasse, die im Durchschnitt bis 5 Meter tief 3 g. pro cbm., und unter 1 qm — 15 g. pro cbm. oder 150 kg/ha bildet.
Angenommen, daß der Anzeiger des Fischproduktiongrades des Zooplanktons 45 und der Futtergrad seiner Biomasse 10 ist, erweist sich, daß theoretisch im Wasserbassin des Zooplankton ungefähr 6—6,5 Zentner Fische von guter Qualitat ernähren kann.
Bei der Ernährungsuntersuchung der 25 Fischarten wurde festgestellt, daß das Zooplankton des Wasserbassins eine entscheidende Bedeutung in der Ernährung der Fischbrut (65,5% des Vorkommens, 54% des Futterklümpchengewichtes), und auch eine große Bedeutung in der Ernährung der bedeutenden Zahl (46% des Gesamtbestandes) der gewerblichen Fische. Bentofagen und der älteren Raubfische (39% des Vorkommens, 17% des Futterklumpcheng ewichtes) hat. Jedoch bleibt der Größte Teil dieser Futterbasis nicht ausgenützt.

ЛИТЕРАТУРА
1.Амелина Л. Г. Питание молоди карповых в пойменных водоемах дельты Волги, Труды Всесоюзного научно исследовательского института морского, рыбного хозяйства и океанографии., 1941, XIV.
2.Аристовская Г. А. К вопросу о питании некоторых волжско-камских рыб, Труды татарского отд. ВНИОРХ, 1935, вып. 2.
3.Бенинг А. Л. Кладоцера Кавказа, Тбилиси, 1941.
4.Бирштейн Я. А. и Боруцкий Е. В., Жизнь в подземных водах. Жизнь пресных вод, т. III, 1950.
5.Боруцкий Е. В. К вопросу о формировании зоопланктона Учинского водохранилища канала им. Москвы, «Зоологический журнал», 1949, т. XXVIII, вып. I.
6.Васнецов В. В. и др. Морфологические особенности, определяющие питание леща, воблы и сазана, АН СССР, 1948.
7.Вонаков И. К. Питание мальков карповых в дельте реки Волги, Труды Каспийского бассейна филиала ВНИРО, 1952, г. XII.
8.Раевская Н. С, Опыт установления кормового коэффициента водорослевого корма для Daphnia magna в полевых условиях, «Зоологический журнал», 1945, XXIV, вып. 2.
9.Гримальский В. Л., Штутман Р. С. и Хорьякова З. К., Питание и рост карпа в некоторых водоемах Молдавии, Труды Кишиневского с/х института им. Фрунзе, 1955, т. V.
10.Гладких А. П., Материалы по питанию молоди рыб в Цимлянском водохранилище, Известия ВНИОРХ, 1954, т. XXXIV.
11.Дрягин П. А., О формировании состава рыб в Цимлянском водохранилище в первый год его существования, «Рыбное хозяйство», 1953, № 10.
12.Жадин В. И. и Данильченко П. Г. Донная фауна и рыбы Учинского водохранилища, Труды зоологического института, 1941, т.VII.
13.Жадин В. И., Закономерности массового развития жизни в водохранилищах, «Зоологический журнал», 1947, т. XXVI, вып. 5.
14.Жадин В. И. Жизнь в реках. Жизнь пресных вод. 1950, т. III.
15.Жадин В. И. и Родина А. Г. Биологические основы водоснабжения и очистки вод. Жизнь пресных вод. 1950, т. III.
16.Желтенкова М. В. Состав пищи и рост некоторых представителей Rutilus rutilus, «Зоологический журнал», т. XXVIII, 3, 1949.
17.Зиновьев А. Ф., Планктон полоев и ильменей дельты реки Волги и его кормовое значение для молоди промысловых рыб, «Труды Волго-Каспийской научно-рыбной станции, 1947, т. IX, вып. I.
18.Киселева Е. И. Планктон Рыбинского водохранилища, Труды проблемных и тематических совещаний ЗИН, 1954, вып. II.
19.Киселев И. А. Жизнь в болотах и болотные отложения, Жизнь пресных вод, том. III, 1950.
20.Кутикова Л. А., Материалы по систематике и биологии коловраток фауны СССР. (Сем. Brachionidae и сем. Euchlanidae, подсем. Euchlanis). Автореферат кандидатской диссертации, 1954.
21.Ключарева О. А., Питание и пищевые взаимоотношения бентосоядных рыб Рыбинского водохранилища, Кандидатская диссертация, М., 1951.
22.Лечнева С. Г., Жизнь в озерах. Жизнь пресных вод, т. III. 1950.
23.Лившин Н. М Планктон Цимлянского водохранилища по летним сборам 1952 г. Известия ВНИОРХ, 1954, т. XXXIV.
24.Мельников Г. Б. Зоопланктон прудов степной зоны Украины. Вестник н/исслед. ин-та гидробиологии Днепропетровского госуниверситета, 1953, т. X.
25.Мельников Г. Б., Формирование и пути реконструкции ихтиофауны Днепровского водохранилища, Труды Всесоюзного гидробиологического общества, 1953. т. V
26.Мельников Г. Б. Зоопланктон оз. Ленина (Днепровского водохранилища) после его восстановления, Вестник н/исслед. ин-та гидробиологии Днепропетровского госуниверситета, 1955, т. XI.
27.Мейен В. Р., Карзинкин Г. С, Ивлев В. С. и др. Использование двухлетним карпом естественных кормовых запасов пруда, «Зоологический журнал», 1937, XVI, 2,
28.Мануйлова Е. Ф. К изучению географического распространения, экологии и изменчивости Cladocera озер СССР. Кандидатская диссертация, Л., 1947.
29.Мордухай-Болтовская Э. М., Материалы по распространению и сезонной динамике зоопланктона Рыбинского водохранилища, Труды биологической станции «Борок», 1956, 2.
30.Малиновская А. С. Материалы по питанию рыб Джезказганского водохранилища,
Сборник работ по ихтиологии и гидробиологии, АН Казахской ССР, 1956. вып. I.
31.Макковеева И. И. Питание молоди щуки Рыбинского водохранилища. «Вопросы ихтиологии», 1956, в. 7.
32.Мордухай-Болтовский Ф. Д. Материалы по среднему весу водных беспозвоночных бассейна Дона.Труды проблемных и тематических совещаний ЗИН, 1954, вып. 2.
33.Мордухай-Болтовский Ф. Д. Некоторые данные о выращивании молоди судака в нерестово-выростных хозяйствах на Дону. «Вопросы ихтиологии», 1954, вып. 2.
34.Неизвестнова-Жадина Е. С. Планктон Иваньковского водохранилища в 1937—1938 гг., Труды зоологического института, 1941, т. VII, вып. I.
35.Неизвестнова-Жадина Е. С. Коловратки, Жизнь пресных вод, 1949, т. II.
36.Никольский Г. Б. и Соколова Н. Ю. О путях рыбохозяйственного освоения водоемов района лесной полезащитной полосы Камышин — Сталинград, «Зоологический журнал», 1950, вып. 2, т. XXIX.
37.Павловский Е. Н., Лепнева С. Г., Очерки из жизни пресноводных животных, «Советская наука», 1948.
38.Петина Т. С., Питание молоди промысловых рыб Миусского лимана, Труды Всесоюзного гидробиологического общества, 1955, т. VI.
39.Пирожников П. Л., Прогноз и основные мероприятия по рыбохозяйственному усвоению Сталинградского водохранилища. Известия ВНИОРХ, 1954.,т. XXXIV.
40.Панкратова В. Я. Материалы по питанию волжских рыб,Труды зоологического института, 1948, т. VIII, вып. 3.
41.Рылов В. М. Ветвистоусые ракообразные. Жизнь пресных вод, т. 1, 1940.
42.Рылов В. М. Зоопланктон Учинского водохранилища, Труды зоологического института, 1941, т. VII, вып. I.
43.Рылов В. М. Исследования над зоопланктоном некоторых водоемов долины Волги в Куйбышевской области, Труды зоологического института, 1948. т. VIII, вып. 3.
44.Рылов В. М. Фауна СССР. Ракообразные, т. III, вып. 3, 1948.
45.Соколова М. М. Планктон Ладожского озера в районе Осиповецкого маяка, «Труды петергофского биологического института, 1935, № 13—14.
46.Сыроватская Н. И. Особенности в биологии размножения Донского судака и поведении его молоди, «Зоологический журнал», 1953, т. XXXII, вып.I.
47.Спановская В.Д., Питание рыб Учинского водохранилища, «Зоологический журнал», 1948, т. XXVII.
48.Себенцов Б. М., Биск А. И. и Мейснер Е. В. Режим и рыба Иваньковского водохранилища в первые два года его существования, Труды Воронежского отделения ВНИОРХ, 1940, т. 3, вып. 2.
49.Томнатик Е. Н., Направление формирования ихтиофауны Дубоссарского водохранилища в первые годы его становления. Известия Молдавского филиала АН СССР. 1957, № 8 (41).
50.Уломский С. Н.. Роль ракообразных в общей биомассе планктона озер., Труды проблемных и тематических совещаний, I, изд. МССР, 1951.
51.Уломский С. Н., К экологии ракообразных и коловраток внутренних водоемов Крыма, Труды Карадагской биологической станции, 1955, вып. 13.
52.Фесенко Е. А., Питание молоди судака в первый год зарегулирования р. Дон, «Рыбное хозяйство», 1953, № 10.
53.Харин Н. Н., Зоопланктон манычских водоемов. Ученые записки Ростовского госуниверситета 1948, XII.
54.Цееб Я. Я., Материалы по изучению жизни водоемов Орловщины и к развитию рыбного хозяйства, Ученые записки Орловского госпединститута, 1947, вып. 2.
55.Чугунова Н. И. Биология судака Азовского моря. Труды Азово-Черноморской научно-промысловой экспедиции , 1931, вып. 9.
56.Чванкина М. А., Питание молоди промысловых карповых рыб Рыбинского водохранилища, Кандидатская диссертация, Л., 1947.
57.Чернышенко А. О., Материалы по питанию основных видов частиковых промысловых рыб Днестровского бассейна. Сборник работ по Днестровскому лиману и низовью Днестра, 1953, вып. 2.
58.Шорыгин А. А. Питание и пищевые взаимоотношения рыб Каспийского моря. Пищепромиздат, 1952.
59.Шмидтов А. И., Роль плотвы (Rutilus rutilus) в рыбном хозяйстве Таджикской ССР и ее биологические особенности в нижней Каме и средней Волге. Ученые записки Казанского госуниверситета им. В. И. Ульянова-Ленина, 1952, т. 112, кп17.
60.Ярошенко М. Ф., Ганя И. М., Вальковская О. И. и Набережный А. И., К вопросу об экологии и промысловом значении некоторых рыб Днестра, Известия Молдавского филиала АН СССР, 1951, № 1(4).
61.Ярошенко М. Ф., Набережный А. И. и Вальковская О. И., Пищевые взаимоотношения карпов и карасей при совместном их выращивании в прудах Молдавии, Известия Молдавского филиала АН СССР, 1953, № 5 (13).
62.Ярошенко М. Ф. и Набережный А. И., О биологической продуктивности прудов Молдавии, Известия Молдавского филиала АН СССР, 1955, № 6 (26).
63.Ярошенко М. Ф., Абиотические условия в первые два года формирования гидробиологического режима Дубоссарского водохранилища., Известия Молдавского филиала АН СССР, 1957, № 8 (41).
64.Ярошенко М. Ф., Первые два года формирования донной фауны в Дубоссарском водохранилище, Известия Молд. филиала АН СССР, 1957, № 8 (41).
65. Ярошенко М. Ф. Гидрофауна Днестра, АН СССР, 1957.
66.Ярошенко М. Ф. Биотические условия жизни карпов в прудах Молдавии, Известия Молдавского филиала АН СССР, 1956, № 5 (32).

© 1957. Авторские права на статью принадлежат А.И.Набережному, (Молд. филиал АН СССР). Использование и копирование статьи разрешается с указанием автора и ссылкой на первоисточник HERALD HYDROBIOLOGY

Июль 9, 2009 Posted by | Dubossari Reservoir | , , , , , , , , , , , , , , , , , , | Оставьте комментарий