HERALD HYDROBIOLOGY

Ученые труды А.И.Набережного

Рыба Днестра

К вопросу об экологии и прoмысловом значении некоторых рыб Днестра

Река Днестр с ее пойменными водоемами является одним из основных рыбопромысловых объектов Молдавии. Несмотря на это, изучением ихтиологического состава, а тем более биологии и промысловых запасов рыб Днестра, никто по существу не занимался.
Есть опубликованные работы прошлого столетия, из которых наиболее существенное значение имеют работы К. Ф. Кесслера по изучению видового состава рыб Днестра. Освещая ихтиологический состав Днестра, К. Ф. Кесслер одновременно с этим подчеркивал его реофильный характер, в отличие от ихтиологического состава р. Днепр. Обычные для Днестра реофильные формы — голавль (Leuciscus cephalus L.), вырезуб (Rutilus frissii Nord), марена (Barbus barbus L), стерлядь (Acipenser ruthenus L.) и подуст (Chondrostoma nasus nasus B.) в Днепре встречаются сравнительно редко. В то же время обычные днепровские формы — лещ (Abramis brama L.), линь (Tinсa tinсa L), карась (Carassius carassius L.), плотва (Rutilus rutilus L.), красноперка (Scardinius erythrophtalmus L.), окунь (Perca fliviatilis L.) и щука (Esox lucius L.) сравнительно редко встречаются в русле Днестра.
Кроме того, К. Ф. Кесслер разделил изученный им участок Днестра на две ихтиологические части — среднюю — от границ Галиции до г. Дубоссар и нижнюю — от г. Дубоссар до устья Днестра. Несмотря на значительную давность, высказанные К. Ф. Кесслером положения не утратили своего значения и до настоящего времени.
В двадцатых годах текущего столетия Ф. Егерман в низовье Днестра частично занимался изучением ихтиофауны. Ф. Егерман, кроме видового состава рыб, касается рыбопромыслового значения пойменного водоема — Кучурганский лиман.
Настоящая статья должна заострить внимание на специальном и всестороннем изучении состава, экологии, промыслового значения и запасов ихтиофауны р. Днестра.
Ихтиологический материал, используемый в данной статье, собран в июле-августе 1947 г. на участке Днестра от г. Галич до устья и в апреле-мае 1948 г., — на участке Днестра от г. Рыбницы до устья Днестра. Сборы ихтиологического материала производились с помощью рыбаков, производивших промысловые уловы неводом, сетями, вентерями, переметами и другими орудиями лова, в зависимости от условий. Всего собрано и обработано свыше 1000 экземпляров различных видов рыб Днестра.
Одновременно с систематической обработкой собранных материалов, с помощью окуляр-микрометра по годовым кольцам на чешуе, путем, обратного расчета, устанавливался темп роста экземпляров рыб.
Кроме этого, на основании анализа содержимого в желудках и кишечниках рыб, изучался спектр их питания, хотя данные об этом очень приближенные, так как по каждому из приведенных видов обработано от 5 до 15 экземпляров. Упитанность определялась по формуле Фультона.
Данные о промысловом значении отдельных видов рыб и рыбопродуктивности Днестра базируются на сводных материалах Молдавского государственного рыбопромышленного треста за пятилетний период.
Что же касается времени хода проходных и полупроходных рыб и мест их нереста, то эти сведения частично установлены наблюдениями, а частично получены из материалов Рыбтреста и опроса рыбаков Днестра.
В сборе и обработке ихтиологического материала, кроме авторов, активное участие принимал также старший преподаватель кафедры биологии Кишиневского государственного педагогического института С. Ф. Кутишевский, которому мы искренне благодарны.
Условия, в которых живут и развиваются любые организмы, а в данном случае рыбы, имеют решающее значение для их качественных и количественных показателей. Поэтому нам кажется необходимым хотя бы в самых кратких чертах отметить те экологические условия, которые определяют ихтиологический состав и некоторые его биологические особенности в Днестре.
По своим гидрологическим особенностям река Днестр может быть отнесена к типу горных рек, хотя и с не совсем резко выраженными чертами.
Экологические условия для жизни и развития рыб на большей части протяжения Днестра являются не особенно благоприятными.
Непостоянство уровенного режима, быстрое течение и значительная мутность воды, достигающая максимума 2 кг взвеси в одном кубометре воды, затрудняют, а подчас и совсем не дают возможности развитию прибрежной растительности. А это, в свою очередь, исключает развитие прибрежной зарослевой фауны, играющей, как известно, не последнюю роль в кормовых ресурсах рыб. Этим же объясняется и скудное развитие планктона как в количественном, так и в качественном отношении. Даже в низовье Днестра, по заключению Д. О. Свиренко фитопланктон отличается большой качественной и количественной бедностью, отсутствием массовых вегетации и доминирующей ролью диатомей. Еще в большей степени эти черты фитопланктона выражены в среднем участке Днестра, не говоря уже о его верховье.
Также качественно и количественно беден животный планктон. Количество зоопланктеров в одном кубометре воды колеблется от 77 до 5483 экземпляров, из которых по видовому и количественному составу 90% представляют коловратки. Избыточная мутность воды, засоряющая фильтрационные аппараты зоопланктеров и отяжеляющая их, а также ограниченность водорослей, служащих питанием зоопланктеров, лимитируют их качественный и количественный состав.
Если подойти с точки зрения кормовой значимости зоопланктона русла Днестра для рыб, то его биомасса по Цеебу (115) составит от 0,35 мг до 25,22 мг в 1 куб м воды, или от 7 до 500 г. на гектар в водном слое толщиною в 2 метра. Естественно, что такие планктические кормовые ресурсы больше чем недостаточны, и они лимитируют развитие и рост мальков днестровских рыб, которые в раннем возрасте питаются исключительно планктоном.
Биомасса донной фауны русла Днестра, за исключением песчаных и песчано-галечных грунтов, представлена довольно богато. Плотность заселения дна колеблется от 3522 до 95 000 организмов на один квадратный метр, сырая биомасса которых весит от 18,5 до 211,5 г. или от 185 до 2115 кг на один гектар. Но нужно полагать, что не везде и не для всех видов рыб эта обильная донная фауна Днестра вполне доступна, как источник питания. Тем более что в общей сложности 95% биомассы донной фауны Днестра представлены реофильными моллюсками с твердой раковиной. Лишь в нижней части Днестра значительную роль в образовании биомассы играют олигохеты, амфиподы, личинки тендипедид и поденок.
Однако гидрологический режим Днестра не только косвенно, но и непосредственно влияет на количественный и качественный состав рыбного поголовья Днестра. Непостоянство уровенного режима Днестра отрицательно сказывается на воспроизводстве подавляющего большинства рыб, а максимальная мутность воды обычно приводит к скату рыб из Днестра в лиман. В отдельных же и не так редких случаях максимальная мутность воды приводит к замору рыбы, которому в первую очередь подвержены осетровые и карповые промыслово-ценные формы.
Все эти факторы, вместе взятые, создают не весьма благоприятные экологические условия для развития и роста ихтиофауны Днестра и прежде всего отрицательно сказываются на ее количественном составе.
К этому следует добавить, что пойменные условия воспроизводства и нагула промыслово-ценных карповых рыб (сазан, лещь, тарань) в связи со специфичным внутригодовым распределением стока также неблагоприятны, о чем было сказано в работе М. Ф. Ярошенко.
В результате этого естественные рыбопромысловые возможности Днестра не соответствуют его водоносности. Об этом же свидетельствуют и некоторые литературные данные прошлого столетия. Так, например, по А. Скальковскому стоимость годовой добычи рыбы в Днестре и Днестровском лимане в первой половине прошлого столетия оценивалась в 1950 руб. серебром, что по средним ценам того времени составит 9-10 тысяч центнеров. Незначительные рыбопромысловые возможности Днестра в те времена подчеркиваются и в статье «Промышленность Бессарабской области», где сказано, что лов рыбы в Днестре производится преимущественно для собственного потребления. И если, как утверждает Крашевский (J. Kraszewsкi), греческие колонисты наполняли здесь во времена Геродота свои амфоры соленой рыбой для отправки в Грецию, то это происходило только за счет недоедания колонизированного ими населения.
Как обычно для всех рек, рыболовство в Днестре сосредоточено, главным образом, на его нижнем участке, от г. Бендеры и ниже. Выше Бендер лишь в районе г. Рыбницы более или менее развито плановое рыболовство. Что же касается верхнего участка Днестра, то рыболовство там носит скорее любительский, чем промысловый характер.
В целом по Днестру и Днестровскому лиману, за период с 1945 по 1949 г. включительно, годовой улов рыбы колебался от 6536 центнеров до 9641 центнера. Среднегодовой рыбопромысловый улов за этот же период составляет 7647 центнеров. А если принять во внимание, что примерно 10% улова рыбы обычно не поступает в учет и идет «на сторону», то среднегодовую рыбопродуктивность Днестра и Днестровского лимана можно принять за этот период около 8500 центнеров.
Судя по некоторым данным, из общей суммы в 7647 центнеров среднегодового улова 50% вылавливается в Днестре и его пойме. Основной удельный вес в рыболовстве на Днестре и его пойменных водоемах принадлежит Молдавскому государственному рыбопромышленному тресту, который облавливает наиболее продуктивный участок Днестра в пределах Молдавии.
За указанный выше пятилетний период годовой улов рыбы по госрыбпромтресту на участке Днестра от города Рыбницы до села Паланки (вместе с пойменными водоемами) колебался от 1088 центнеров в 1945 году до 3017 центнеров в 1949 году. Среднегодовой улов за этот же период составляет 2113 центнеров. Если учесть облавливаемую водную площадь Рыбтрестом, то получится, что рыбопродуктивность ее составит 6-7 кг/га, что равняется рыбопродуктивности одного лишь русла Волги или Камы.
К великому сожалению, в распоряжении Рыбтреста нет количественных данных улова отдельно по руслу Днестра и его пойменным водоемам, что затрудняет возможность сделать необходимые обобщения и выводы.
Основную роль (50 %) в среднегодовом рыбопромысловом улове играет крупный частик (сазан, лещ, щука, сом) и мелкий частик (48%). Осетровые же составляют всего лишь 1,9% среднегодового улова, колеблясь по годам от 1,1 до 4,4% годового улова. Таким образом, удельный вес осетровых в рыбопромысловых уловах на Днестре почти такой же, как и в уловах на р. Урал (1-2%), но абсолютные показатели там несравненно большие несмотря на то, что Урал по водоносности мало отличается от Днестра.
Значительный процент в весе рыбной продукции Днестра мелкого частика и ограниченный вес осетровых свидетельствуют о невысоком ее качестве в целом. Причиной такого положения в Днестре следует считать вышеприведенные экологические условия обитания рыб, но ни в коем случае не перелов. Во-первых, на большей части водной площади Днестра и его пойменных водоёмов условия облова неблагоприятные и применение орудий активного лова здесь невозможно. Во-вторых, в средних пробах из промысловых уловов относительно обычными являются промысловые рыбы в возрасте 6-7 и больше лет, а отдельные экземпляры встречаются в возрасте 12-14 лет.
Хотя приведенные данные не исключают отрицательного влияния на количественный состав промысловой ихтиофауны Днестра хищнического истребления маломерной рыбы арендаторами Румынии во время оккупации Бессарабии и гибели мальков в заболоченных пойменных водоемах.
Основными промысловыми видами рыб в Днестре в настоящее время являются: белуга (Huso huso L.), стерлядь (Acipenser ruthenus L.), осетр (Acipenser guldenstadti Br.), севрюга (Acipenser stellatus Pal.), щука (Esox lucius L.), судак (Lucioperca lucioperca L.), сазан (Cyprinus carpio L.), сом (Siluris glanis L.), лещ (Abramis brama L.), марена (Barbus barbus L.), чехонь (Pelecus cultratus L.), тарань (Rutilus rutilus heckeli N.), рыбец (Vimba vimba vimba natio carinata Pall), жерех (Asplus aspius L.), подуст (Chondrostoma nasus nasus n. borysthenicum Berg.)
Согласно сводке Л. С. Берга, «Рыбы пресных вод СССР и сопредельных стран» 1949-1950 гг., в Днестровском бассейне насчитывается 75 видов и подвидов рыб и два вида предполагается. Экспедиционными исследованиями отдела зоологии Молдавского филиала АН СССР на участке Днестра от г. Галича и до устья обнаружено из них следующие 49 видов.

Семейство осетровых (Acipenseridae) представлено в Днестре очень ограниченно следующими формами:
1. Белуга (Huso huso L.) среди осетровых занимает первое место в промысловых уловах и составляет 42% общего веса осетровых. В свое время, по данным К. Ф. Кесслера, белуга хотя и редко, но поднималась до села Старая Ушица. В настоящее время она очень редко вылавливается в районе города Сороки. Непосредственными наблюдениями экспедиции было установлено, что белуга имелась в районе г. Рыбницы в апреле месяце 1948 года, где было выловлено 3 экземпляра самок весом от 40 до 67 кг, с текучей икрой. Судя по этому, места нереста были расположены где-то на участке Днестра между Рыбницей и Сороками. Крупные экземпляры этой рыбы весом 300-400 кг встречаются в Днестре как исключение.
2. Стерлядь (Acipenser ruthenus L.) является обычной формой для Днестра почти на всем его протяжении. Более часто встречается стерлядь на участке от города Могилев-Подольска до села Ваду-луй-Воды включительно. В учтенных промысловых уловах, в среднем за пять лет, стерлядь составляет 14,2% улова осетровых. Но ежегодный улов ее очень неравномерный и колеблется от 0 до 31 центнера. Ловится стерлядь обычно мелкая, длиною в 18-57 см и весом в 150-370 г.
Судя по составу содержимого исследованных желудков стерляди, основной ее пищей являются личинки тендипедид, симулид и поденок. Последние представлены, главным образом, личинками Polymitarcis и Palingenia.
Не последнюю роль в пищевом рационе стерляди играют также амфиподы. В одном из желудков стерляди было обнаружно вполне сохранившихся 594 экземпляра личинок тендипедид, 662 экземпляра личинок симулид и 19 личинок поденок. Остальная масса, вес которой достигал 17,5 г. представляла собой пищевую кашицу из фрагментов названных личинок и амфипод. Интересно отметить, что основную массу (566 экземпляров) личинок тендипедид, обнаруженных в приведенном желудке стерляди, составляли личинки пелореофильной формы — Tendipes plumosus — reductus. Это говорит о том, что стерляди охотно нагуливаются на илисто-песчаных грунтах, питаясь преимущественно личинками насекомых и ракообразными. Семьдесят восемь процентов встречаемости в пище стерляди составляют тендипедиды, столько же поденки, 44% — амфиподы и 56% составляют личинки симулид, трихоптер и других насекомых. Реофильные моллюски очевидно не используются стерлядью в пищу, так как никаких следов их в содержимом желудков не обнаружено.
На основании анализа содержимого желудков стерляди можно считать, что её свободно можно нагуливать в закрытых водоемах типа Кучурганского лимана, а тем более полупроточных прудах, сооружаемых на малых реках республики.
Опыты нагула стерляди в пойменных водоемах Татарской АССР производились Аристовской Г. В. Эти опыты дали положительные результаты, несмотря на то. что в подопытных водоемах содержание кислорода снижалось до 19%, а у дна, в отдельных случаях, даже до 0.
Для Молдавской ССР положительное разрешение этого вопроса имеет исключительно важное значение.
Места нереста стерляди расположены в районе Залещики, Хотина, Могилев-Подольска, Рыбницы, Стохная и Чобручи русские — в верховье днестровского рукава Турунчук.
3. Русский осетр (Acipenser guldenstadti Br.) является наиболее редким представителем среди осетровых рыб Днестра. Удельный вес русского осетра в уловах красной рыбы в Днестре в среднем за пятилетие составляет 8%, но ловится он не каждый год. По данным К.Ф.Кесслера, раньше осетр поднимался до Хотина, в настоящее время он отмечен также в районе Могилев-Подольска и Рыбницы. Места нереста осетра известны ниже Рыбницы в районе сел Стохная и Сахарна.
4. Севрюга (Acipencer stellatus Pall.) по встречаемости стоит на первом месте после стерляди. Ее удельный вес в среднегодовом улове осетровых составляет 35,5%. В промысловых уловах встречаются экземпляры весом до 30 кг. Основную роль в составе пищи севрюги играют личинки тендипидид, амфиподы, олигохеты. Используются в пище также пиявки, личинки поденок, преимущественно Polymitarcis, и других насекомых. Подавляющее большинство компонентов нищи севрюги является пелореофилами. Моллюски в составе пищи севрюги не обнаружены.
По литературным данным севрюга поднимается по Днестру до устья Збруча, экспедиционными исследованиями отдела зоологии она обнаружена лишь около шор. Сорок. Места нереста севрюги известны в районе села Тарасово, гор. Рыбница и ниже — в районе сел Стохная и Сахарна.
В промысловых уловах осетровые встречаются в итечение всего вегетационного периода, но главным образом во время нерестового хода — в апреле-мае и осенью в сентябре-октябре месяце. Осенний ход рыбаки считают обратным скатом осетровых в море, что несомненно ошибочно. Случаи поимки осетровых, в частности севрюги, которые имели место зимой на ямах в Турунчуке, в низовье Днестра, свидетельствуют о наличии в Днестре озимой расы осетровых, особи которых заходят в реку с осени и до весны залегают здесь на ямах.
Семейство сельдевых (Clupeidae) представлено в Днестре очень ограничено и в промысловых уловах заметного значения не имеет.
1. Черноморская сельдь (Caspialosa kessleri pontica Eich) по данным К.Ф.Кесслера поднимается до Ямполя, но экспедиционными исследованиями отдела зоологии она обнаружена единичными экземплярами во время хода в апреле месяце не выше Тирасполя.
2. Дунайский пузанок (Caspialosa caspia nordmani Ant.) также встречается единичными экземпдярами в верховье Турунчука во время апрельского хода.
3. Тюлька (Clupeonella delicatula m. cuitriventris Nord.) по утверждению рыбаков поднимается до гор. Тирасполя, но экспедиционными наблюдениями отмечена в августе лишь до села Раскайцы. По Егерману в промысловых уловах за 1922-1925 гг. на Кучурганском лимане тюлька составляла от 4,2 до 27,5%.Теперь же, в связи с обмелением ериков, ее заход туда значительно затруднен и промысловое значение ее в Днестре упало.
Семейство щуковых (Esocidae), как известно, представлено в Европе одним видом.
Щука (Esox lucius L) встречается в тех участках Днестра, где развиты пойменные водоемы.
Удельный вес щуки в среднегодовом промысловом улове составляет 8,5%, а в отдельные годы (1949) улов ее достигает почти 15% (373 центнера) годового улова. Улов производится, главным образом, в феврале-марте месяце, в нижней части Днестра и в пойме во время хода на нерест.
По материалам, собранным в августе месяце из Кучурганского лимана, коэфициент средней упитанности щуки, по Фультону, равняется 1,25. Темп роста трехгодовалых особей щуки, установленный путем обратного исчисления по чешуе, значительно интенсивнее, чем уральской щуки. Это видно из следующих сравнительных возрастных и линейных данных в см:

Возраст I II III
Днестр 18,6 32,8 38
Урал -по Тихому (13) 16,7 30,5 35,8

Семейство карповых (Cyprinidae) представлено в Днестре наиболее миогочисленно и разнообразно. Естественно, что и в промысловых уловах представители карповых в весовом и количественном отношении имеют доминирующее значение.
Плотва (Rutilus rutilus L.) встречается преимущественно в тех участках Днестра, где более или менее развита пойма. Она обычна на участке Днестра в районе Галича-Нижнева, редко встречается в среднем участке Днестра и снова является обычной в его нижней плавневой части, где играет некоторую роль в промысловых уловах мелкого частика. Такое распределение плотвы по протяженности Днестра связано, главным образом, с ее местами нерестилищ на полоях и в пойменных водоёмах, которых она придерживается и во время нагула. Нерест плотвы происходит в апреле — мае месяце.
2. Тарань (Rutilus rutilus heckeli Nord.) обнаружена в Днестре экспедиционными исследованиями в апреле месяце до Тирасполя. В уловах установлены преимущественно двухлетние и единично трехлетние особи. Во время летних исследований тарань в Днестре не установлена. Промысловое значение тарань приобретает во время весеннего улова в пойменных водоемах низовья Днестра, где по количеству в некоторых уловах состав её достигает 22-23%. Но всё же в настоящее время промысловое значение тарани в среднегодовых уловах Рыбтреста минимальное и измеряется десятыми долями процента. Это объясняется отсутствием достаточной площади необходимых нерестилищ для тарани и сокращением её хода на нерест.
3. Вырезуб (Rutilus frisii Nord.), типичная реофильная форма и является обычной для Днестра. Особенно характерен вырезуб для верхнего и среднего участков Днестра. Ниже Дубоссар вырезуб встречается уже довольно редко, а в самом низовье. Днестра, кроме случаев замора и нерестового хода он совсем не встречается.
Среди вылавливаемых особей вырезуба подавляющее большинство их достигают длины до 20 см и веса до 200 гр, очевидно поэтому в промысловых уловах отдельно вырезуб не числится, а входит в состав мелкого частика, хотя он и не является редкостью. Редкие особи достигают веса свыше 500 г. а весом свыше одного килограмма (1570 г) и длиною 415 мм за время исследования был обнаружен всего лишь один экземпляр.
Встречается вырезуб в Днестре в течение всего вегетационного периода, причем лучше упитанные экземпляры его обнаружены в верхнем участке Днестра, хотя темп роста почти одинаковый. Вообще же рост вырезуба в Днестре не отличается особой интенсивностью, что видно из следующих данных, полученных путем обратного расчисления по чешуе:

Возраст I II III IV V VI VII VIII IX X
Длина в см 4,9 8,3 11,7 15,1 18 20,5 23,7 28,3 34,1 35,4

Что же касается питания вырезуба, то оно в Днестре остается неясным, так как просмотрено содержимое лишь одного желудка, в котором обнаружены остатки раковины Viviparus viviparus.
Нерест вырезуба протекает в Днестре в апреле — мае месяце и известно лишь одно место его нереста в районе г. Залещики.
4. Елец (Leuciscus leuciscus L.) встречается в Днестре почти на всем протяжении исследованного русла, начиная от Галича, но в очень ограниченном количестве и промыслового значения не имеет. Коэффициент упитанности 1,6, темп роста, среднее из двух особей, составляет:

Возраст I II III IV
Прирост в см 4,8 2,5 3,9 2,5

5. Голавль (Leuciscus. cephalus L.) является обычным компонентом ихтиофауны верхнего и среднего участков Днестра. В низовье Днестра попадается довольно редко. Несмотря на обычную встречаемость голавля как в Днестре, так и в промысловых уловах, промысловое значение его незначительно, что объясняется небольшой его величиной и отходом в разряд мелкого частика. Максимальные размеры голавля установлены в промысловых уловах 26-33 см. Вес их достигает 300-650 гр. Такие особи встречаются единичными экземплярами в возрасте 9-11 лет; подавляющее же большинство особей голавля не превышает 6-летнего возраста с максимальной длиной 23 см и весом 357 гр.
В составе пищи голавля по встречаемости обнаружено 50% олигохеты, 50% — остатки мальков карповых рыб, 25% — амфиподы, 25%личинки поденок Polymitarcis и 25% фитоплактон, преимущественно диатомеи. Пищевой спектр голавля свидетельствует прежде всего о неиспользовании им основной биомассы донной фауны Днестра, моллюсков, а также об однообразии питания, несмотря на то, что распространен голавль преимущественно в среднем и верхнем участке Днестра, где реофильные моллюски и трихоптеры обильно представлены.
Интересно отметить, что темп роста голавля в верхнем участке Днестра несколько выше темпа его роста в среднем участке Днестра, в то время как коэфициент упитанности его в верхнем участке (1,6) меньше, чем в среднем участке (1,9).
Показатели темпа роста голавля видны из следующих возрастных линейных данных в см:

водоемы возраст
I II III IV V VI VII
верхний участок Днестра 4,5 7,8 10,6 14,0 17,3 21,5  
средний участок Днестра 4,3 6,9 9,5 12,9 16,7 18,9 21,9

Места нереста голавля известны в районе Галича, Хотина и Могилев-Подольска.
6. Язь (Leuciscus idus L.) является очень редкой рыбой в Днестре. Встречается он только в его низовье и никакого промыслового значения не имеет. За время экспедиционных исследований язь был обнаружен лишь один раз в устьевой части Днестра, в мае месяце, в количестве трех экземпляров. В содержимом желудка язя обнаружены вальваты, гаммариды, тендипедиды.
7. Краснопёрка (Scardinium erythrophtalmus L.) в самом русле Днестра встречается очень редко. Но в пойменных водоемах в районе Днестра она является обычным компонентом ихтиофауны и играет определенную роль в промысловых уловах мелкого частика, составляя, в некоторых случаях, свыше 1% общегодового улова. Нерест красноперки происходит в мае — июне месяце в пойменных водоемах.
8. Жерех (Aspius aspius L.) встречается на всем протяжении обследованного участка Днестра, от Галича до устья, но более обычным бывает ниже города Рыбницы. Промысловое значение жереха ничтожное, измеряется десятыми долями процента и не каждый год. Коэфициент упитанности его одинаковый (1,4) как у форм, выловленных в русле реки, так и у форм из пойменных водоемов. Однако бросается в глаза значительная разница в темпе роста, что видно из следующих сравнительных данных прироста тела в см за год:

водоемы возраст
I II III IV
Русло Днестра 4,2 2,7 3,7 4,2
Кучурганский лиман 12,1 9,7    

Средние данные прироста тела жереха за год в Кучурганском лимане очень близки (13,3 см. 1 г. — 10,2 см. II г.) к показателям роста этой рыбы в оз. Ильмень и свидетельствуют о благоприятных для него условиях обитания в Кучурганском лимане.
В уловах жерех попадается обычно до пятилетнего возраста; гораздо реже встречаются особи 6-9 лет, длина которых достигает 42 см и вес свыше 1 кг.
9. Линь (Tinea tinea L.) встречается в пойменных водоемах Днестра и его притоков; главным же образом он имеется в пойменных водоемах низовья Днестра. Но промысловое значение линя ничтожно. Нерестится линь в мае-июне месяце в пойменных водоемах.
10. Подуст (Chondrostoma nasus nasus n. borysthenicum Berg.) является типичным компонентом ихтиофауны верхнего и среднего участков Днестра до гор. Дубоссар. Ниже Дубоссар подуст встречается значительно реже и поэтому не имеет существенного значения в промысловых уловах Рыбтреста.
Судя но содержимому желудков подуста, последний также избегает питаться моллюсками. Состав пищи его состоит, по встречаемости, из фитопланктона (100%), зоопланктона (66%), личинок поденок (33%), личинок тендипедид (33%) и высшей водной растительности (33%). Наличие в желудке ила свидетельствует о том, что личинки поденки Palingenia и тендипедид являются не случайными компонентами пищи подуста, а очевидно подобраны им со дна.
Что касается упитанности и темпа роста подуста, то показатели их значительно лучше в верхнем участке Днестра, чем в среднем. Средний коэфициент упитанности подуста в верхнем участке Днестра 1,5 а у отдельных особей достигает 2,1, тогда как в среднем участке Днестра средний коэфициент упитанности 1,3.
В первые годы темп роста днестровского подуста хуже темпа роста волжского подуста (Chondrostoma nasus variabele Jah.) в p. Урал, но значительно лучше его темпа роста в самой Волге, что видно из следующих возрастных и линейных размеров подуста в см:

водоемы возраст
I II III IV V VI
Днестр-верхний участок 6,9 11,3 15,1 18,8 22,3 25,3
Днестр-средний участок 6,4 10,4 14,4 17,5 21,1 25,2
по Тихому (14) Урал у Лбищенска 7,4 12 15,9 18,7 20,5  
пл Тихому (13) Волга у Рыбинска 6,1 10,4 14,6 18,2 20,6  

Подавляющее большинство подуста попадается в возрасте до пяти лет. Шести- и семилетние особи, размером до 30 см и весом почти 400 грамм, также обычны, но гораздо реже встречаются.
Подусты свыше семи лет в уловах не обнаружены.
11. Пескарь (Gobio gobio L.) распространен на всем протяжении исследованного русла Днестра. В большинстве случаев он придерживается песчаного грунта, но в уловах встречается довольно редко. Это объясняется очевидно незначительными его размерами, которые наблюдаются у вылавливаемых особей в пределах 60-125 мм. Средний вес пескаря 22 гр. Естественно, что никакого промыслового значения он не имеет.
12. Восточный длинноусый пескарь (Gobio kessleri Dyb.) распространен в тех же пределах, что и обыкновенный пескарь, но значительно обильнее представлен в среднем участке Днестра. Как и обыкновенный пескарь никакого промыслового значения в Днестре не имеет.
13. Марена (Barbus barbus L.) является, очевидно, компонентом ихтиофауны среднего и отчасти нижнего участков Днестра, так как обнаружена в уловах, начиная от села Тарасово и ниже. Хотя в самом низовье эта рыба встречается как исключение. В частности обнаружена в уловах из рукава Турунчук.
14. Днепровская марена (Barbus barbus dorysthenicus Dyb.) более широко распространена в верхнем и среднем участке Днестра. Ниже гор. Дубоссар экспедиционными исследованиями днепровская марена не обнаружена. По утверждению рыбаков верхнего участка Днестра, там встречается еще одна форма марены, очевидно В. meridionalis petenyi Heck, но во время исследования эта форма не обнаружена.
Промысловое значение марены в уловах Рыбтреста все же незначительное, так как в нижней части Днестра, где главным образом сосредоточен лов, встречается она не так уже часто. Но в составе ихтиофауны верхнего и среднего участков Днестра марена является одной из самых многочисленных рыб.
В уловах встречаются особи преимущественно до шестилетнего, реже семи-девятилетнего возраста и совсем редко десяти-четырнадцати лет. Максимальные размеры марены — 13-14 лет, превышают 45-49 см. Бросается в глаза поголовная зараженность марены кишечными паразитами из круглых червей и лентецов. Встречаются особи, в кишечнике которых находятся десятки тысяч мелких ленточных червей, заполняющих кишечник полностью, главным образом в тонкой кишке. Паразиты из круглых червей по всей вероятности относятся к власоглавым.
Пища марены относительно разнообразная и по встречаемости состоит из олигохет (66%), личинок тендипедид (66%), моллюсков (58%), личинок подёнок (58%), личинок других различных насекомых (25%), амфипод (8%), мальков рыб (17%) и диатомовых водорослей (66%). Марена, пожалуй, единственная рыба в ихтиофауне Днестра, которая в значительном количестве употребляет в пищу реофильных моллюсков. Из моллюсков в желудках марены обнаружены остатки Lithoglyphus, Bithynia, Theodoxus, Anodonta, Sphaerium, Pisidium. В большом количестве поедаются мареной личинки поденок, главным образом, Polymitarcis, и личинки различных видов тендипедид и трихоптер. Диатомовые водоросли, очевидно, попадают в кишечник при захвате животной пищи так же, как ил и песок.
Упитанность марены на всем протяжении её распространения одинакова, и коэфициент упитанности ее в среднем равняется 1,42. Что же же касается темпа роста, то показатель его выше в верхнем участке Днестра, чем в среднем. Это видно из следующих возрастных данных средних линейных размеров марены в см:

водоемы возраст
I II III IV V VI VII VIII IX X
верхний
участок
Днестра
5,4 10,3 14,2 18,4 22,3 27,7 33,5 38,9 39,8  
средний
участок
Днестра
4,6 8,4 11,3 16,4 20,1 23,8 25,2 30,5 34,6 37,6

Места нереста известны у Галича, Залещик, Хотина, Могилев-Подольска, села Егоровки, выше Сорок, на песчано-галечных и галечных грунтах.
15. Уклейка (Alburnus alburnus L.) является обычным компонентом ихтиофауны Днестра. Имеется на всём протяжении исследованного русла, но наиболее обильно попадалась в сетных уловах от Могилев-Подольска до Дубоссар. В уловах попадаются особи преимущественно трехлетнего возраста и редко четырехлетнего. Старшего возраста уклейка не обнаружена. Максимальные размеры ее — 11-11,5 см; вес их не превышает 18-19 г.
В составе пищи уклейки обнаружены личинки и куколки тендипедид (75% встречаемости) личинки и нимфы поденок (25%), личинки других насекомых (25%), моллюски (25%) и диатомовые водоросли (75%). Из моллюсков встречены Lithoglyphus и Sphaerium, что свидетельствует, по всей вероятности, о вынужденном питании, в связи с недостатком планктонной пищи. Упитанность уклейки в Днестре очень низкая; ее коэфициент ниже единицы (0,83), хотя рост нужно считать нормальным. Это видно из следующих возрастных размеров в см:

Возраст I II III IV
Длина в см 3,8 6,8 8,8 11

16. Русская быстрянка (Alburnoides bipunctatus rossicus Berg.) встречается очень редко и единичными экземплярами в верхнем участке Днестра до гор. Сорок включительно. Возможно, что она распространена и в среднем участке Днестра, но в контрольных и промысловых уловах не обнаружена.
17. Густера (Вliсса bjoerkna L.). Экспедиционными исследованиями обнаружена только в нижней части Днестра, начиная от Ваду-луй-Воды, и в пойменных водоёмах, где она входит в состав мелкого частика промысловых уловов. Особенно заметно промысловое значение густеры в Кучурганском лимане, где удельный вес ее в промысловых уловах достигает иногда до 40%, но в большинстве это мелкие трехлетние формы, размером 86-103 мм и весом до 25 гр.
18. Лещ (Abramis brama L.) кроме нижней части Днестра, где в промысловых уловах он занимает одно из первых мест, встречается также и в районе верхних, надднестрянских болот. Ниже Нижнева и до низовья Днестра лещ попадается обычно единичными экземплярами.
В промысловых уловах Молдавского Госрыбпромтреста, облавливающего, главным образом, нижний участок Днестра и прилегающие пойменные водоёмы, удельный вес леща колеблется от 2,3 до 33% общегодового улова. В среднегодовом же улове за пять лет он составляет 15% и занимает второе место после сазана. Примерно такой же удельный вес леща в промысловых уловах Днестровского лимана, где он стоит на первом месте.
В уловах преобладают 4-5-летние особи, но значительное количество составляют и особи до восьми лет; в возрасте 11 -13 лет встречаются единично и достигают длины до 37-41 см и весом 1-1,5 кг. Коэфициент средней упитанности лещей около 2 (1,8-2,1), но у особей, выловленных в русле среднего участка Днестра, коэфициент упитанности ниже единицы (0,6), что свидетельствует о неблагоприятных здесь условиях обитания для леща.
Рост днестровского леща также нельзя считать благоприятным. Если первый и второй год жизни днестровский лещ обгоняет в росте лещей волжского и уральского, то в дальнейшем он постепенно отстает, что видно из следующих возрастных и линейных данных в см:

водоемы возраст
I II III IV V VI VII VIII IX X
Днестр 6 11,1 14 17,8 19,9 24,6 27,8 30,2 33,3 34,5
по Шапош-никову(15) Волга 3,8 8,1 11,9 17,1 22,2 26,6 30,9 34,8 37,3 39,8
по Тихому (14) Урал 12,5 18,6 22,2 25,8 28,0 31,9 36,3 39,0

Даже максимальная длина леща на 10-м году жизни не превышает 36,5 см. Экстерьер днестровского леща хуже, чем экстерьер уральского леща. Если средний коэфициент (отношение наибольшей высоты тела к его длине без хвостового плавка в %) экстерьера днестровского леща 36,6, то уральского 37-39,3.
Пищевой спектр леща представлен олигохетами (27% встречаемости), личинками различных насекомых (27%), моллюсками (18%), личинками поденок (18%), личинками тендипедид (18%), мальками (9%). Кроме этого, значительный процент встречаемости в пище леща составляет зоопланктон (36%) и фитопланктон (27%). Моллюски представлены в пище родами Limnaea, Viviparus и Valvata, что вполне соответствует экологическим особенностям леща. То же можно сказать и в отношении других групп донной фауны, обнаруженной в желудках леща. Характерно, что остатков высшей водной растительности, которая обычна в пище леща, в данном случае не обнаружено.
Нерест днестровского леща протекает в апреле — мае месяце в пойменных водоемах Днестра. В 1948 г. к пятому мая многие особи уж отнерестились.
19. Белоглазка (Abramis sapa Pal.) в отличие от леща, которого она внешне немного напоминает, на всём протяжении исследованного участка Днестра встречается относительно редко и в промысловых уловах является примесью в большинстве случаев мелкого частика. Интересным является то, что коэфициент упитанности особей, выловленных в верхнем участке Днестра, до Сорок, ниже (1,4), чем у особей, выловленных ниже Сорок (1,6), но интенсивность роста обратная. Это видно из следующих возрастных и линейных данных в см:

водоемы возраст
I II III IV V
верхний участок Днестра до Сорок 5,2 10,3 13 15,7 19,3
средний участок Днестра ниже Сорок 4,1 7,8 10,9 14,3 15,5

Возможно, что здесь сказываются некоторые морфологические отличия, главным образом экстерьер, как результат влияния некоторых отличий экологических условий обитания, но для утверждения такого предположения небоходимы морфометрические. исследования.
В возрастном отношении подавляющее большинство белоглазки встречается до 5 лет. Совсем редки шестилетние особи, максимальная длина которых 21-26 см и вес 150-170 гр.
20. Рыбец (Vimba vimba vimba n. carinata Pall.) распространен на всем протяжении исследованного участка Днестра от Галича до Днестровского лимана. Весной (в марте и апреле месяце) и осенью (в сентябре-октябре месяце), во время хода, рыбец составляет значительную часть промысловых уловов в русле реки. Отдельно, как порода, в промысловых уловах рыбец не выделяется и относится к разряду мелкого частика, хотя удельный вес рыбца составляет в уловах Днестра и Днестровского лимана в целом около 7%.
Подавляющее большинство особей рыбда обнаружено во время летних промысловых уловов в возрасте до шести лет. 7-8-летние особи встречаются значительно реже. Единичные экземпляры рыбца встречены 9-12 лет, длина которых достигает до 33 см и вес свыше 500 гр.
В состав пищи днестровского рыбца входят моллюски (Sphaerium), личинки тендипедид, высшая водная растительность и одноклеточные водоросли. Интенсивность роста видна из следующих возрастных и линейных данных рыбца в см.

Возраст I II III IV V VI VII
Днестр 5,2 11,2 14,1 18,1 21,1 23,9 25,3

21. Чехонь (Pelecus cultratus L.) обнаружена в составе ихтиофауны Днестра, начиная от Рыбницы и ниже, до устья Днестра. На этом отрезке Днестра чехонь в продолжении всего лета является обычным компонентом днестровской ихтиофаны. Весной же (апрель-май) и особенно осенью (сентябрь-октябрь) во время хода на нерест чехонь встречается здесь в большом количестве и составляет значительный процент мелкого частика в речных промысловых уловах.
Подавляющее большинство особей чехони в промысловых уловах попадается в возрасте до 6 лет. Семилетние особи встречаются сравнительно редко; 8-12 лет — единичные экземпляры.
Максимальные размеры особей чехони встречены в возрасте 11-12 лет, длина которых достигает 386 мм и вес до 444 г. Средний вес шестилетних особей 250-260 г. Как правило, чехонь довольно тощая и коэфициент упитанности ее не превышает 1. Интенсивность роста днестровской чехони намного хуже, чем это наблюдается у донской, волжской, кубанской и даже ильменской чехони. Места нереста чехони неизвестны.
22. Горчак (Rhodeus sericeus Pal.) является обычным компонентом ихтиофауны пойменных водоемов Днестра, где и нерестится в течение марта-августа. В промысловых уловах из пойменных водоемов, несмотря на незначительную величину (максимум 80 мм) горчак является постоянной примесью мелкого частика, достигающей в некоторых уловах 4,6% общего количества улова.

водоемы возраст
I II III IV I VI
Днестр 4,8 10 13,6 16,7 21,2 25,8
Ильмень 6,6 11,7 16,2 20,1 23,8 27,2
Кубань 8,9 14,5 19,8 22,5 24,3
дельта Волги 11,0 17,7 23,7 28,0 30,9 33,1
Дон 11,5 18,9 25,5 30,3 32,8 35,1

23. Золотой карась (Carassius carassius L.) является обычной формой для различного типа пойменных водоемов Днестра и устьевых участков его притоков, но никакого промыслового значения не имеет. В загнивающих пойменных водоемах типа оз. Ботна золотой карась исключительно малорослый. Нерест карася наблюдается в мае-июне месяце.
24. Серебряный карась (Carassius auratus gieelio Bloch.) Указан Л. С. Бергом для Днестра, но экспедиционными исследованиями он обнаружен только в районе Галича, в устьевой части притока Днестра — Гнилая Липа. Естественно, что серебряный карась хотя и обладает исключительной плодовитостью и относительно интенсивным ростом, всё же в условиях Днестра он никакого промыслового значения не имеет.
25. Сазан (Cyprinus carpio L) распространен на всем протяжении исследованного участка Днестра — от Галича до Днестровского лимана, и в промысловых уловах Рыбтреста занимает первое место. В общегодовом улове удельный вес его колеблется от 5,5 до 36%. В среднем же за пять лет сазан составляет 23% среднегодового промыслового улова.
Удельный вес сазана в промысловых уловах Рыбпромтреста сопряжен с колебаниями водоносности Днестра. Чем больше и длительней паводки в Днестре, тем больше удельный вес сазана в промысловых уловах Рыбпромтреста Молдавии в Днестре. Причем эта сопряженность уловов сазана с колебаниями водоносности не ограничивается Днестром, но распространяется и на Днестровский лиман. Отсюда напрашивается вывод, что основную роль в промысловых уловах Днестра играет не местная форма сазана, а пришлая с опресненных участков взморья, а возможно и с авандельты Дуная, как наиболее близко расположенной к устью Днестра.
Судя по среднему экстерьеру (h : l = 35,6%), это типичные формы сазана, от которых немногочисленные местные пойменные, камышевые, по терминологии Л. С. Берга, формы отличаются более темной окраской и более низким телом. Больше того, в ряде заболоченных водоемов местная форма сазана становится карликовой.
Попутно с этим необходимо отметить, что высокий уровень воды в Днестре положительно сказывается на промысловые уловы не только в тот же год, но и в последующий, так как значительная часть сазанов, зашедших в пойменные водоемы, сохраняется до зимы и вылавливается подлёдным ловом в январе-феврале месяце следующего года. Например, длительный высокий уровень Днестра в 1948 году положительно сказался на промысловых уловах сазана с начала 1949 года.
Наконец, вопреки установленному М. И. Тихим отсутствию связи нерестового хода сазана с уровнем воды в р. Урал, нерест сазана в Днестре находится в прямой связи с уровнем воды. В частности в 1948 году во время большого летнего паводка в июне наблюдался массовый ход сазана на нерест по руслу Старого Днестра, а 30-31 июля наблюдался скат малька весом в 5-6 г. тогда как обычное время нереста сазана в Днестре — май месяц. Очевидно задержка хода сазана на нерест и самого нереста произошла в связи с недостаточновысоким уровнем воды в Днестре в мае месяце. Это, конечно, не исключает правильности положения высказываемого М. И. Тихим о том, что ход сазана на нерест связан с температурой воды 12°-16°, но при наличии определенного уровня воды, обеспечивающего другие условия нереста.
Хотя здесь возможна и другая причина. Согласно Л. С. Бергу яровые и озимые экологические расы наблюдаются не только у типичных проходных рыб, но также и у полупроходных карповых (сазан, лещ, вобла). Возможно, что в данном случае имеет место запоздалый ход яровой расы сазана.
Характер пищи днестровского сазана довольно разнообразный. В составе его пищи обнаружены олигохеты (54% встречаемости), тендипедиды (54%), моллюски (23%), личинки различных насекомых (23%), амфиподы (16%), личинки поденок (16%), остатки мальков рыб (8%), остатки высшей водной растительности (8%). Кроме этого, в составе пищи сазана часто встречаются зоопланктонные (85%) и фитопланктонные (31%) организмы.
Особенно многочисленны в составе пищи олигохеты, главным образом тубифициды, моллюски — Planorbis, Yalvata, Theodoxus, Anodonta, Pisidium, гаммариды и тендипедиды, преимущественно Tendipes. В некоторых желудках в массовом количестве обнаружена мшанка — Plumatella.
Коэфициент упитанности сазана, выловленного как непосредственно в русле Днестра, так и в его рыбопромысловых пойменных водоемах, неплохой, и в среднем он равняется 2,4-2,6. Рост его нельзя считать хорошим, так как он намного хуже роста сазана Донского и Кубанского, что видно из следующих сравнительных данных линейного размера в см по возрастам:

водоемы возраст
I II III IV V VI VII VIII IX
Днестр 9,7 16,9 25,6 29,8 36,5 40,8 46,7 49,7 53,8
Дон по Бергу 13 24,5 32,5 37,5 42,5 47      
Кубань по Бергу 13 25,5 34 41 43,5 49      

Как видно из приведенных данных, рост днестровского сазана задерживается с первого года жизни и продолжает отставать в последующие годы. Но это относится к речной форме сазана, который, очевидно, и нерестится в реке, так как экземпляры выловлены значитесьно выше пойменного участка Днестра. Кроме того, сеголетки сазана из Кучурганского лимана и оз. Красного имели длину от 10,5 до 16,5 см, а средняя длина (из 28 штук) достигала 13,1 см. Рост пришлой формы сазана еще лучше и средняя длина его составляет I — 13,5 см, II — 21 см, III — 28,5 см.
Подавляющее большинство вылавливаемых сазанов 6-8-летние, но отдельные особи его встречаются в возрасте 13 лет и достигают длины до 67 см, у которых вес одних гонад около 1,2 кг, причем не на последней, а на IV стадии.
Семейство вьюновых (Cobitidae) представлено в Днестре очень бедно и экспедиционными исследованиями обнаружено только два вида.
1. Щиповка (Cobitis taenia L.) мелкая сорная рыба встречается сравнительно редко в Днестре.
2. Вьюн (Misgurnus fossilis L.) является обычной формой в мелких пойменных водоёмах низовья Днестра, но промыслового значения не имеет.
Из семейства сомовых (Siluridae) в Днестре встречается сом (Siluris glanis L.) на всем протяжении исследованного русла.
Промысловое значение сома довольно существенно в условиях Молдавского Госрыбпромтреста. Удельный вес его в общегодовых промысловых уловах колеблется от 1,1 до 5,3%, а в среднем за 5 лет 4%. Сом ловится как в русле реки, так и в пойменных водоемах в течение всего года, но главным образом — в мае — июне месяце, во время нереста.
Состав пищи сома довольно разнообразный. В желудках сома обнаружены моллюски (40% встречаемости) пиявки (40%), амфиподы (40%), речной рак (40%), личинки тендипедид (20%), личинки других насекомых (20%), рыбы (80%) и в одном из желудков обнаружены остатки млекопитающего, очевидно водяной крысы.
Из семейства колюшковых (Gasterosteidae) в процессе экспедиционных исследований обнаружена малая южная колюшка (Pungitius platygaster Kessl.) в пойменном оз. Ботна, расположенном в устьевой части р. Ботна, и трехиглая колюшка (Gasterosteus aculeatus L.) в устьевой части Ягорлыка. Обе эти формы яляются вредными для рыбного хозяйства, так как они поедают икру рыб.
Из семейства морских игл (Syngnathidae) также обнаружен лишь один представитель — черноморская игла — рыба (Syngnatus nigrolineatus Eich), которая довольно широко распространена в самом низовье Днестра и его пойменных водоемах, в частности, в оз. Белом.
Семейство окуневых (Percidae) довольно хорошо представлено в составе ихтиофауны Днестра, но во время экспедиционных исследований обнаружены только следующие их формы:
1. Судак (Lucioperca lucioperca L.) входит в состав промысловых рыб Днестра, но особого промыслового значения в промысловых уловах Рыбтреста не имеет, так как его удельный вес колеблется от 0,2% до 4,6%, а в среднем за 5 лет не превышает 1%.
Экспедиционными исследованиями судак обнаружен в промысловых уловах от Нижнева до устья Днестра, но в подавляющем большинстве случаев вылавливались годовички и двухлетки; редко 5-6-летнего возраста и единичными экземплярами в возрасте до 11 лет. Одиннадцатилетние судаки достигают длины до 75 см и весом до 5,6 кг. Вообще же темп роста днестровского судака хуже уральского, что видно из следующих данных возрастных размеров в см:

водоемы возраст
I II III IV V
река Днестр 14,8 20,7 28,7 34,9 42,9
по Тихому река Урал 16,1 27,9 32,5 41,4 46,9

Пища судака довольно разнообразная и представлена она моллюсками (11% встречаемости), личинками поденок (11%) и карповыми рыбами (78%). Последние были настолько деформированы, что установить род было невозможно.
Нерест судака протекает в апреле-мае месяце в пойменных водоёмах Днестра и, в частности, в Кучурганском лимане.
2. Окунь (Регса fluviatilis L.) также распространен на всем протяжении исследованного участка Днестра и в промысловых уловах пойменных водоёмов составляет значительную часть мелкого частика. В некоторых весенних уловах, в пойменных водоемах, количественно окунь составлял до 85% улова. Подавляющее большинство окуня ловится в возрасте 3-4 лет, размером в 11-18 см. Пятилетние и шестилетние особи встречены единичными экземплярами.
Рост днестровского окуня нельзя считать плохим, так как средние размеры его по годам следующие: 1-й год — 6,1 см, 2-й-10,1 см, 3-й — 13,3 см, 4-й — 15,9 см.
3. Чоп (Aspro Zingel L.) распространен преимущественно в верхнем и среднем участке Днестра. Ниже с. Ваду-луй-Воды, в контрольных и промысловых уловах, во время экспедиционных обследований не обнаружен. В связи с его распространением в трудно облавливаемых участках Днестра и незначительной величиной, промысловое значение чопа ничтожное. Питается он преимущественно личинками поденок (100%) и отчасти мальками рыб. Интенсивность роста чопа видна из следующих возрастных и линейных данных в см:

Возраст I II III IV V VI
Днестр 7,5 11,3 14 16,2 20,4 21,2

В уловах подавляющее большинство чопа встречается в пятилетнем возрасте, намного реже в шестилетнем возрасте, а свыше шести лет встречаются единичные экземпляры. В восьмилетнем возрасте обнаруженные экземпляры чопа не превышают 24 см длины и веса 150 г. Нерестится он в апреле — мае обычно среди камней.
4. Ерш (Acerina cernua L.) и донской ерш (Acerina acerina Guild) распространены на всем протяжении исследованного участка Днестра, но первый более обычным становится, начиная от Ваду-луй-Воды и ниже, а донской ерш, или носарь, более типичный для верхнего и среднего участков Днестра. Распространен ерш как на участке Днестра, так и в пойменных водоемах и является существенной составной частью мелкого частика в промысловых уловах. Хотя следует заметить, что промысловое его значение в уловах Молдавского Госрыбпромтреста незначительно. Но в самом низовье Днестра и в Днестровском лимане удельный вес ерша в мелком частике колеблется от 3 до 14%.
Среди вылавливаемых ершей во время экспедиционных исследований подавляющее большинство было до 4-5-летнего возраста. Гораздо реже 6-7 лет и лишь единичными экземплярами встречены восьмилетние особи. Максимальная длина последних была 17 см и вес их доходил до 150 граммов. Интенсивность роста ерша видна из следующих возрастных и линейных данных в см:

Возраст I II III IV V
Днестр 4,1 6,8 8,5 10,9 13,1

Средний коэфициент упитанности днестровского ерша 1,8; состав пищи довольно разнообразный. По встречаемости, в составе пищи ерша обнаружены 40% олигохет, 20% личинок поденок, 80% личинок тендипедид, 20% личинок других насекомых, 50% зоопланктеры и 50% водорослей, преимущественно диатомовых.
Семейство бычки (Gobiidae) также хорошо представлено в составе днестровской ихтиофауны, но экспедиционными исследованиями обнаружены не все представители этого семейства. Из бычков обнаружены лишь:
1. Бычок-песчаник (Neogobius fluviatilis Pall), который распространен преимущественно в среднем участке Днестра и до устья. В уловах
Молдавского Госрыбпромтреста никакого промыслового значения он не имеет.
2. Бычок-ширман (Neogobius syrman Nord) обнаружен в Кучурганском лимане, где он входит в состав мелкого частика промысловых уловов, как примесь. Во время контрольных обловов обнаружены особи не старше четырех лет, темп роста которых виден из следующих возрастных и линейных данных в см:

Возраст I II III IV
Кучурганский лиман 3 5,6 9,8 10,3

3. Бычок-рыжик (Neogobius cephalarges Pall) обнаружен в низовье Днестра у гор. Маяк.
4. Бычок-гонец (Mesogodius gymnothrachelus Kessl.), обнаружен в верхнем и среднем участках Днестра, где он является обычным компонентом днестровской ихтиофауны и распространен довольно широко.
5. Звездчатая пуголовка (Benthophilus stellatus Sauv) обнаружена в бредневом улове в районе Григориополя в единственном экземпляре.
Кроме этих 49 видов рыб, обнаруженных в Днестре экспедиционными исследованиями, весной 1948 г. по утверждению рыбаков в районе с. Копанки, за 2-3 дня до прибытия туда экспедиционного отряда была поймана минога. В связи с тем, что по указанию Л. С. Берга в Днестре водится лишь один вид миноги — Lampetra mariae, нужно полагать, что это был тот же вид.
Наконец, в притоках верхнего участка Днестра, Быстрице и Ломнице, как утверждает участковый рыбинспектор Днестровской межобластной рыбинспекции т. Скорняков, обычной является ручьевая форель — Salmo trutta m. fario L. К сожалению, проверить это не удалось.
Сравнивая ихтиологический состав Днестра» по его протяженности от г. Галич до устья, легко обнаружить разницу его в верхнем и нижнем участках, особенно если пренебречь влиянием верхних надднестрянских болот. Средний участок Днестра от г. Сороки до г. Дубоссар является их связующим переходных звеном.
В верхнем и, отчасти, среднем участках Днестра типичными компонентами ихтиофауны являются реофильные формы — вырезуб, голавль, подуст, марена, русская быстрянка, чоп и некоторые другие. В то же время в нижнем участке состав ихтиофауны определяется такими компонентами как щука, плотва, язь, густера, лещ, горчак, сазан, вьюн, бычок-ширман, бычок-рыжик и некоторые другие. Лишь незначительная часть компонентов ихтиофауны, таких как елец, пескарь, белоглазка, рыбец, сом, судак, окунь и некоторые другие приспособились в одинаковой степени на всех участках Днестра.
Сопоставляя данные по питанию основных промысловых рыб и рыб, не имеющих промыслового значения в Днестре, несмотря на ограниченность обработанных материалов, можно видеть из приведенной ниже таблицы, что основная биомасса данной фауны Днестра, представленная преимущественно моллюсками, как источник кормовых ресурсов используется рыбами Днестра очень слабо. Главным источником питания днестровских рыб являются личинки поденок, тендипедид и других насекомых, среди которых преобладают личинки ручейников. Олигохеты, амфиподы, за некоторым исключением, используются рыбами в пищу также недостаточно. Это создает пищевую напряженность, которая, нужно полагать, также в значительной мере лимитирует количественный состав ихтиофауны Днестра. Тем более, что сеголетки различных представителей карповых рыб, в связи с ограниченностью планктона, вынуждены питаться донной фауной больше обыкновенного (см. табл.).

Встречаемость основных компонентов пищи рыб в %

  стер-
лядь
сев-
рюга
голавль подуст марена уклейка лещ
Водоросли 22 25 100 66 75 27
Высшие
водные
растения
33
Зоопланктон 66 35
Олигохеты 100 50 66 27
Пиявки 50
Моллюски 58 25 18
Высшие раки 44 100 25 8
Личинки
поденок
78 50 25 33 58 25 18
Личинки
тендипедид
78 100 33 66 75 18
Личинки
других
насекомых
55 50 25 25 27
Молодь рыб 50 17

продолжение

  сазан рыбец сом судак чоп ерш бычки сеголетки
карповых
Водоросли 31 50 50 50 73
Высшие
водные
растения
8 50 18
Зоопланктон 85 50 13 27
Олигохеты 54 40 50 18
Пиявки 40
Моллюски 23 50 40 11
Высшие раки 16 60
Личинки
поденок
16 11 100 20 18
Личинки
тендипедид
54 50 20 80 66 27
Личинки
других
насекомых
23 20 20 17 54
Молодь рыб 8 80 78 33

 

Вместе с тем наблюдаются, что такие в условиях Днестра непромысловые рыбы, как ерш, бычки, чоп, уклейка оказываются серьезными конкурентами в питании промысловых рыб. Наконец, пищевая напряжённость вынуждает многих «мирных» рыб питаться мальками.
В результате неблагоприятных экологических условий обитания и напряжённого пищевого режима, а также недостатка нерестилищ, естественное воспроизводство рыбного поголовья в Днестре в значительной мере ограничено, что и определяет его относительно низкую рыбопродуктивность.
Направление эволюции поймы, мелиоративные и другие мероприятия, направленные на использование поймы в интересах сельского хозяйства, усугубляют затруднение естественного воспроизводства и развития рыбных запасов в Днестре, на что необходимо обратить самое серьёзное внимание. В процессе мелиорации необходимо не только сохранить, но расчистить доступ воды в основные рыбопромысловые пойменные водоемы типа Кучурганский лиман, оз. Красное, Старый Днестр, оз. Адана, оз. Ботна и некоторые другие и превратить их не только в культурные нерестово-нагульные водоемы «дикой» промысловой рыбы, а использовать для нагула культурного карпа и стерляди.
Для улучшения воспроизводства естественных рыбных запасов в этих водоемах, а, следовательно, и Днестра, необходимо широко ввести в практику устройство искусственных нерестилищ, которые оправдали себя во многих водоемах союзных республик.
Необходимо обеспечить свободный скат молоди из этих водоемов в Днестр при спаде воды, задерживая рыбопродукцию товарных размеров, а также повышать в водоемах кормовые ресурсы для рыб путем внедрения в них высокопродуктивных лиманных беспозвоночных животных, что уже осуществляется в братских республиках.
Наличие промысловой продукции Днестра свидетельствует о том, что весь крупный частик, составляющий 50% среднегодового улова, и добрая половина мелкого частика представлены сазаном, лещом, щукой, судаком и другими видами рыб, воспроизводство и нагул которых сосредоточивается в пойменных водоёмах. Поэтому на них в первую очередь следует обратить внимание.

© 1951. Авторские права на статью — принадлежат М.Ф.Ярошенко, И.М.Ганя, О.И.Вальковской, А.И.Набережному, (Молд. филиал АН СССР).
Использование и копирование статьи разрешается с указанием автора и ссылкой на первоисточник HERALD HYDROBIOLOGY

Реклама

Февраль 2, 2010 Posted by | Dnestr, fish | , , , , , , , , , , , , , , , , , , | Оставьте комментарий

Дубоссарское водохранилище. Зоопланктон.

Дубоссаркое водохранилище. Зоопланктон.
Общеизвестно, что состав и обилие зоопланктона водохранилища зависят не только от физико-химического режима водохранилища, определяемого его морфометрическими и гидродинамическими особенностями, а также от количества и разнообразия зоопланктеров, поступающих в них вместе с водой притоков. И естественно, чем относительно больше приток воды в водохранилище и чем богаче она зоопланктоном, тем в большей степени состав его в водохранилище находится под влиянием зоопланктона основных притоков. В Дубоссарском водохранилище полная смена приточной днестровской воды происходит в среднем через каждые 18-20 дней (Ярошенко, 1957), а в отдельных случаях половодья, через 7-8 дней. Таким образом, водохранилище интенсивно пополняется днестровским зоопланктоном, и без учета этих предпосылок нельзя правильно понять закономерностей формирования зоопланктона и его значения как составной части в кормовой базе рыб Дубоссарского водохранилища.
О большом значении такого явления в формировании зоопланктона водохранилищ указывает В. И. Жадин (1940, 1947, 1950), называя его биологической обеспеченностью. Исходя из этого, мы считаем необходимым, хотя бы в самых кратких чертах, коснуться состава и обилия Днестровского речного зоопланктона, а также степени пополнения им водохранилища.
С этой целью исследования зоопланктона на участке Днестра, занятом водохранилищем, были проведены дважды, в 1951 и 1954 гг. В последующие годы (1955-1959) сезонные его исследования проводились непосредственно выше водохранилища на ст. Каменка. Кроме этого, нами использованы некоторые общие сведения о зоопланктоне русловой части Днестра, приведенные в работах М. Ф. Ярошенко (1957) и В. Л. Гримальского (1957). По этим данным, в видовом составе зоопланктона русла Днестра за годы исследований обнаружено 109 видов. Из 99 видов зоопланктеров, отмеченных в 1947 г., коловратки составляли 72,7, веслоногие, включая их личиночные стадии, — 13,9 и ветвистоусые — 13,1%. В 1954 г. с понижением разнообразия зоопланктона в реке до 72 видов значимость коловраток увеличилась до 77,4%. Стало быть, зоопланктон русловой части Днестра по составу и разнообразию форм характеризуется относительно устойчивым, видовым преобладанием ротаторного комплекса.
Преобладание коловраток в зоопланктоне Днестра установлено и стационарными исследованиями. Так, например, по данным исследований Ярошенко (1957), на стационаре г. Бендеры в 1949 г. из 57 видов зоопланктона, обнаруженных в течение года, 60% составляли коловратки. На стационарах с. Каменка в 1954 г., Дубоссары в 1953 г. и г. Бендеры в 1949-1952 видовой состав коловраток, по данным исследований Гримальского (1957), составлял 63,3 — 71,8% общего разнообразия зоопланктона.
Это же подтвердилось нашими исследованиями, проведенными в 1954 г. на участке р. Каменка — Дубоссары перед заполнением его водохранилищем, и сезонными наблюдениями на гидростворе с. Каменка в период 1955-1959 гг.
Несмотря на то, что экологические условия существования зоопланктеров в разное время и на различных участках реки не одинаковы, ocновными доминирующими формами на протяжении всего Днестра были одни и те же виды — Brachionus angularis, Braсhionus capsuliflorus, Brachionus urceolaris, Keratella cochlearis, Anuraeopsis fissa, Polyarthra trigla и Trichocerca rattus из коловраток; Acanthocyclops vernalis и его личиночные стадии из веслоногих рачков; Moina rectirostris, Bosmina longirostris и их молодь из ветвистоусых рачков.
Постоянными компонентами зоопланктона Днестра являются также представители группы Harpacticoidae, из которых наиболее распространенными оказались виды Nitocrella hibernica и Laophonte mohammed. Большинство этих форм осталось ведущими и в зоопланктоне водохранилища.
В количественном отношении зоопланктон Днестра также отличается постоянным преобладанием коловраток. Лишь в нижнем и отчасти в верхнем участках Днестра наблюдается относительное повышение численности ракообразных, обусловленное влиянием близлежащих пойменных водоемов. В результате на гидростворах верхнего участка реки удельный вес рачковых зоопланктеров составляет 2-3,7; на среднем 0,07-0,9 и нижнем 4,3-25,6% к общей численности зоопланктона.
Общая численность зоопланктона в русле Днестра на протяжении от г. Галича (верхний участок) до устья реки колеблется от 77 в нижнем участке до 5480 экз/м³ в среднем участке реки. Такая скудость зоопланктона Днестра вообще и его ракообразных компонентов, в частности, определяется бурным течением и постоянной значительной мутностью воды (Ярошенко, 1957).
В годы с более спокойным течением (1950, 1954) с вытекающими отсюда последствиями значимость рачковых зоопланктеров несколько повышается, главным образом за счет ветвистоусых рачков. Временами на от дельных участках реки численность последних достигала в среднем 40% от общей численности зоопланктона. В отдельных случаях численность одних Bosmina longirostris достигала десятков тысяч экземпляров в 1 м³ воды.
Общая скудность, а также непостоянство разнообразия и численности зоопланктона Днестра, не являются особым исключением. Например, в р. Днепр на гидростворе у с. Переяслава Я. Я. Ролл и Ю. М. Марковским (1955) обнаружены 171 вид и разновидность зоопланктеров, а на участке Орша — Херсон (Марковский, 1949) — всего лишь 87. Далее, в июне 1951 г. средняя численность зоопланктона в низовье Днепра (Марковский, 1953) достигла 34 128 экз/м³ с явным преобладанием коловраток (83,1%). В октябре средняя численность зоопланктона понизилась до 8367 экз/м³ при одновременном снижении значимости коловраток до 40%. По данным Мельникова (1960), среднегодовая численность зоопланктона в Днепре составила 17 625 экз/м³ с максимальными показателями в летний период.
Несравненно большая численность (около 120 тыс.) зоопланктона установлена Мельниковым (1939) в порожистой части Днепра с удельным весом коловраток до 97%.
В условиях равнинной Волги, по данным В. П. Вьюшковой (1962), общее разнообразие зоопланктеров в районе Волгоградского водохранилища не превышало 52 видов, а на участке строительства Горьковской ГЭС (Ромадина, 1959) — 75 видов, с удельным весом коловраток 58,6%.
В более ранних исследованиях Волги (Лебедев, 1909; Дексбах, 1921) приводятся 169 форм зоопланктона и со сравнительно большей значимостью ракообразных форм.
Общая численность зоопланктона Волги в районе Куйбышева в период открытой воды составляла, по данным Ю. П. Рахлядева (1957), в среднем 35,8 тыс. экз/м³ с колебаниями от одной до 185,5 тыс. экз/м³, что в 27 раз меньше численности, приведенной для Волги А. Л. Бенингом (1924).
В зимний период численность зоопланктона Волги имеет минимальные показатели (от 30 до 2,9 тыс. экз.).
Скудость зоопланктона Днестра установлена и нашими наблюдениями в 1954 г. перед перекрытием его плотиной Дубоссарского водохранилища. В частности, на 7 поперечниках участка Днестра Каменка — Дубоссары нами установлен всего лишь 21 вид зоопланктона, свойственный этому участку Днестра и в прошлом. Из них 70% представлены коловратками с численным преобладанием Brachionus angularis, Вгасhonus calicyflоrus, Keratella cochlearis и Filinia terminalis. Рачковый зоопланктон представлен был веслоногими — Acanthocyclops vernalis и его личиночными стадиями, гарпактицидами — Nitocrella hibernica, Laophonte mohammed и кладоцерами — Moina rectirostris и Bosmina longirostris.
Среднее количество зоопланктеров в целом по участку р. Каменка — Дубоссары исчислялось в 1150 экз/м³, но по отдельным станциям оно колебалось от 330 до 1500 экз/м³. Только на ст. Рыбница за счет значительного развития личиночных стадий Acanthocyclops vernalis (2300 экз/м³) между водоотводными дамбами в прибрежной зоне средняя численность зоопланктеров достигала 3000 экз/м³, что не может характеризовать зоопланктон этого участка реки в целом.
По плотности на протяжении всего участка (рис. 40), в отличие от прежних исследований, ведущее место среди зоопланктеров занимали ракообразные, средняя численность которых составляла 850 экз/м³, или 73,9% от общей численности зоопланктеров. Из них веслоногие составляли 60,2, ветвистоусые — 8,2 и гарпактициды — 5,5%.

Рис. 40. Численность основных групп зоопланктона Днестра по станциям в 1954 г. ( 1 — общая; 2 — веслоногие; 3 — коловратки; 4 — гарпактициды; 5 — ветвистоусые)

Однако наблюдаемая нами картина состава зоопланктона в 1954 г. не является типичной для Днестра, о чем свидетельствуют результаты многолетних исследований Ярошенко (1957) и Гримальского (1957). Это подтверждают и сезонные исследования зоопланктона на гидростворе ст. Каменка, расположенном выше водохранилища, в течение 1955-1959 гг.
В частности, из 38 видов зоопланктона, обнаруженных нами здесь за годы наблюдений, на долю коловраток приходилось в среднем 68,4%. В годы с большей многоводностью, более высокими скоростями течения и мутностью воды, как, например, в 1955 г., удельный вес коловраток в зоопланктоне достиг 78,6% общего разнообразия. Доминирующий состав зоопланктеров на гидростворе определялся теми же руководящими формами, которые отмечались и в прошлом. Поэтому не случайно значение зоопланктона в питании рыб Днестра совершенно ничтожно (Куцирий, 1950; Ярошенко, Ганя, Вальковская, Набережный, 1951; Буяновская, Гринбарт, Зайцев и Вовк, 1959; Чернышенко, 1953; Буяновская, 1953; Бурнашев, Чепурнов и Долгий, 1954).
На этом же гидростворе ст. Каменка подтвердилось непостоянство общей численности зоопланктона, но почти с постоянным преобладанием коловраток. Например, в 1955 г. коловратки здесь составляли 80,2% из среднегодовой численности зоопланктеров — 1090, в 1957 г. — 79,7% от 7640, в 1958 г. — 88,3% от 6592, а в 1959 г. (данные за июнь) — 95,4% от 25 290 экз/м³. Исключение составляет лишь 1956 г., когда подпор водохранилища достиг в августе гидроствора ст. Каменка и численность рачков, главным образом Bosmina longirostris, достигла в этот период 7500 экз/м³. или, 86% общей численности зоопланктона. Среднегодовая же численность зоопланктона в 1956 г. была равна 3912 экз/м³, среди которых на долю ракообразных приходилось 71,4%.
Минимальная численность зоопланктона в Днестре отмечена в зимний период и состоит главным образом из коловраток (Ярошенко, 1957; Гримальский, 1957), что подтверждается и нашими исследованиями. В частности, в январе 1958 г. сток зоопланктона на створе ст. Каменка был равен 142 500 экз/сек, что составляет всего лишь 6,1% среднегодового стока и полностью состоит из коловраток.
В апреле с увеличением жидкого стока за счет весеннего паводка увеличивается разнообразие и численность зоопланктеров. В результате сток зоопланктона в апреле 1956 г. был равен 1 309 200, а в 1958 г. — 295 560 экз/сек, из которых коловратки составляли 62-75%.
В июне сток зоопланктона на гидростворе по годам значительно колеблется, что связано с колебаниями уровня и жидкого расхода Днестра.
Например, в 1954 г. сток зоопланктона был равен всего лишь 258 500, в 1955 г. — 323 110, в 1956 г. — 740 800, в 1957 г. — 4 962 440, в 1958 г.- 147 600 и в 1959 г. — 7 207 650 экз/сек. Удельный вес коловраток, за исключением 1954 г., колебался в пределах 70-97,7%.
В августе, в связи с понижением жидкого расхода в реке (исключение 1955 г.) и увеличением численности зоопланктона за счет ракообразных форм, общий его сток колеблется в пределах 856 770 (1957 г.) — 1 541 050 экз/сек (1956 г.). Коловратки лишь в 1958 г. достигали 74,4% общей численности, в остальные годы они не превышали 50%, понижаясь временами (1956 г.) до 10%.
Наконец, в октябре при меженном уровне реки и дальнейшем понижении численности зоопланктона сток его на гидростворе ст. Каменка понижается до нескольких сот тысяч экземпляров с явным преобладанием коловраток. Например, в октябре 1955 г. сток зоопланктона составлял 361 400, в 1956 г. — 155 890 экз/сек. Лишь в октябре 1958 г. с увеличением жидкого расхода и подъема уровня водохранилища до ст. Каменка сток зоопланктона в это время достиг 1 534 550 экз/сек.
Cреднегодовой сток зоопланктона на гидростворе ст. Каменка находится в прямой, хотя и не строгой зависимости от среднегодовой численности зоопланктеров. Например, в 1955 г. при средней плотности 1090 экз/м³ среднегодовой сток зоопланктеров составил 548 000, в 1957 г. при плотности 7640 экз/м³ — 3 647 000, а в 1959 г. при плотности 25 220 экз/м³ — 7 207 650 экз/сек. В соответствии с этим годовой сток его биомассы в водохранилище, за исключением зимних и ранневесенних месяцев, составил в 1955 г. — 99,5, в 1956 г. — 105,7, в 1957 г. — 379,4, в 1958 г. — 111,9 и в 1959 г. (по июню) — 379,4 т.
Из приведенных данных видно, что биологическая обеспеченность формирования, зоопланктона в водохранилище удовлетворительная и имеет существенное значение в определении его состава и биомассы. Вместе с тем, как увидим ниже, его формирование в водохранилище подчиняется закономерностям, несколько отличным от тех, что существуют в Днестре.
Исследования зоопланктона водохранилища мы проводили по сезона 3-4 раза в год, за исключением 1959 г.
Вместе с тем, для выяснения вертикальных перемещений зоопланктеров на пяти станциях среднего и нижнего участков водохранилища мы проводили отбор проб в одной точке, через каждые 2 м от поверхности до придонных слоев. В верхних слоях воды количественные пробы отбирались путем процеживания через планктонную сеть (мельничный шелковый газ № 68) 100 л воды, а по вертикальному разрезу упрощенным планкточерпателем системы В. К. Богорова (1940) из расчета 50 л воды на пробу.
В общей сложности за годы исследований в водохранилище собрано и обработано 1800 количественных проб зоопланктона.
Наибольшее разнообразие зоопланктона (86 форм) было установлено в первом году становления водохранилища, а всего, включая и формы, найденные в пищевых комках рыб, обнаружено 120 форм. В остальные годы оно не превышало 79 форм. Другими словами, с образованием водохранилища разнообразие зоопланктеров на этом участке реки увеличилось в среднем в два с лишним раза. Однако и в зоопланктоне водохранилища сохранилась доминирующая роль за речными коловратками. Например, в 1955 г. в его составе на долю коловраток приходилось 67,5, в 1956 г. — 51,9, в 1957 г. — 60,9, в 1958 г. — 60,2 и в июне 1959 г. — 68,5% общего разнообразия.
Преобладание коловраток в зоопланктоне Дубоссарского водохранилища мы считаем результатом влияния верхнего Днестра. Аналогичная картина наблюдается и в других водохранилищах с иными климатическими и физико-химическими условиями. Например, в Учинском водохранилище (Рылов, 1941) коловратки составляли 57,1% от общего разнообразия зоопланктеров, в Иваньковском (Неизвестнова-Шадина, 1941) — 64,4, в Цымлянском (Дзюбан, 1958) — 55,5, в Куйбышевском (Соколова, 1958) — 54, в водохранилищах канала Волга — Дон (Дзюбан, 1958) — 52,8, Фархадском (Ожегова, 1959) — 52% и т. д.
Наконец, так же, как и в Днестре, руководящие формы зоопланктеров для всего периода исследований Дубоссарского водохранилища были представлены: из коловраток — Brachionus angularis, Keratella cochlearis, Syncheta sp., Polyarthra trigla и Filinia longiseta, из копепод — Acanthocyclops vernalis и его личиночные стадии, из кладоцер — Bosmina longirostris и Moina rectirostris. Однако зоопланктон водохранилища приобрел и некоторые специфические черты. В его составе значительно увеличилось разнообразие и численность ракообразных и вместе с тем, хотя не совсем четко, сузился потамофильный комплекс коловраток.
Уже в первые годы становления водохранилища выпали такие днестровские формы зоопланктона, как Colurella caudata, С. bicuspidata, Lepadella similis, L. triptera, Cephalodella conura, Сeph. caudata, Ceph. grandis, Diurella tenuior, D. weberi, D. inermis, D. brachyura, Trichocerca lunaris, T. gracilis, T. capucinus, T. bicristatus, T. collaris. С другой стороны, в водохранилище (табл.37) получили массовое развитие такие второстепенные формы днестровского зоопланктона, как Asplanchna priodonta, A. sieboldi, Synchaela stylata, Polyarthra trigla, Pompholyx complanata. Больше того, в водохранилище появились такие озерно-прудовые формы, как Macrocyclops albidus, Daphnia cuculata, D. longispina, Leptodora kindtii, Eurycercus lamellatus, Plenroxus uncinatus, которые многолетними исследованиями в Днестре совершенно не были обнаружены. Здесь же некоторые из них заняли доминирующее положение.

Таблица 37

Доминирующий состав зоопланктона в Днестре и водохранилище

Вид Днестр Водохра-

нилище

Anuraeopsis fissa + *
Filinia lerminalis + *
Trichocerca rattus + *
Brachionus quadrangularis + +
Brachionus urceolaris + +
Keratella cochlearis + +
Brachionus angularis + +
Acanthocyclops vernalis + +
Bosmina Iongirostris + +
Moina rectirostris + +
Asplanchna priodonta * +
Synchaeta sp. * +
Polyarthra trigla * +
Asplanchna sieboldi * +
Keratella quadrata * +
Pompholyx complanata * +
Daphnia longispina +
Daphnia cucullata +
Mesocyclops crassus *
Leptodora kindtii *
Macrocyclops albidus *

Примечание: «+» обозначено преобладание; » * » наличие; » — » отсутствие

Таким образом, в водохранилище сформировался свой комплекс зоопланктона, в который вошли как днестровские, так и вновь появившиеся озерно-прудовые формы. Вместе с тем, численность его во много раз превысила численность днестровского зоопланктона. Например, в 1955 г. в среднем по водохранилищу она составила 46 260 экз/м³, что более чем в 40 раз превышает его численность, отмеченную в Днестре в 1954 г. Из них на долю коловраток приходилось 27,9, веслоногих — 33,4 и ветвистоусых — 38,7% (рис. 42).
В 1956 г. в связи с более устойчивым гидрологическим режимом средняя численность зоопланктона за вегетационный период, включая и апрельские наблюдения, достигла по водохранилищу 127 246 экз/м³, из которых ракообразные составили 63,7%.
В 1957 г., когда уровенный режим в водохранилище достиг проектной отметки и не испытывал значительных колебаний, средняя численность зоопланктонов в водохранилище достигла 266 203 экз/м³, но удельный вес коловраток повысился до 73,1%.


Рис. 42. Средние показатели численности и биомассы основных групп зоопланктона в Дубоссарском водохранилище по годам ( 1- общая; 2 — веслоногие; 3 — коловратки; 4 — ветвистоусые)

В 1958 г. общая численность зоопланктона несколько понижается (208 330 экз/м³), из них на долю коловраток приходилось 61,9%. Наконец, в июне 1959 г. средняя численность зоопланктона достигает 361 760 экз/м³ (рис. 42), а удельный вес коловраток 83,2%.
Несмотря на относительное снижение численности ракообразных в зоопланктоне, их абсолютное количество за эти годы в водохранилище остается более или менее постоянным. Например, в 1955 г. средняя численность ракообразных в водохранилище составляла 39 400, в 1956 г. она повысилась до 80 960 экз/м³. В последующие три года она колебалась от 71 600 в 1957 г. до 61 500 экз/м³ в июне 1959 г.
Заканчивая анализ разнообразия и численности зоопланктона в целом по водохранилищу, необходимо отметить, что развитие ракообразных в Дубоссарском водохранилище наиболее интенсивно протекает в летние месяцы. Например, в июне 1955 г. средняя численность ракообразных по водохранилищу составляла 48 223, в 1956 г. — 178 500, в 1957 г.- 94 520, в 1958 г. — 223 000 экз/м³.
В этом отношении, как и в отношении распределения зоопланктона но продольному профилю, Дубоссарское водохранилище имеет некоторые общие черты с Днепровским водохранилищем (Мельников, 1955), что объясняется сходством их морфометрии и гидрологического режима.
Значительное влияние водохранилища наблюдается и на составе зоопланктона в его нижнем бьефе. Средняя численность зоопланктона в створе ст. Дубоссары (табл. 38), расположенной в нижнем бьефе, с первого года становления водохранилища (1955 г.) намного выше, чем в створе на ст. Каменка, расположенной непосредственно выше водохранилища. Например, уже в 1955 г. численность зоопланктона на ст. Дубоссары составляла 13 600 экз/м³, что превышает численность его в Днестре на ст. Каменка в 11,3 раза. В 1956 г. средняя его численность здесь составляла 213 500 против 3800 экз/м³ на ст. Каменка, т.е. в 56,2 раза больше. В 1957 г. количество зоопланктона, сбрасываемого через плотину, достигло в среднем 321 000 экз/м³ и превышало численность его на ст. Каменка в 38,4 раза. В последующие два года (1958-1959) эти исследования проводились лишь в июне, но и в данном случае соотношения между поступающей и сбрасываемой численностью составляют 1:9 — 1:16.

Таблица 38

Численность зоопланктона (по группам) (в тыс.экз/м³) в Днестре выше, на ст. Каменка, и ниже водохранилища, на ст. Дубоссары (1955 — 1959 гг.)

Месяц

сбора

Каменка
1955 г. 1956 г. 1957 г. 1958 г. 1959 г.
коловратки апрель 3,0
июнь 0,6 3,0 13,0 9,6 24,1
август 0,5 0,8 3,3 7,0
октябрь 1,4 0,9 2,0 6,2
среднее за

вегетационный
период

0,8 1,2 6,1 8,4 24,1
веслоногие апрель 1,0 1,3
июнь 0,3 0,6 0,5
август 0,5 0,3 0,3 0,6
октябрь 0,3 0,3
среднее за

вегетационный

период

0,4 0,3 0,4 5,5 0,5
ветвистоусые апрель 1,0 0,5
июнь 0,3 0,2 0,6
август 7,5 3,3 0,3
октябрь 0,3 0,3
среднее за

вегетационный

период

2,3 1,8 0,3 0,6
Всего 1,2 3,8 8,3 14,2 25,2

Продолжение

Месяц

сбора

Дубоссары
1955 г. 1956 г. 1957 г. 1958 г. 1959 г.
коловратки апрель
июнь 1,0 4,7 121,3 9,3 96,7
август 0,8 51,3
октябрь 18,0 148,2
среднее за

вегетационный

период

0,9 24,7 134,7 9,3 96,7
веслоногие апрель
июнь 20,7 170,0 206,0 32,0 286,7
август 1,8 182,7
октябрь 55,0 94,0
среднее за

вегетационный

период

11,2 135,9 150,0 32,0 286,7
ветвистоусые апрель
июнь 2,7 25,7 59,3 47,0 20,6
август 0,2 61,3
октябрь 71,7 15,3
среднее за

вегетационный

период

1,5 52,9 37,3 47,0 20,6
Всего 13,6 213,6 321,0 88,3 404,0

Из общего количества зоопланктеров, постоянно сбрасываемых через плотину, большую часть их составляли ракообразные, что с рыбохозяйственной точки зрения очень ценно для нижнего бьефа. Например, за годы существования водохранилища в составе зоопланктона по створу ст. Дубоссары удельный вес ракообразных колебался в пределах 58-93%, тогда как в створе ст. Каменка удельный вес ракообразных лишь в 1956 г. достиг 69%, обычно же он колеблется в пределах от 2 до 25% к общей численности зоопланктона. При этом сток его на ст. Дубоссары в 1957 г. составил 20 тыс. т., тогда как в створе ст. Каменка, выше водохранилища, за это же время он не превысил 380 т, т.е. в 50 с лишним раз меньше.
Для водохранилищ вообще, а для проточно-русловых типа Дубоссарского тем более, характерно неравномерное распределение разнообразия и численности зоопланктона по продольному профилю. В литературе этот вопрос пока не нашел еще достаточно полного освещения. Более или менее полно изложены причины различия состава и численности зоопланктона по продольному профилю Днепровского водохранилища (Мельников, 1939, 1953, 1955, 1958). Некоторые данные по этому вопросу имеются в работах Б. М. Себенцова, Д. И. Биск и Е. В. Мейснер (1940), Е. С. Неизвестновой-Жадиной (1941) — по Иваньковскому водохранилищу; В. М. Рылова (1941) — по Учинскому водохранилищу; Б. М. Себенцова, Е. В. Мейснера и П. В. Михеева (1953) — по Яхромскому водохранилищу; Н. А. Дзюбана (1958) — по Цымлянскому; Я. В. Ролла, Я. Я. Цееба, К. К. Зерова и др. (1959) — по Каховскому водохранилищу и Н. М. Ворониной (1955) по Рыбинскому водохранилищу. Например, Цымлянское водохранилище по характеру зоопланктона Н. М. Лившиц (1954) и Н. А. Дзюбан (1958) разделяют на три района, которые совпадают с районами, выделенными И. Б. Барановым (1954) на основании физико-химических показателей.
Наименьшее количество зоопланктона наблюдалось в том районе Цимлянского водохранилища, где сохранились типично речные условия, тогда как наибольшее — в приплотинном плесе. Промежуточное положение по численности зоопланктона занимал средний плес. Е. С. Неизвестнова-Жадина (1941), следуя Д. А. Ласточкину (1939), подразделяет Иваньковское водохранилище по его геоморфологическим и биологическим особенностям также на три плеса, которые разнятся между собой и по составу зоопланктона, что аналогично состоянию, указанному для Цимлянского водохранилища.
В Дубоссарском водохранилище по гидрологическим признакам также выделяют три участка: верхний, средний и нижний. Такому делению водохранилища по гидрологическим признакам вполне соответствует распределение разнообразия и количественного развития гидрофауны вообще (Ярошенко, 1957а; Ярошенко и Набережный, 1959) и зоопланктона, в частности (Набережный, 1957).
Верхний участок Дубоссарского водохранилища на протяжении всех лет исследований по своим гидрологическим особенностям приближался к речному режиму, в связи с чем состав зоопланктического ценоза за эти годы сохранил в нем общие черты с речным, с преобладанием ротаторного комплекса, вплоть до общности многих доминирующих форм. Такими общими формами коловраток для зоопланктона верхнего участка водохранилища и Днестра за 1955-1959 гг. оказались Callidina sp., Philodina roseola, Brachionus angularis, Br. urceolaris, Br. capsuliflorus var. brevispinus, Trichotria curta, Keratella cochlearis, Keratella quadrata, Synchaeta sp., Trichocerca rattus, Monostyla lunaris, Anuraeopsis fissa, Cephalodella gibba, Mytilina brevispina и ряд других.
Рачковые зоопланктеры в верхнем участке представлены довольно скудно. Из ветвистоусых наиболее обычной оказалась Bosmina longirostris, обнаруженная на протяжении всех лет исследований. Второстепенными, а иногда единичными, были Daphnia longispina, Leydigia leydigii, Macrоthrix laticornis, Ilyocryptus sordidus, а в зарослях заводи Молокиш — Sidа cristalina. Из веслоногих рачков единично встречались Acanthocyclops vernalis, Paracyclops fimbriatus и Mesocyclops crassus. Таким образом, состав зоопланктона в верхнем участке водохранилища незначительно отличается от его состава здесь до образования водохранилища. Колебания гидрологических условий в верхнем участке водохранилища за 1955—1959 гг. (табл.39) мало сказались на общей численности рачковых зоопланктеров, которая в значительной мере зависит от их поступления из верхнего участка Днестра.

Таблица 39

Численность зоопланктона (по группам)(в тыс.экз/м³) в верхнем участке водохранилища в 1955-1959 гг.

  Месяц

сбора
1955 г. 1956 г. 1957 г.
чис-
лен-
ность
% чис-
лен-
ность
% чис-
лен-
ность
%
Коловратки апрель     1,3      
июнь 1,0   12,0   35,7  
август     1,3   7,6  
сентябрь 1,9   2,0   1,3  
Среднее за вегетационный

период
  1,4 83,9 4,4 76,2 14,8 99,3
Веслоногие апрель     1,3      
июнь 0,5       0,03  
август         0,2  
сентябрь         0,2  
Среднее за вегетационный
период
  0,2 11,9 0,4 17,2 0,1 0,6
Ветвистоусые апрель     0,3      
июнь 0,07   2,7   0,3  
август     0,3      
сентябрь 0,03   0,5      
Среднее за вегетационный
период
  0,05 42 1,0 6,6 0,01 0,1
Всего:   1,8   5,8   14,9  

продолжение

  Месяц
сбора
1958 г. 1959 г.
чис-
лен-
ность
% чис-
лен-
ность
%
Коловратки апрель 7,9      
июнь 6,3   4,6 82,1
август 22,7      
сентябрь 1,9      
Среднее за вегетационный
период
  9,7 87,7    
Веслоногие апрель 2,7      
июнь 0,4   0,7 12,5
август 0,3      
сентябрь 0,1      
Среднее за вегетационный
период
  1,5 12,9    
Ветвистоусые апрель 0,2      
июнь 0,3   0,3 5,4
август 1,0      
сентябрь 0,2      
Среднее за вегетационный
период
  0,4 3,4    
Всего:   11,6   5,6  

 

Аналогичная картина была выявлена Г. Б. Мельниковым (1955) в верхнем участке Днепровского водохранилища. По этим данным, например, численный состав зоопланктона в верхнем участке Днепровского водохранилища во время 4-летних исследований (1947-1950) определялся главным образом массовым развитием коловраток, численность которых колебалась в пределах 91,8-97,4% от общей численности зоопланктона. Но в отличие от Дубоссарского, в Днепровском водохранилище абсолютная численность коловраток была несравненно выше. Во всяком случае, в летние периоды средняя численность коловраток колебалась там в пределах 30-265 тыс. экз/м³, тогда как в верхнем участке Дубоссарского водохранилища максимальная их численность не превышала 35700 экз/м³ (июнь 1957 г.).
В среднем участке водохранилища происходит дальнейшее увеличение не только общего разнообразия зоопланктеров, но и их численности, среди которых существенную, а в 1956 г. основную, роль играли рачковые зоопланктеры.
Причиной этих изменений мы считаем не только относительное уменьшение влияния речного гидрологического режима, но и морфометрические отличия среднего участка. Если в верхнем участке водохранилище почти не выходит из пределов русла реки, то здесь оно представляет собой довольно широкий водоем (800-1000 м) с пространными плесами и мелководными заводями, покрытыми подчас зарослями подводной растительности. И в результате этого зоопланктон среднего участка водохранилища в какой-то мере является уже автохтонным и по своим особенностям занимает промежуточное положение между речными и озерно-прудовыми типами зоопланктона. Другими словами, на этом участке водохранилища начинается формирование новых планктических ценозов с преобладанием озерно-прудового комплекса, свойственного зоопланктону водохранилищ. Но эта картина, как увидим ниже, не всегда четко выражена и связана не только с состоянием гидрологических условий, которые и здесь находятся в пределах больших колебаний, но и с другими, очевидно, местными факторами. В первом, 1955, году становления водохранилища на этом участке установлено 37 форм зоопланктона, в 1956 г. — 31, в 1957 г.- 35, в 1958 г. — 48 и в 1959 г. — 26. За исключением 1956 г. основу разнообразия (68,5 — 73,0%) зоопланктона на этом участке составляют коловратки.
Постоянным ядром коловратного комплекса зоопланктона этого участка водохранилища были Callidina sp., Brachionus angularis, Br. calycifloris f. amphiceros, Br. capsuliflorus cluniorbicularis, Keratella cochlearis, K. valga tropica, Anuraeopsis fissa, Asplanchna priodonta, Aspl. sieboldi, Synchaeta sp., Polyarthra trigla, Trichocerca rattus, Filinia longiseta и Ponipholyx complanata. Такое явление объясняется отчасти дошедшим сюда влиянием реки, а отчасти повышенным загрязнением этого участка водохранилища, что подтверждено гидрохимическими и бактериальными показателями у городов Рыбница и Резина. Однако н в этих условиях из ветвистоусых зоопланктеров становятся обычными Daphnia longispina, Daphnia cucullata, Diaphanosoma brachyurum, Moina rectirostris, из веслоногих — Mesocyclops crassus и их придонные формы Macrocyclops albidus, Cyclops serulatus и Еucyclops macruroides.
Численное обилие зоопланктона в среднем участке оказалось во много раз (в 1955 г. в 8, а в 1958 г. в 27 раз) большим, чем в верхнем. Особенно резко увеличилась здесь абсолютная численность ракообразных. Например, уже в первом году становления водохранилища численность рачковых зоопланктеров в среднем участке была больше, чем в верхнем, в 50 раз в 1956 г. — в 44 раза, в 1957 г. — в 567 раз, в 1958 г. — в 21 раз и в июне 1959 г. — в 15,7 раза. Из них наибольшее числовое значение имели Воsmina longirostris, Moina rectirostris, Daphnia cucullata с ее разновидностью berolinensis, Daphnia longispina. Acanthocyclops vernalis и его личиночные стадии.
Эти формы, как выяснилось (Набережный, 1957; Ярошенко, Томнатик, Набережный, Вальковская, Карлов, 1960), имели первостепенное значение в питании основных видов рыб водохранилища.
Как видно из табл. 40, максимальная численность зоопланктона вообще, и ракообразных в частности, падает на летние месяцы, что несомненно связано с температурным режимом и вытекающими отсюда биохимическими процессами.

Таблица 40

Численность зоопланктона (по группам)(в тыс.экз/м³) в среднем участке водохранилища в 1955-1959 гг.

  Месяц
сбора
1955 г. 1956 г. 1957 г.
чис-
лен-
ность
% чис-
лен-
ность
% чис-
лен-
ность
%
Коловратки апрель     1,5      
июнь 1,1   23,3   114,9  
август 1,5   11,0   57,5  
сентябрь 33,0   29,9   148,2  
Среднее за вегетационный
период
  10,8 87,8 17,4 24,5 106,8 63,1
Веслоногие апрель     4,5      
июнь 1,0   101,1   22,7  
август 2,4   26,2   33,5  
сентябрь 0,4   5,0   2,7  
Среднее за вегетационный
период
  1,2 9,8 43,4 61,0 19,6 11,6
Ветвистоусые апрель     0,1      
июнь 0,6   9,4   87,6  
август 0,06   43,1   39,5  
сентябрь 0,09   0,9   0,5  
Среднее за вегетационный
период
  0,3 2,4 10,3 14,5 42,8 25,3
Всего:   12,3   71,1   169,2  

продолжение

  Месяц
сбора
1958 г. 1959 г.
чис-
лен-
ность
% чис-
лен-
ность
%
Коловратки апрель 7,8      
июнь 413,5   26,7 62,9
август 635,0      
сентябрь 54,6      
Среднее за вегетационный
период
  277,7 87,4    
Веслоногие апрель 1,5      
июнь 31,6   11,2 26,4
август 37,0      
сентябрь 6,8      
Среднее за вегетационный
период
  19,2 6,1    
Ветвистоусые апрель        
июнь 74,1   4,5 10,7
август 8,6      
сентябрь 0,7      
Среднее за вегетационный
период
  20,8 6,5    
Всего:   317,7   42,4  

 

Развитие зоопланктона в нижнем участке приобретает еще большие отличия, соответствующие его физико-химическим особенностям. Численность рачковых зоопланктеров, особенно ветвистоусых, достигает в нижнем участке водохранилища величин, свойственных стоячим водоемам эвтрофного типа, хотя и здесь удельный вес коловраток колеблется обычно в пределах 52-65%. Лишь в 1956 г. в видовом составе зоопланктона нижнего участка водохранилища преобладали ракообразные, что очевидно объясняется влиянием вновь залитых в этот год значительных площадей суходола.
Аналогичная картина была отмечена в ряде уже существующих водохранилищ (Мельников, 1955; Лившиц, 1954; Неизвестнова-Жадина, 1941; Рылов, 1941; Себенцов, Мейснер и Михеев 1953). Исключение в этом представляет лишь Рыбинское водохранилище (Воронина, 1955; Мордухай — Болтовская, 1955), но там имеются свои специфические причины.
Вместе с тем следует отметить, что и в нижнем участке относительное и абсолютное повышение разнообразия зоопланктона за счет коловраток происходит обычно в осенний период. Например, в августе 1957 г. на ст. Кучиеры на долю коловраток приходилось лишь 37,7, в июне 1958 г.- 38,8% общего разнообразия. На ст. Цыбулевка в июне 1958 г. коловратки и ракообразные были представлены одинаковым числом видов, а в октябре только на долю коловраток приходилось 86,3% общего разнообразия. Вообще эта особенность свойственна и предыдущим двум участкам, что является результатом избыточного к осени загрязнения водохранилища органическими веществами.
Наряду с этим в нижнем участке водохранилища наблюдается увеличение доминирующих форм, главным образом за счет видов ракообразных зоопланктеров. Некоторые из них, как дафнии, мойна, лептодора а в 1955г. и в нижнем участке встречались спорадически или же совсем не были обнаружены, тогда как в nocледующие годы они оказались здесь массово развивающимися формами. Однако большинство доминирующих форм и в зоопланктоне нижнего участка водохранилища те же, что в зоопланктоне предыдущих его участков и Днестра до образования водохранилища.
Из обычных в среднем участке не встречаемых форм в составе зоопланктона нижнего участка водохранилища в течение вегетационных периодов 1955-1959 гг. заслуживают внимания Brachionus calycifloris, Br. calycifloris f. amphiceros, Br. capsulifloris var. brevispinus, Br. budapestinensis, Synchaeta oblonga, Synchaeta stylata, Polyarthra trigla, Mesocyclops crassus, Daphnia cucullata и др.
Кроме того, в нижнем участке водохранилища спорадически появляются Brachionus falcatus, Brach. nilsoni, Platyias patulus, Mytilina mucronata, Lecane luna, Tetramastix opoliensis, Diaptomus graciloides, Diaptomus sp., Paradiaptomus alluaudi, Ceriodaphnia reticulata, Alona rectangula. а также зарослевые формы Simocephalus vetulus, Macrothrix laticornis и Sida crystalina, которые раньше не встречались.
Существенное различие за эти годы наблюдали и в численном составе зоопланктона нижнего участка. Как видно из табл. 41, средняя численность зоопланктона в нижнем участке за вегетационный период 1955 г. составляла 31 300 экз/м3, из которых на долю коловраток приходилось 52,4%, хотя большую часть времени преобладали ракообразные. Лишь в октябре наблюдаем повышение средних показателей численности коловраток за счет развития Synchaeta sp., что привело к повышению их значимости в среднем за вегетационный период. Из ракообразных ведущее место занимали веслоногие рачки.

Таблица 41

Численность зоопланктона (по группам)(в тыс.экз/м³) в нижнем участке водохранилища в 1955-1959 гг.

  Месяц
сбора
1955 г. 1956 г. 1957 г.
чис-
лен-
ность
% чис-
лен-
ность
% чис-
лен-
ность
%
Коловратки апрель   0,9    
июнь 1,5   15,6   510,4  
август 1,0   35,6   163,1  
сентябрь 46,4   51,8   712,9  
Среднее за вегетационный
период
  16,4 52,4 37,2 12,2 462,1 75,2
Веслоногие апрель   1,5    
июнь 10,8   356,8   147,1  
август 3,3   203,7   103,4  
сентябрь 2,5   72,5   35,0  
Среднее за вегетационный
период
  9,8 31,3 187,7 61,6 95,2 15,5
Ветвистоусые апрель   0,3    
июнь 1,6   65,4   26,1  
август 0,3   16,9   142,3  
сентябрь 17,7   171,0   3,3  
Среднее за вегетационный
период
  5,1 16,3 80,0 26,2 57,2 9,3
Всего:   31,3   304,9   614,5  

продолжение

  Месяц
сбора
1958 г. 1959 г.
чис-
лен-
ность
% чис-
лен-
ность
%
Коловратки апрель 4,4    
июнь 48,4   1107,2 86,4
август 124,0    
сентябрь 184,0    
Среднее за вегетационный
период
  90,2 30,5    
Веслоногие апрель 1,5    
июнь 203,1   146,4 11,4
август 144,8    
сентябрь 81,3    
Среднее за вегетационный
период
  107,2 36,3    
Ветвистоусые апрель    
июнь 395,5   28,4 2,2
август 28,9    
сентябрь 5,0    
Среднее за вегетационный
период
  98,3 33,2    
Всего:   295,7   1282,0  

 

В 1956 г., когда уровенный режим водохранилища пришел к норме средняя численность зоопланктона в его нижнем участке увеличилась, по сравнению с 1955 г., почти в десять раз и достигла 304900экз/м³. Численное преобладание ракообразных наблюдали весь вегетационный период и в среднем они составили 68%. По сравнению с 1955 г., общая численность ракообразньх в 1956 г. увеличилась в 18,5 раза, из них численность веслоногих — в 19,1, а ветвистоусых — в 15,9 раза. Максимального развит ракообразные достигли в июнe — 422 100 экз/м³, среди которых ведущая роль принадлежит веслоногим рачкам.
В 1957 г. наблюдается дальнейшее увеличение численности зоопланктона в нижнем участке до 614 500 экз/м³, т. е. по сравнению с 1956 г. более чем в 2 раза, а по отношению к 1955 г. более чем в 20 раз. В среднем за вегетационный период на долю ракообразных приходилось лишь 24,8% общей численности, а большую часть составляли коловратки. Массовыми видами, определяющими высокую численность коловраток в 1957 г., были Keratella cochlearis, Synchaeta stylata, Synchaeta sp. и Pompholyx comlanata. Ракообразные, как видно из табл. 41, превалировали над коловратками лишь в августе, достигнув средней численности 245 700 экз/м3 или 40% общей численности, главным образом за счет молоди Асаntoсусlops vernalis, Daphnia cucullata berolinensis, Moina rectirostris. В среднем за вегетационный период численность ракообразных на этом участке достигла 152 400 экз/м³, что на 100 тыс. экз. уступает наиболее урожайному 1956 г.
В следующем, 1958, году (табл. 41) обилие зоопланктона значительно понижается исключительно за счет резкого снижения численности коловраток, тогда как численность ракообразных в этом году увеличилась до 205 500 экз/м³. Максимальная их численность — 562 600 экз /м³ наблюдалась в июне и определялась массовым развитием Daphnia cuculata, Moina rectirostris и Bosmina longirostris. В августе ведущая роль в численности зоопланктона принадлежала веслоногим рачкам — 144 800 экз/м³. Наиболее устойчивыми из них были науплиальные и копеподитные стадии Copepoda. Следовательно, и в 1958 г. нижний участок по зоопланктону в кормовом отношении вполне был удовлетворительным.
Наконец, в 1959 г., по по данным июньских исследований, здесь отмечена наиболее высокая численность зоопланктона — 1 282 000 экз/м³. Но в отличие от предыдущих лет, основную его массу (86,3%) составляли коловратки. Однако и в данном случае абсолютная численность ракообразных достигала 172 800 экз/м³, т.е. находилась на уровне средней численности последних трех лет.
Что касается зоопланктона Ягорлыкской заводи, то динамика его развития несколько отличается. Как установлено многочисленными исследованиями речных водохранилищ, развитие рачкового планктона в их заводях протекает интенсивнее, чем в открытой части водохранилища, что объясняется более устойчивым состоянием физико-химических и биологических условий среды. Эта особенность обнаружена и для заводи Ягорлык, расположенной на левом берегу нижнего участка Дубоссарского водохранилища занимающей около 300 га. Зоопланктон заводи по разнообразию и количественному развитию ракообразных уже в первом году становления водохранилища (1955) почти достиг уровня, свойственного нижнему, наиболее богатому его участку, в 1956 г. Например, в нижнем участке разнообразие ракообразных за годы исследований водохранилища не превышало 46,3% от общего видового состава зоопланктеров. В заводи уже в 1955 г. они составляли 38,5, в 1956 г. — 53,1, а в 1957 г. — 62,2% от общего состава зоопланктеров. Только в 1958 и 1959 гг. (данные за июнь) их удельный вес понизился соответственно до 38,4 и 34,4% к общему разнообразию зоопланктона. Мы полагаем, что и в последующие годы колебание относительной численности ракообразных зоопланктеров в заводи будет не ниже указанных пределов.
Значительно большие различия наблюдались в общей численности зоопланктона заводи и открытой части водохранилища. Например, в 1956 г. средняя численность зоопланктона в заводи составила 285 925 экз/м³ при удельном весе ракообразных 89,7%, что в 2,2 раза превышает показатели численности открытой части водохранилища. В 1957 г. численность зоопланктона в заводи повысилась до 419 900 экз/м³, но относительный показатель ракообразных понизился до 43,1%, что характерно и для водохранилища в целом. В 1958 г. численность зоопланктона в заводи повысилась дальше до 692 200 экз/м³ с удельным весом ракообразных 21,7%. Наконец, в 1959 г., по июньским наблюдениям, численность зоопланктона здесь повысилась до 1 282 000 экз/м³ с дальнейшим падением значимости ракообразных до 13,6%. Если обратиться к абсолютным показателям численности ракообразных в заводи, то она находилась на уровне 174,8 (1959) — 256,3 тыс. (1956).
Из приведенных данных видно, что в кормовом отношении зоопланктон заводи Ягорлык более ценный, чем в водохранилище. Отсюда заводь является прекрасным пастбищем особенно для молоди рыб.
В видовом составе зоопланктона заводи за время ее исследования выявлено 67 форм, включая личиночные стадии и молодь ракообразных.
В первый год (1955) становления водохранилища разнообразие зоопланктеров в заводи составляло всего лишь 27 форм. Среди ракообразных ведущими была Bosmina longirostris, средняя численность которой в течение вегетационного периода колебалась от 10 000 до 158 900, копеподитные стадии Copepoda со средней численностью от 59 000 до 90 000 экз/м³ и ³с численностью от 6800 до 38 000 экз/м³. В отдельных августовских пробах численность Bоsmina longirostris достигала 384 000, а в сентябре — 584 000 экз/м³.
Из коловраток наиболее устойчивыми формами (табл. 42) в течение вегетационного периода 1955 г. были Brachionus angularis, Keratella cochlearis, Asplanchna sieboldi, численность которых не превышала 15 000 экз/м³. В 1956 г. разнообразие зоопланктона заводи увеличилось до 32 форм, главным образом за счет таких ценных в кормовом отношении ракообразных зоопланктеров, как Sida crystalina, Daphnia cuсullata и ее разновидностей beroliensis и kahlbergensis, Leptodra кindtii, Сyclops vicinus, Mesocyclops crassus.

Таблица 42

Среднегодовая численность доминирующих форм зоопланктона в 1 м³ воды в заводи Ягорлык в 1955 — 1959 гг.

Вид 1955 г. 1956 г. 1957 г. 1958 г. 1959 г.

(июнь)

Brachionus angularis 600 6160 11000 5330 265000
Keratella cochlearis 1030 6800 30800 489210 160800
Asplanchna sieboldi 6720 6930 1330 13100 63200
Polyarthra trigla 100 3760 52500 25760 75600
Synchaeta sp. един. един. 135660 21000 84400
Nauplii Copepoda 11550 68010 83830 74830 102400
Копеподитные стадии Copepoda 71020 202300 83300 25200 24800
Acanthocyclops vernalis 17560 17332 9330 2000 6400
Daphnia cucullata 2460 20130 12570 22606 176000
Bosmina longirostris 94300 22720 1330 22900 4400

Как и в предыдущем году, доминирующими формами из ракообразных были Bosmina longirostris с колебаниями численности в течение вегетационного периода от 19 500 до 28 000; Acanthocyclops vernalis с численностью до 40 000 и копеподитные стадии Copepoda соответственно до 470 000 экз/м³.
Из коловраток наиболее устойчивыми и массовыми были Keratella cochlearis со средней плотностью 6800, Asplanchna sieboldi 6930 и Polyarthrа trigla 3760 экз/м³. Наибольшего развития коловратки достигли в октябре, когда их общая численность дошла до 46 600 экз/м³, или 43% общей численности зоопланктона в этот период. Минимальное их развитие (2,8% общей численности) наблюдалось в августе, что отражено и стационарными исследованиями зоопланктона в самом водохранилище (Набережный, 1957).
В 1957 г. наравне с увеличением разнообразия зоопланктеров до 37 форм за счет ракообразных — Diaptomus gracilis, Canthocampus staphylinus и их молоди, Daphnia hyalina, Alonopsis elongata и Ceriodaphnia pulchella — увеличилась и средняя численность зоопланктеров до 419 900 экз/м³. Однако относительная значимость ракообразных понизилась до 43,1%, хотя абсолютная численность их достигала 182 100 экз/м³. В остальное время вегетационного периода относительная численность ракоообразных была выше численности коловраток. В июне, например, она составляла 52,7%, а в августе достигала 80,2% от общей численности зоопланктона. Следовательно, и в 1957 г. обеспеченность ихтиофауны ценными кормовыми зоопланктерами в заводи была достаточной.
Наиболее массовыми из веслоногих были nauplii Copepoda с колебаниями численности в течение вегетационного периода от 44 500 до 131 500, Cyclops vicinus — 500-67 000 и копеподитные стадии Copepoda — 16000-57 000 экз/м³. Из ветвистоусых наибольшей численностью выделялась, Daphnia cucullata с колебаниями от 7500 до 13 250 экз/м³.
Из коловраток преобладающее значение имели Synchaeta sp. с колебаниями численности от 500 до 402 000; Polyarthra trigla — 7500-54 500 и Keratella cochlearis — 16 000-44 000 экз/м³.
Исследованиями 1958 г. было установлено дальнейшее увеличение разнообразия зоопланктона в заводи до 52 форм, а его средней численности — до 692 200 экз/м³. По разнообразию на протяжении всего вегетационного периода господствуют коловратки. Кроме обычных для заводи видов коловраток, здесь впервые были обнаружены Platyias patulus, Monostyla quadridentata, Scaridium longicaudum и Trichocerca grandis. Состав ракообразных почти не изменился, за исключением вновь появившегося рачка Pleuroxus uncinatus. Больше, чем в предыдущие годы, в зоопланктоне заводи 1958 г. выделяется группа Calanoida, представленная Diaptomus gracilis и его личиночными стадиями, общая численность которых иногда (в октябре) достигает 47 400 экз/м³. Из веслоногих ведущая роль сохраняется за Acanthocyclops vernalis, науплиальными и копеподитными стадиями Copepoda. Наряду с ними, обычным для зоопланктона заводи этого периода стал Mesocyclops crassus средняя численность которого в августе достигает 43 300 экз/м³.
Что касается ветвистоусых рачков, то максимальной численности они достигают в июне (67 760) и особенно в августе (90 310), главным образом за счет развития особей Daphnia cucullata и ее разновидностей berolinensis, Diaphanosоma brachyurum и Bosmina longirostris. Наконец, в июне 1959 г., в период сильного спада уровенного режима в водохранилище, общее разнообразие зоопланктеров снижается до 32 форм, среди которых на долю коловраток приходилось 65,6%. Наиболее массовыми были Brachionus angularis со средней численностью 26 500, Keratella cochlearis — 1 608 000 и Synchaeta stylata — 304 400 экз/м³.
Из ракообразных, как и в прежние годы, выделялись Nauplii Copepoda (102 400), копеподитные стадии Copepoda (24 800) и Daphnia cucullata berolinensis (17 600) (см. табл. 42).
Средняя же численность зоопланктона достигала 1 282 000.экз/м³.
Исследованиями зоопланктона заводи в зимний период (1956-1957-1958 гг.) выявлено всего лишь 16 видов, среди которых коловратки в 1956 г. составляли 55,5, в 1957 г. — 72,7 и в 1958 г. — 55,5% общего разнообразия зоопланктеров. Преобладающими среди коловраток были Keratella quadrata, Polyarthra trigla, Notholca squamula и Synchaeta sp. Из ракообразных зоопланктеров обычными для этого периода являются Cyclops vicinus и Bosmina longirostris. Последняя нередко встречается с зародышами и в зимних условиях.
Ход сезонных изменений зоопланктона заводи за годы исследований имеет некоторые общие черты для всех лет. В зимний (январь) и весенний (апрель) периоды как по разнообразию, так и по массовости особей первое место занимают коловратки. В зимний период общая численность зоопланктона минимальная и колеблется от 10 290 в 1957 г. и 102 000 экз/м³ в 1956 г., а в апреле от 42 200 в 1956 г. до 190 500 экз/м³ в 1958 г.
К июню параллельно с увеличением общей численности зоопланктона (максимум в 1959 г. — 1 282 000 экз/м³) заметно увеличивается значимость веслоногих рачков (от 57 100 в 1958 г. до 186 000 экз/м³ в 1956 г.) и в меньшей мере ветвистоусых (от 13 300 в 1956 до 67 700 экз/м³ в 1958 г.).
В августе численное зоопланктона резко увеличивается. В 1955,1956,1957 г. это увеличение происходит за счет рачков, в 1958 г. — коловраток. Из рачков, за исключением 1955 г., по-прежнему преобладают веслоногие (от 65 600 в 1956 г. до 175 500 экз/м³ в 1957 г.).
Заметно увеличивается в августе и удельный вес ветвистоусых рачков (от 42 700 в 1957 г. до 118 300 экз/м³ в 1955 г.). Мы не располагаем сентябрьскими данными за все годы, однако данные 1955 г., а также и стационарные исследования зоопланктона в самом водохранилище (Набережный, 1957) показывают, что в этот период ветвистоусые достигают максимальной численности, образуя осенний пик в развитии зоопланктона.
В октябре с понижением температуры, как правило, численность ракообразных заметно понижается, а численность коловраток резко увеличивается, что наглядно представлено на.
Проводя исследования зоопланктона водохранилища, мы сочли необходимым коснуться и его вертикальных миграций с целью уточнить кормность водохранилища по зоопланктону в течение вегетационного периода и выяснить особенности доминирующего комплекса зоопланктеров к основным факторам среды.
Исследования этого направления были начаты с 1955 г., т.е. с первого года становления водохранилища и продолжены в течение 4-х лет по 1958 г. включительно. В результате собрано и обраотано свыше 500 количественных проб зоопланктона.
Для регулярных наблюдений из пяти станций исследования были выбраны три, расположенные в нижнем участке водохранилища на небольшом расстоянии (25 км) одна от другой, но различающиеся между собой главным образом по характеру проточности.
Первая из них, ст. Цыбулевка, расположена на суженном створе границы среднего и нижнего участков водохранилища, соединяющем два широких (1,5-2 км) плеса. В связи с этим проточность здесь постоянная, охватывающая все слои воды, и в большие половодья может достигать временами сравнительно высоких величин. Разница температуры и растворенного кислорода верхних и придонных слоев воды большую часть вегетационного периода незначительная. Максимальная глубина 14 м.
Вторая станция наблюдений — Кучиеры — расположена на широком плесе (до 2 км) приплотинного участка с максимальной глубиной 17,5 м. Проточность здесь практически или отсутствует или она незначительная. Максимальные скорости течения — 20-22 см/сек отмечены здесь в 1955 г., обычно же они колебались в пределах 2-10 см/сек.
Эти различия в проточности водохранилища накладывают существенный отпечаток не только на степень прозрачности воды (Ярошенко, 1957 а), обилие бактериальной флоры (Дымчишина, 1959), общее разнообразие и численность фито- и зоопланктона (Шаларь, 1960; Набережный, 1957), но и на вертикальное распределение зоопланктеров в толще воды.
Мы не отрицаем влияния комплекса других факторов (состояние метеорологических условий, света, температуры, газового режима, пищевых миграций, защитных реакций) на распределение зоопланктеров по вертикали и их суточные миграции, но в данном случае определяющая роль принадлежит степени проточности водохранилища.
Последняя отличается крайним непостоянством в течение вегетационного периода и в целом зависит от водного режима Днестра, обладающего некоторыми горными чертами (Ярошенко, 1957). Например, в первом году (1955) становления водохранилища при неполном его заполнении и гидрологических условиях, близких к речным, зоопланктон распределялся почти равномерно во всей толще воды на протяжении всего водохранилища. Даже в самом приплотинном участке, где проточность по отношению к остальным участкам водохранилища была несравненно меньше, вертикальное распределение зоопланктеров в толще воды было аналогично его распределению на ст. Цыбулевка. Естественно, что в связи с перемешиванием всех слоев воды и различия в суточных миграциях основных групп зоопланктеров почти не наблюдались. Лишь в первой половине октября, при некотором относительном постоянстве водного режима, повлекшего уменьшение проточности на этом участке водохранилища, наблюдалась кратковременная тенденция к концентрации зоопланктона в верхнем 6-метровом слое воды. Совершенно другая картина наблюдалась в это время в вертикальном распределении зоопланктона Ягорлыкской заводи, где с первого года становления водохранилища отсутствовала проточность и более или менее заметно обнаружилась температурная и кислородная стратификации. Здесь с первого года существования водохранилища основная масса зоопланктона концентрировалась в слое воды до глубины 4-6 м. Другими словами, здесь наблюдалась типичная картина, свойственная стоячим водоемам.
С 1956 г. в связи с заполнением Дубоссарского водохранилища до проектного уровня оно приобрело особенности проточно-руслового водоема с неустойчивым гидрологическим режимом (Ярошенко, 1962). В результате можно считать более или менее определившимися состав и численность зоопланктона по продольному его профилю и вертикальное его размещение в толще воды, включая суточные миграции.
На ст. Цыбулевка, например, в связи с сохранившейся здесь хотя и пониженной (10-20 см), но постоянной проточностыо, численность лимнофильного комплекса зоопланктеров была всегда ниже их численности, установленной на последующих станциях нижнего участка, в частности, на ст. Кучиеры, а распределение зоопланктона было равномерным во всей толще воды. Даже при понижении здесь скоростей течения общая закономерность распределения зоопланктеров в толще воды редко нарушалась.
Особенности вертикального распределения зоопланктеров, установленные на ст. Цыбулевка, являются специфичными и для среднего участка в целом и тем более для верхнего участка водохранилища. Этому способствует более интенсивное перемешивание толщи воды в связи с большей их проточностью.
С практической точки зрения такое распределение зоопланктона нужно считать положительным, так как оно способствует лучшему освоению его составом ихтиофауны всех слоев воды.
Косвенным подтверждением этого могут служить данные исследований по питанию основного состава рыб водохранилища (Ярошенко, Томнатик, Набережный и др., 1960). Этими исследованиями установлено, что в пищевом спектре не только признанных планктофагов, но и бентофагов и даже мелких хищных рыб, зоопланктон имеет существенное значение.
В плесе приплотинного участке, начиная с 1956 г., замедление скоростей течения до минимума привело как видно из предыдущих глав, к некоторой разнице в содержании биогенных веществ, температуры, О2, С02 и величины рН верхних и донных слоев воды. Эти различия возрастали, но не достигали критического уровня даже в штилевые дни летних месяцев и в период ледостава.
Более существенные различия наблюдались здесь в распределении бактериальной флоры и фитопланктона. Максимальные концентрации бактериальной флоры, как выше отмечено, наблюдались на глубине 8 м и в придонных слоях воды. Очевидно, это связано с процессом погружения отмирающего обильного фитопланктона, основная масса которого концентрируется до глубины 5-6 м. Мы склонны считать, что с этими явлениями тесно сопряжено и вертикальное распределение зоопланктеров на этом участке водохранилища. В июне, например, зоопланктон здесь также распределяется во всей толще воды, но основная масса его концентрируется в более верхних слоях до 5-6-метровой глубины, что является характерным и для всего вегетационного периода, исключая зиму. Эта особенность более отчетливо выступает при анализе наблюдений за суточными миграциями зоопланктеров.
Не случайным является увеличение численности зоопланктона на глубине 8 м и в придонных слоях. Если сосредоточение его в толще до глубины 5-6 м можно объяснить оптимальными условиями, oтвечающими жизненным потребностям (прозрачностью, насыщеностью О2, обилием фитопланктона), то концентрацию в придонных слоях следует искать только в трофических связях, обусловленных увеличением oбилия бактериальной флоры. Иногда (июнь 1956 г.) численность веслоногих (в основном копеподитных стадий) в придонных слоях воды превышала суммарную численность зоопланктона в верхних слоях. Аналогичную картину наблюдал В. Гурвич (1961) при исследовании микробентоса в Каховском водохранилище
Кроме того, кривую распределения зоопланктеров по вертикали как на этом участке водохранилища, так и на ст. Цыбулевка определяли те его группы, которые характеризовали и тип зоопланктона в данный период исследований.
Например, в 1956 г. доминирующими здесь были веслоногие рачки, главным образом Acanthocyclops vernalis и его личиночные стадии. Они сохранили свое доминирующее положение во всей толще. Ветвистоусые рачки, как правило, рассеяны по всей вертикали, но с явной концентрацией до глубины 4 м.
В августе 1957 г., что в этом году характерно и для всего вегетационного периода, определяющими кривую суммарной численности по вертикали были коловратки. Они занимали доминирующее положение и в зоопланктоне водохранилища в течение всего вегетационного периода, составляя в среднем 67% от 234 603 экз/м³. В отличие от 1956 и 1958 гг. численность коловраток хотя и понижается к придонным слоям, но она всегда выше численности ветвистоусых и веслоногих рачков вместе взятых. Летом среди них преобладали Pompholix complanata, Synchaeta sp. и Polyarthra trigla; осенью — Synchaeta stylata, Synchaeta sp. и Keratella cochlearis.
Что касается различия в интенсивности перемещения всех групп зоопланктеров в течение суток в толще воды, отчетливой закономерности нельзя уловить. Существуют лишь сезонные различия. С другой стороны, многочисленные наблюдения над суточными миграциями зоопланктона убедительно подтверждают постоянно большую концентрацию его в верхних слоях. Эти наблюдения позволили нам определить также суммарную численность и биомассу зоопланктона под 1 м² в различные сезоны года. Например, в 1956 г. суммарная численность зоопланктона под 1 м² (в среднем за сутки) колебалась от 967 тыс. экз. в октябре до 3 686 тыс. в июне, с общей биомассой 21,3-64 г. и удельным весом коловраток 19,6-1,6%.
В 1957 г. суммарная численность зоопланктона под 1 м² заметно возросла за счет развития коловраток в водохранилище. В июне, например, численность зоопланктона под 1 м³ составляла (в среднем за сутки) 3 799,6 тыс., а в октябре 4360 тыс. экз. с общей биомассой соответственно 24,5-15 г. Численность коловраток в июне не превышала 58,5%, а в октябре достигала 83,4% к суммарной численности зоопланктона.
Известно, что закономерности развития гидробиологических процессов вообще и развития зоопланктона, в частности, находятся в прямой зависимости не только от физико-химических и биологических особенностей данного водоема, но и от времени года.
Это проявляется еще в большей мере в водоемах типа водохранилищ, где колебания качественного состава гидрофауны в течение вегетационного периода связаны, помимо других факторов, и с сезонным изменением гидрологического режима.
Учитывая это, Лаборатория гидробиологии Института биологии Молдавского филиала Академии наук СССР со времени возникновения Дубоссарского водохранилища, кроме сезонных разовых исследований гидробиологического режима в течение вегетационного периода, организовала стационарные наблюдения на ст. Цыбулевка. В 1955 и 1956 гг. здесь проводились ежедекадные наблюдения, в первом случае — с июня по декабрь во втором — с мая по декабрь. В последующие годы (1957-1959) проводились ежемесячные наблюдения с января — февраля и по октябрь — ноябрь включительно. Учитывая сравнительно небольшую ширину водохранилища на этом участке (450-500 м), пробы зоопланктона отбирали лишь в трех точках: две прибрежные примерно 30 м от правого и левого берегов и одна на середине. Всего собрано и обработано 186 количественных проб зоопланктона.
В первом году становления водохранилища (1955 г.), при гидрологическом режиме, близком к речному, среднемесячная численность зоопланктеров, за исключением сентября, не превышала 3200 экз/м³, из которых коловратки составляли 81,8%.
В сентябре же, в связи с наступлением относительно устойчивого уровня и замедлением течения воды в водохранилище, среднемесячная численность зоопланктеров повысилась до 227 800 экз/м³. Характерным для этого периода является повышение значимости рачковых зоопланктеров до 51 000 экз/м³, или 23,4% обшей численности. Отдельные особи ветвистоусых, как, например, Bosmina longirostris и Moina rectirostris, достигли численности 20-28 тыс. экз/м³, что является максимальным для 1955 г. Средняя остаточная биомасса зоопланктона за вегетационный период 1955 г. составила 0,94 г/м³.
Иная картина сложилась в 1956 г. при относительно благоприятных гидрологических условиях для развития зоопланктона. Например, средняя численность зоопланктеров с мая по декабрь составила 231 230 экз/м³, с биомассой 2,5 г. среди которых на долю коловраток приходилось лишь 24,7%. Наибольшая его численность отмечена в июне (485 400) и в сентябре (502 000), т.е. в периоды максимального развития рачков. Наиболее низкая численность зоопланктеров наблюдалась в мае и октябре, но и в данном случае она не опускалась ниже 124-138 тыс. экз/м³ с доминирующей ролью коловраток (92-73% общей численности).
Из рачков обычными для водохранилища этого периода стали Daphnia longispina, D. cucullaba и Leptodora kindtii, которые прочно вошли в пищевой рацион не только молоди, но и более старших возрастов рыб (Набережный, 1957; Ярошенко, Томнатик, Набережный, Вальковская и Карлов, 1960).
За вегетационный период 1958 г. средняя численность зоопланктона на стационаре повысилась до 279 115 экз/м³, с биомассой 3,4 г. среди которых коловратки составляли 62,9%. Однако средний удельный вес коловраток в данном случае несколько завышен за счет массового развития их в осенний период.
Наконец, в 1959 г. средняя численность зоопланктона находилась в уровне предыдущих 2 лет и составила 240 060 экз/м³, а по биомассе 1,5 г/м
Из них 49,9% были коловратки.
В период стационарных исследований (1955-1959 гг.) здесь установлено 73 формы зоопланктона, что почти в 2 раза больше, чем было выявлено здесь за те же годы сезонными разовыми исследованиями. Наибольшее разнообразие зоопланктеров было установлено в первом году становленияводохранилища (54 формы). Основной доминирующий состав зоопланктеров, по материалам стационарных исследовании, представлен Вгасhionus angularis, Br. calycifloris amphiceros, Keratella cochlearis, K. quadratа, Asplanchna sieboldi, Synchaeta sp., Polyarthra trigla — из коловраток, Acanthocvclops vernalis и его личиночные стадии — из веслоногих; Воsminа longirostris и Моina rесtirostris — из ветвистоусых рачков. Эти же формы, за некоторым исключением, преобладали в период исследования в составе зоопланктона водохранилища в целом. При этом характерно что большинство из них занимало доминирующее положение на этом участке Днестра и до создания водохранилища (Ярошенко, 1957).
Из этого следует, что постоянный приток зоопланктона с верхнего участка Днестра имеет в данном случае исключительно большое влияние на его формирование в водохранилище. В течение вегетационного период состав зоопланктеров значительно колеблется, но во всех случаях на neрвом месте стоят коловратки. Особенно увеличивается их разнообразие к осени, что, по-видимому, связано с увеличением органического загрязнения водохранилища. В ноябре разнообразие зоопланктона вообще резко снижается и к зимнему периоду достигает предельного минимума с npeoбладанием коловраток. Что касается численности коловраток, то, в зависимости от года исследований она колеблется в больших пределах.
В 1955 г. с весны до половины августа, т.е. в период больших скоростей течения воды, численность коловраток была незначительной (800-8950 экз/м³), что составляло не более 37% от общей численности зоопланктона. С понижением скорости течения до минимума и относительном посто янстве уровня воды в сентябре численность коловраток увеличивается и 309 900 экз/м³.
В 1956 г. в развитии коловраток наблюдаются 2 пика.
Первый, весенний, обусловленный прошедшим паводком, после чего начинается спад численности коловраток до половины августа. Во второй половине августа произошел, хотя и небольшой (до 1 м), но резкий подъем воды, что, повлекло новый подъем численности коловраток. Однако в обоих случаях (май и октябрь) численность коловраток не превышает 120 000 экз/м³.
В 1958 г. в численности коловраток наблюдается неуклонный подъем с мая по сентябрь, когда ее средние показатели достигли 845 000 экз/м³.
Наконец, в 1959 г. пики численности коловраток (в июне и октябре) произошли после прошедших весеннего и летнего паводков.
В отличие от коловраток, разнообразие веслоногих рачков на стационаре было представлено очень скудно. Наиболее постоянным из них был Acanthocyclops vernalis и его личиночные стадии. Однако уже в 1955 г. веслоногие рачки являлись доминантами в зоопланктоне, составляя в летний период 50-76% от общей его численности. В сентябре, наравне с увеличением общей численности зоопланктона, численность веслоногих достигла 309 000 экз/м³, но в связи с одновременным увеличением численности коловраток в это время относительные показатели их понизились до 13%. Но с третьей декады октября удельный вес веслоногих рачков снова повышается, не превышая 16-27% общей численности.
В следующем, 1956 г. при более благоприятных гидрологических условиях численность веслоногих по отношению к 1955 г. возросла в среднем в 11,6 раза, что отразилось и на общей биомассе зоопланктона.
В отличие от 1955 г. веслоногие образуют максимум уже во второй декаде июня, достигая 558 000 экз/м³, а в среднем за июнь — 372 000 экз/м³.
В июле одновременно с падением общей численности зоопланктона плотность веслоногих снижается в среднем до 66 100 экз/м³, или 31% от общей численности.
С августа по первую декаду сентября численность веслоногих несколько повышается, после чего следует постепенное понижение ее до ноября.
Аналогичная картина в распределении численности веслоногих наблюдается в 1958-1959 гг. В 1958 г. кривая их численности почти следует за кривой в 1956 г., в 1959 г. пик развития, достигающий 831 000 экз/м³, сместился после июньского паводка на июль. Во время сильного августовского паводка численность веслоногих снижается на стационаре до 4660, но в сентябре снова повышается до 14 660 экз/м³.
Разнообразие ветвистоусых на стационаре колеблется от 1-2 в ранневесенний и зимний периоды до 6-9 форм в летне-осенний период. Среди них наиболее обычными являются Bоsminа longirostris, Moina rectirostris, Diaphanosoma brachyurum и Daphnia cucullata.
В динамике численности ветвистоусых (рис. 51) в 1955-1956 гг. наблюдалось непрерывное нарастание ее с весны до сентября. Например, в мае 1956 г. плотность ветвистоусых едва достигала 200 экз/м³, или 1,2% от общей численности зоопланктона; в июне она повышается до 29 000 экз/м³ или 7 %; в июле 75 000 экз/м³, или 36%, а в августе 214 000 экз/м³, или 58%.


Рис. 51. Сезонная динамика численности ветвистоусых рачков на ст. Цыбулевка за 1955-1959 гг.: ( 1955) — 1; 1956 (2); 1958 (3); 1959 (4).
Наконец, в сентябре средняя их численность достигает 322 000 экз/м³ или 64% от общего количества зоопланктеров. Иначе говоря, к сентябрю зоопланктон становится преимущественно рачковым. Такое состоят в развитии ветвистоусых вполне обуславливается влиянием относительно больших площадей вновь залитого суходола в 1956 г.
Совершенно противоположная картина наблюдалась в 1958 г.: наиболее высокая численность ветвистоусых рачков на стационаре отмечена в июне — 305 610 экз/м³, или 42,9% общей численности зоопланктеров этого периода. В последующие месяцы вплоть до ноября численность ветвистоусых неуклонно понижается.
В 1959 г. численность ветвистоусых вообще низкая на протяжении всего вегетационного периода (максимальная в июле — 36 660 экз/м³) образует в течение его два небольших пика — в июле и сентябре. В обоих случаях они возникают после прошедших паводков в июне и августе.
В соответствии с качественным и количественным распределена зоопланктона в Дубоссарском водохранилище в первые 5 лет изменяют и показатели его общей остаточной биомассы.
В первом году становления водохранилища (1955 г.), с присущими eму гидрологическими особенностями, средняя биомасса зоопланктона вегетационный период составляла всего лишь 1,6 г/м³ (см. рис. 42). Минимальная биомасса наблюдалась в верхнем участке водохранилища — 0,042; в среднем участке она повысилась до 0,5 и в нижнем участке, включая заводь Ягорлык, до 2,6 г/м³.
В 1956 г. с увеличением общей плотности зоопланктона, главным образом ракообразных, средняя его биомасса за вегетационный период cocтавляла 3,2 г/м³. Если биомасса в верхнем участке остается на прежнем уровне — 0,06, то в среднем достигает 2,3, а в нижнем — 4,3 г/м³. Также, как и в 1955 г., максимум ее отмечен в июне и декабре.
Касаясь распределения массы зоопланктона водохранилиза в целом за 1956 г., следует принять во внимание, что нами не учтены скудные апрельские сборы, так как обычно в этот период температура воды редко превышает 8-9° и интенсивность питания рыб минимальная. Однако и сучетом апрельских показателей средняя остаточная биомасса зоопланктона за вегетационный период составляет 2,4 г/м³.
В 1957 г., ка видно из рис. 42, средняя остаточная масса зоопланктона составляет 2,8 г/м³. В верхнем участке она повышается до 0,12, в среднем до 4, а в нижнем 3,4 г/м³.
Средняя биомасса зоопланктона в 1958 г.. включая апрельские сборы,составила всего лишь 1,3 г/м³. Если пренебречь апрельскими сборами, то биомасса составит в среднем за вегетационный период 2,6 г/м³.
Наконец, в 1959 г.. пр данным июньских исследований, средняя остаточная биомасса по водохранилищу достигала 3,2 г/м³. В целом по водохранилищу средняя биомасса за полные 4 года исследований (1955-1958 гг.), включая и апрельские сборы зоопланктона, составит 2г/м³.
Как отмечалось нами выше, зоопланктон водохранилища заселяет всю толщу воды, однако наибольшая и более или менее равномерная его концентрация раблюдается в слое воды до глубины 5-6 м. С вертикальным распределением зоопланктона вполне согласуется и распределение остаточной биомассы, которая также концентрируется в основном в толще воды до 5-6 м и может быть принята за 2 г/м³, т.е.е за среднюю многолетнюю биомассу зоопланктона по водохранилищу.
Если принять среднемеженную площадь водохранилища за 5000 га, при соответствующей ей средней глубине 5 м (учитавая колебания уровня в пределах до 2,5 м), то средняя остаточная биомасса зоопланктона под 1 м² составит 10г, или 100 кг/га, сто несколько меньше прогнозируемого обилия биомассы М.Ф.Ярошенко (1967).
Сравнивая полученные нами данные по средней биомассе зоопланктона в водохранилище со средними ее показателями на этом участке Днестра до его затопления (3-15 мг/м³), можно видеть, сто биомасса зоопланктона в водохранилище увеличилась в общей сложности в 670-3300 раз на единицу площади.
Если исходить из принятого нами коэффициента рабочей продуктивности зоопланктона (Ярошенко, Набережный, 1955), то его кормовая биопродукция в водохранилище должна составить за вегетационный период не менее 45 ц/га.
Иначе говоря, зоопланктонных кормовых ресурсов в Дубоссарском водохранилище достаточно не только для удовлетворения кормовой потребности молоди, но и потребности планктоноядных рыб более старших возрастов. К сожалению, до сего времени еще не найдены способы практического использования этих возможностей не только в Дубоссарском водохранилище, но и целом для такого типа водоемов.
Вопросу питания рыб Дубоссарского водохранилища и их пищевых взаимоотношений посвящена специальная работа (Ярошенко, Томнатик, Набережный, Вальковская, Карлов, 1960). Поэтому здесь ограничимся общими сведениями по использованию ихтиофауной водохранилища кормовой биомассы зооапланктона.
Несмотря на имеющиеся различия в видовом и возрастном составах исследуемых рыб водохранилища, состав зоопланктонных рачков в их пищевом спектре был довольно однообразный. Чаще всего преобладали: Acanthocyclops vernalis, Daphnia longispina, D. cucullata, Moina rectiristris, Leptodora kindtii, Bosmina longirostris и их молодь, т.е. формы, которые по своему удельному весу занимали ведущую роль и в зоопланктоне водохранилища. Определенную роль в питании рыб играли придонные формы, как-то Eucyclops serrulаtus, Simocephalus vetulus, Jlyocryptus sordidus и Macrothrix laticornis, которые в гидробиологических cбopax были представлены очень бедно.
Коловратки, несмотря на их массовость, за некоторым исключением, используются в пищу рыбами всех возрастов незначительно.
Наименее разнообразный состав поедаемого зоопланктона (3-4 формы) установлен в верхнем участке водохранилища. По мере приближения к нижнему участку разнообразие зоопланктеров в пищевом рационе возрастает до 18-19 форм. Такую же закономерность наблюдали и по количеству потребляемого зоопланктона, что соответствует, как мы видели выше, распределению состава и численности зоопланктеров вдоль водохранилища по направлению к плотине.
Для более ясного представления о кормовом значении зоопланктона весь состав рыб водохранилища был подразделен по их размеру на две группы: группу рыб длиной до 10 см, куда вошло большинство сеголетней молоди, и группу рыб длиной свыше 10 см, куда входит большинство взрослых особей. Как видно из табл. 43, где приведены средние данные за пять лет по весу зоопланктона в пищевых комках исследуемых рыб, зоопланктон водохранилища используется в пищу не только молодью, что вполне естественно, но и значительным числом бентофагов и даже хищными рыбами более старших возрастов.

Таблица 43

Удельный вес зоопланктона в пище рыб (в % к общему весу пищевого комка)

Вид рыб Возрастная группа
у молоди
до 10 см
у рыб
старших
возрастов
плотва 11,8 9,4
вырезуб 39,8 3,0
голавль 22,7 3,2
жерех 0,7 1,5
подуст + +
пескари 7,3 2,5
уклея 38,3 15,3
лещ 78,5 9,9
белоглазка 53,3 1,2
рыбец 45,6 5,3
чехонь 27,2 21,2
сазан 14,2 0,6
судак 51,6 0,1
окунь 5,0 17,9
ерши 0,3 +
бычки 1,8

Примечание: " + " наличие зоопланктона; " — " отсутствие зоопланктона

Среди молоди рыб, наиболее интенсивно потребляющей зоопланктон, выделяется комплекс промысловых рыб — вырезуб, голавль, лещ, рыбец, сазан, белоглазка, чехонь и судак.
Более высокие показатели потребления зоопланктона отмечены у молоди вырезуба, голавля, леща, белоглазки, рыбца, чехони и сазана, у которых вес зоопланктона составлял 27,2-78,5% от общего веса пищевого комка.
В питании молоди малоценных и «сорных» рыб — уклеи, окуня, пескарей, красноперки, ершей и бычков зоопланктон играет менее существенную роль (0,3-38,3% по весу).
Снижение интенсивности потребления зоопланктона в пищу старшими возрастами рыб объясняется, с одной стороны, самой биологической особенностью этих рыб, а с другой — обилием кормовой донной фауны, биомасса которой в среднем за пять лет по водохранилищу, по данным Ярошенко (1962), составляет 380 кг/га.
Резюмируя вышеизложенное, можно сделать следующие выводы.
1. Биологическая обеспеченность формирования зоопланктона в водохранилище удовлетворительная. Каждую секунду в среднем из Днестра поступало около 1,6 млн. зоопланктеров, которые накладывают определенный отпечаток на зоопланктон водохранилища в целом. Из них в водохранилище сохраняют доминирующее положение среди коловраток Brachionus annularis, Keratella cochlearis, Synchaeta sp., Polyarthra trigla, среди веслоногих — Acanthocyclops vernalis и его личиночные стадии и среди ветвистоусых — Bosmina longirostris и Moina rectirostris.
2. В видовом составе зоопланктона за первые пять лет становления водохранилища обнаружено 120 форм, что в два раза превышает разнообразие зоопланктеров, установленное в Днестре без его низовья до образования водохранилища, и соотношение групп в условиях водохранилища несколько изменяется.
Наряду с приведенными формами зоопланктеров, в одинаковой мере являющимися доминантами в Днестре и водохранилище, здесь впервые были обнаружены Sida cristalina, Daphnia cucullata с ее разновидностями berolinensis и kahlbergensis, Pleuroxus uncinatus, Eurycercus lamellatus, Simocephalus vetulus и Leptodofa kindtii — из ветвистоусых рачков; Eucyclops macruroides и Mesocyclops crassus — из веслоногих; Diantomus Graciloides, D. coeruleus и Paradiaptomus alluadi — из каляноид; Rotaria neptunia, Brachionus falcatus, Br. budapestinensis, Br. nilsoni, Trichotria tetractis, Platyias patulus, Asplanchna sieboldi, Scaridium longicaudum и Pedalia oxyure — из коловраток.
Некоторые из них стали не только обычными, но и доминирующими компонентами зоопланктона водохранилища.
3. Значительно большие изменения произошли в численности зоопланктеров. Если до образования водохранилища здесь средняя численность зоопланктона едва достигала 1150 экз/м³, то в течение первых пяти лет становления водохранилища она достигала в нем в среднем 216 тыс. экз/м³, или увеличилась в 188 раз. Средняя же численность рачковых зоопланктеров за этот период времени составляла по водохранилищу 74 050 экз/м³ с колебаниями от 37 020 (1955 г.) до 105 316 экз/м³ (1956 г.) против 964 экз/м³ в Днестре, у Каменки.
4. В связи с резко выраженной периодической проточностью и перемешиванием воды в водохранилище вся ее толща заселена зоопланктоном с наибольшей концентрацией его в верхнем до глубины 5-6 м и придонном слоях воды.
5. Средняя остаточная биомасса зоопланктона в водохранилище составляет 2 г/м³, или 100 кг/га, что по меньшей мере в 650-700 раз больше на единицу площади, чем наблюдали на этом участке до образования водохранилища.
6. Изменение состава зоопланктона в водохранилище положительно сказалось на его состоянии и в нижнем бьефе, где его численность оказалась в 11,3-56,2 раза, а биомасса в 350 раз больше, чем на ст. Каменка, расположенной выше водохранилища. В результате удельный вес зоопланктона в пище леща, плотвы, рыбца и чехони достигает 5,3-21,2%, а у некоторых хищников, как судак, жерех и окунь, — 0,1-17,9% к общему весу пищевых комков.
7. Приведенное состояние зоопланктона в водохранилище, очевидно, сохранится и в последующие годы.

© 1964. Авторские права на статью — принадлежат А.И.Набережному, (в монографии «Дубоссарское водохранилище» под редакцией М.Ф.Ярошенко), (Ин-т зоологии АН МССР).
Использование и копирование статьи разрешается с указанием автора и ссылкой на первоисточник HERALD HYDROBIOLOGY

Январь 31, 2010 Posted by | Dubossari Reservoir | , , , , , , , , , , , | Оставьте комментарий

Изучение коловраток в Молдавии

КРАТКИЙ ИСТОРИЧЕСКИЙ ОЧЕРК ИЗУЧЕНИЯ КОЛОВРАТОК И ЭКОЛОГИЧЕСКИЕ УСЛОВИЯ ИХ ОБИТАНИЯ В ВОДОЕМАХ МОЛДАВИИ
Интерес к коловраткам известен издавна. Первые упоминания о них появились с открытием микроскопа в начале VIII века. Впервые описание коловратки сделал J. Harris в 1696 г., а первые зарисовки — А. Левенгук (I703-I7I3). Последующие 100 лет были периодом описания новых видов коловраток и попыток разобраться в их систематике. Однако только в 1838 г. С. M. Ehrenberg предпринял попытку привести коловраток в естественную систему, которой придерживались большинство натуралистов XIX столетия. Ему же принадлежит приоритет первого описания самца коловраток. Начиная с этого времени расширяются исследования, посвященные описанию новых видов и родов коловраток, сравнительной анатомии и морфологии, эмбриологии, систематике, биологии и другим сторонам их жизнедеятельности.
Обстоятельный исторический обзор исследований коловраток приведен в монографических сводках E. Bartoš (1959), L. Rudescu (I960), Л. А. Кутиковой (1970) и др. Мы не затрагиваем также морфоанатомического строения коловраток, в полной мере раскрытого в приведенных сводках, а также в учебниках зоологии и методических пособиях по зоологии для ВУЗов. Отметим лишь, что появление обстоятельного отечественного определителя по коловраткам Л. А. Кутиковой (1970) во многом активизировало изучение этой группы гидробионтов в самых различных районах нашей страны. Они совпали с периодом развертывания фундаментальных исследований биологии, питания и пищевых взаимоотношений, экологии, физиологии и других сторон жизнедеятельности коловраток. Они существенно дополнили информацию о роли коловраток в биотическом балансе разнотипных водоемов.
Первые сведения о коловратках водоемов Молдавии встречаем в работе R. Rodewald (1935). Весной 1935 г. он обследовал речку Бык в пределах г. Кишинева (станции Вистерничены и Ревака), а также небольшой прудик с. Злоти Чимишлийского района и установил 66 видов и вариететов коловраток из родов Braсhionus (сalyciflorus, quaridentatus, rubens, leydigii И др.), Keratella (cochlearis и quadrata), Cephalodella (gibba, gracilis, catellina), Filinia (longiseta, cornuta, terminalis), Dicranophorus (caudatus, rosa), Trichocerca, Polyarthra, Notholсa, Lepadella, Colurella. С фаунистической и зоогеографической точек зрения интерес представляло нахождение Notommata doneta (впервые для Европы), Pleurotrocha constricta, Proales micropus, Cephalodella gusuleachi, Dicranophorus armatus lepsii, Lepadella amphitropis и ряда других видов. Их обитание и в других водоемах республики подтвердили наши более поздние исследования.
Несколько ранее J. Lеpşi (1932) указал 16 видов коловраток в придунайских лиманах Кагул, Ялпух, Катлабух, Китай, Кугурлуй, а также в припрутском озере Делеу. Среди выявленных им видов заслуживают внимания Brachionus fulcatus, Br. diversicornis hоmoceros, Hexarthra mira и др.
Следует упомянуть также список коловраток этих же водоемов и низовьев Дуная, приведенный H. Spandl (1926). Нашими исследованиями (Набережный, 1979) на примере озера Кагул подтверждено нахождение Lepşi и Spandl Platyias patulus, Platyias quadriсornis, Colurella adriatica, Еudactylota eudactylota, Ploesoma lenticulare, Triсhocerсa longiseta и др.
Этими работами исчерпываются сведения о коловратках водоемов Молдавии в период 19I8-1940 гг.
Планомерные комплексные гидробиологические исследования водоемов Молдавии, включая всестороннее изучение коловраток, началось только после Великой Отечественной войны. В их задачу входили выяснение закономерностей развития биологических процессов во внутренних водоемах республики и разработка научных основ рационального использования биологических ресурсов. Было доказано, что большая часть водоемов республики, особенно прудовой фонд, водохранилища на малых реках, Дубоссарское водохранилище на реке Днестр и пойменные водоемы Прута и Днестра потенциально богаты биологическими ресурсами.
Изучены видовой состав, распространение, динамика численности, некоторые стороны экофизиологии, биологии, трофических связей, роли в процессах самоочищения и общей продуктивности; внесены существенные дополнения в интенсификацию процесса культивирования перспективных видов коловраток и др.
Общеизвестно, что условия, в которых живут водные организмы, в данном случае коловратки, имеют решающее значение для их качественного и количественного развития. Молдавия, несмотря на достаточно густую гидрографическую сеть, сравнительно бедна водными ресурсами (Ярошенко, Пояг, 1966). Площадь всех ее водоемов составляет примерно 65,0 тыс.га, из них реки занимают 34,0 тыс.га, пруды и малые водохранилища — 18,0 и озера и водохранилища 13,0 тыс.га.
В республике насчитывается 3085 водотоков общей протяженностью 16I53 км (Бевза, 1964; Ярошенко, Пояг, 1966), из которых 3007 суммарной протяженностью 10651 км являются малыми реками (длиной до 100 км). Все реки Молдавии входят в бассейн Черного моря.
Наиболее крупная река — Днестр, который со своими многочисленными притоками обеспечивает основные потребности хозяйственного, питьевого, промышленного и сельскохозяйственного водоснабжения республики. Водная площадь русловой части Днестра в пределах Молдавии не превышает 10 тыс. га. Протяженность Днестра — 1352, в том числе в пределах Молдавии — 657 км.
По гидробиологическому режиму Днестр близок к рекам горного типа с резко выраженным горным верховьем, растянутым предгорным участком и коротким равнинным низовьем. Это подтверждается также особенностями уклона реки, распределением внутригодового жидкого стока, значительным содержанием взвешенных веществ (до 9,2 кг/м3) и паводковым режимом на протяжении всего года (до 16 паводков в год). Все указанное обусловливает крайнее непостоянство режима его уровня и степени проточности (Ярошенко, 1957).
В 140 км от устья Днестра отделяется левый рукав Турунчук, снова соединяющийся с Днестром через озеро Белое в 20 км от устья.
В пределах Молдавии в Днестр впадают 1686 прогонов общей протяженностью 8835 км, но из них 1547 имеют длину менее 10 км. Почти все притоки зарегулированы. К наиболее крупным относятся Реут, Икель, Бык, Ботна (правобережные), Каменка, Рыбница и Ягорлык (левобережные).
Вторая по величине река, протекающая на территории Молдавии, Прут, последний крупный левобережный приток Дуная. Длина реки 989 км, ив них в границах республики — 695 км. На протяжении 715 км по р. Прут проходит государственная граница между СССР и СРР (Ресурсы поверхностных вод СССР, 1969).
На основании морфологических и гидрологических особенностей реки и ее бассейна А. М. Норбатов (1944) делят Прут на три участка: верхний (горный и предгорный) — от истоков до г. Черновцы, протяженностью 185 км (скорость течения воды до 3 км/с), средний — от г. Черновцы до с. Скуляны, 320 км (скорость течения до 0,7 м/с) и нижний — от с. Скуляны до устья, 445 км (скорость течения 0,3м/с). Донные отложения в среднем и нижем течении в основном представлены илистыми грунтами с примесью песка, гальки и глины, в верхнем — галькой и каменными плитами.
Для водосброса Прута характерно наличие большого количества малых притоков. Из 542 водотоков, впадающих в Прут, 46 приходяся на Молдавию: Вилий (50 км), Лопатник (57 км), Раковец (57 км), Чугур (90 км), Каменка (93 км), Лапушна, Сарата и др. Почти все притоки Прута в пределах республики зарегулированы и являются цепочками прудов, используемых для орошения и рыбохозяйственных целей.
Количество взвешенных веществ в р. Прут во время паводков, достигает 12 кг/м3. Поэтому не случайно прозрачность воды нередко понижается практически до нуля (Гримальский, 1970).
В озера Дуная и Причерноморья впадают реки Кагул, Ялпух, Когильник, Сарата и другие, характеризующиеся маловодностью. Режим рек полностью зависит от количества осадков.
Крупных озер в Молдавии нет. Их заменяют несколько пойменных водоемов Днестра и Прута, общая площадь которых при среднемеженном уровне составляет 1835 га, а емкость — 19,1 млн.м3. Озера Белеу (800 га), Драчеле (120 га), Ротунда (200 га) находятся в нижней левобережной пойме реки Прут, а Красное, Кривое, Ротунда, Белое и другие — в пойме Днестра (Пояг, 1974). Средняя их глубина около 1 м. Озера заболочены, значительная часть поверхности покрыта водной растительностью.
Гораздо больший объем запасов воды зарегулирован в искусcтвенных водоемах — водохранилищах и прудах. Наиболее крупное водохранилище — Дубоссарское. Оно занимает отрезок Днестра от пгт. Каменка до г. Дубоссары. При НПГ водохранилище имеет длину 128 км, площадь 6750 га, среднюю глубину 7,5 м. Наиболее глубоководная часть приходится на приплотинный участок. Ширина водохранилища колеблется от 300 м в верхней его части до 1,3 км в районе плотины. Объем его в связи с интенсивными процессами заиления уменьшился за 20 лет существования с 485,5 до 335 млн.м3 (Горбатенький, Гуранда, 1977). По своим, типологическим особенностям водохранилище относится к типично-русловым водоемам степной климатической зоны с многократным (до 35 раз) среднегодовым водообменом (Ярошенко, Набережный, 1955; 1959; Ярошенко, 1957; 1962).
В гидрографическом отношении водохранилище естественно делится на три участка. За верхний принимается участок от rpaницы подпора до г. Рыбница, средний — от г. Рыбница до с. Цыбулевка нижний — от с. Цыбулевка до плотины ГЭС (Ярошенко, 1956, 1957). Проточноcть водохранилища определяется главным образом состоянием уровенного режима воды в Днестре. Максимальные скорости течения в водохранилище колеблются от 1,8 до 0,18 м/с (верхний и приплотинный участки соответственно). Такой режим проточности способствует постоянному вертикальному перемешиванию водных масс, что положительно сказывается на температурном и гидрохимическом режимах всей толщи воды, устраняя более или менее длительную стратификацию.
Высшая водная растительность встречается в виде отдельных полос тростника и рогоза вдоль берега. Местами имеются небольшие куртины рдестов, роголистника, урути и др. Лишь в заводи Ягорлык водная растительность образует более густые заросли тростника, рогоза и других водных растений.
Отличительной чертой Дубоссарского водохранилища является отсутствие крупных заливов. Единственный залив, образованный в долине р. Ягорлык, площадью около 300 га не меняет общей конфигурации водохранилища.
В республике более 10 малых водохранилищ с проектной водной площадью от 100 до 900 га. Все они используются для удовлетворения различных хозяйственно-бытовых нужд колхозов и совхозов, а также ведения интенсивного рыбного хозяйства.
Самое южное непроточное водохранилище — Конгазское. Его плотина пересекает р. Ялпух примерно в 70 км от истока. Площадь его 586 га при длине 8,3 км, средняя ширина 0,7 км; максимальная глубина 5,3 м при средней не более 2 м; емкость 11,4 млн.м3. Мелководья до глубины 3 м занимают большую часть площади водохранилище. Главным источником водного питания является р. Ялпух. Прозрачность воды колеблется от 30 до 75 см, зимой достигая 2,5 м.
Водная растительность развита незначительно, и то на мелководье. Она представлена куртинами клубнекамыша, рдеста, ситника и тростника.
Непроточное, Комратское водохранилище, вытянутое на 3,5км с многолетним регулированием, расположено также на р. Ялпух, примерно в 30 км выше Конгазского. Площадь 170 га; объем воды 4 млн.м3; средняя ширина 0,4 км; максимальная глубина 3,5 м. Донные отложения, также как и в Конгазском водохранилище, представлены илами, в прибрежных участках они глинистые. Проточность обоих водохранилищ возможна только при обильном снеготаянии или сильных ливнях.
Небольшие заросли и отдельные куртины водной растительности в верховье водохранилища состоят преимущественно из тростника, рогоза, нередко камыша. Куртины же мягкой подводной растительности, в частности рдеста, лютика и водной гречихи, — мелкие и крайне редкие. Водохранилище расположено непосредственно у г. Комрат и помимо рыбоводства используется для летнего отдыха.
На реке Ботна, правом притоке Днестра, сооружены три малых водохранилища: Ульменское (у с. Ульма Котовского района), сaмое верхнее, площадь 72 гa и объем воды 2,14 млн.м³; Костештское (у с. Костешты Котовского района) в 20 км ниже предыдущего, плoщадь 182 га и объем воды 3,35 млн.м3 и Резенское (у с. Резены. Koтовского района) на 20 км ниже предыдущего, площадь 194 га, емкость 3,4 млн.м3. Водохранилища непроточные (Гримальский, 1970). Бывшее Лазовское водохранилище на р. Реут во всех отношениях отличалось от предыдущих. Площадь его составляла всего 70-75 га, однако водообмен происходил в среднем 100 раз в год или каждые три-четыре дня, что характеризовало водохранилище как типично-русловое. Средняя скорость течения воды в зависимости от водности р. Реут достигала 30-50 см/с, прозрачность — 30-120 см. Продольная ось превышала 7 км, а средняя его ширина едва доходила до 100 м, при максимуме 150 м. Средняя глубина 2,5, максимальная 4 м. Общая емкость водохранилища 1,7-1,8 млн.м³. Водная растительность сосредоточивалась главным образом в верхней, наиболее суженной и мелководной части водохранилища. Чаще других здесь встречались рдесты и роголистник. Последний образовывал местами настоящие заросли. Значительно реже отмечены стрелолист, частуха подорожниковая, сусак зонтичный и др. Сплошным ковром покрывала значительные пространства дна кладофора.
Марамоновское водохранилище относится к полупроточным. Оно сооружено на р. Куболта, притоке Реута, у с. Марамоновка Дрокиевского района. Площадь около 100 га, максимальная глубина 6, средняя — 1,5-2,0 м.
Кучурганский лиман — один из наиболее крупных левобережных пойменных водоемов низовья Днестра. Он образовался в устье пересыхающей речки Кучурган. По данным Ю. М. Марковского (1953)и М. Ф. Ярошенко (1950, 1957, 1973) лиман представляет собой отчленившийся в прошлом участок Приднестровского лимана, до последнего времени сохранивший ряд компонентов реликтовой лиманной фауны, специфичной для эстуариев низовьев рек Понто-Каспийского бассейна.
С 1964 г. лиман используется в качестве водоема-охладителя Молдавской ГРЭС. Для поддержания необходимого уровня воды лиман в нижней части перегорожен водорегулирующей плотиной. После зарегулирования его площадь составляет 2900 га, средняя глубина 3 м, емкость воды около 88-92 млн.м3. Длина лимана 15, наибольшая ширина 3 км. Верховье, приплотинный и отдельные прибрежные участки зарастают в основном тростником и рогозом. На открытых участках встречается рдест, валиснерия, роголистник. Общие запасы высшей водной растительности оцениваются в 60 тыс.т (Шаларь, 1971).
В Молдавии насчитывается примерно 1500 прудов, их общая площадь 16,0 тыс.га. Объем воды при нормальном подпорном горизонте достигает 233 млн.м3. Около 99% прудов расположены в балках, поймах небольших речек и ручейков. Источниками водоснабжения 7,5% прудов являются небольшие речки, 52,9% — ручейки, 26,8% — родники и 12,8% — исключительно атмосферные осадки (Пояг, 1974). Площадь прудов варьирует от 3-4 до 200 га, а средняя глубина от 0,8 до 3,0 м. Большинство прудов расположены за пределами населенных пунктов. Их водосборная площадь включает приусадебные участки, огорода, животноводческие комплексы, откуда вместе с паводковыми водами в пруды поступает большое количество органических веществ. Дополнительное значительное количество органики и пестицидов смывается в пруды с сельскохозяйственных угодий. Не случайно для воды прудов характерно постоянное наличие биогенных элементов и высокие величины бихроматной окисляемости, способствующие обильному развитию фитопланктона, особенно синезеленных, протококковых и других групп водорослей.
Озеро Кагул, расположенное вблизи г. Рени, относитоя к группе пресноводных придунайских лиманов. Оно состоит из двух морфологически различных частей: узкой и длинной (до 17 км) вершины широкого эллиптической формы низовья длиной до 13 и шириной до 11 км. С южной стороны озеро соединено о Дунаем коротким гирлом Векета, а также с оз. Картал. Площадь лимана колеблется от 103 до 105,5 км2. Максимальная глубина в меженный период — 2, при средней 1 м (Lepşi, 1932; Владимирова и Зеров, 1961).
В прибрежной зоне распространены тростниково-рогозовые заросли, в открытом плесе — рдест гребенчатый. Общая площадь зарослей макрофагов 800 га, из них 554 покрыты тростником и узколистным рогозом (Борщ, 1979). По подсчетам 3. Т. Борща (1979), суммарная биомасса всей водной растительности лимана в расчете на 1 га составляет 73 т.
Прозрачность воды в связи с мелководностью лимана, постоянным и интенсивным ветровым перемешиванием почти всей толщи воды в редких случаях превышает 1 м.
К числу абиотических факторов, оказывающих существенное влияние на формирование среды обитания коловраток и многие стороны функциональной деятельности, следует отнести температуру и минерализацию воды, содержание в ней растворенного кислорода и величину концентрации водородных ионов (рН).
В целом температурный режим воды в водоемах Молдавии благоприятствует протеканию всех жизненных функций коловраток. Haпример, в прудах и малых водохранилищах среднесуточная температура воды уже к 15 апреля, в зависимости от характера весны, поднимается до 8-15°С и сохраняется на этом уровне до 15 октября (Ярошенко, 1956, 1958; Гримальский, 1962; Горбатенький, Бызгу, 1964). В отдельные жаркие летние дни она превышает 29°С. Сумма температур в градусах-днях за период с 1 мая пo 1 октября колеблется от 3045 до 3265.
В Дубоссарском водохранилище среднегодовая температура верхнего слоя достигает 10,5° С (Дубоссарское водохранилище, 1964). Температура ниже 1°С отмечена в декабре, январе и феврале, но в отдельные годы она повышается до 2,5-3,0°С. Максимальные показатели в июле составляют 25,5-26,5°С, а в отдельные дни — 28,0-29,0°С. Вместе с тем бывают годы, когда июльская среднемесячная температура воды равна примерно 22,0, а среднепятидневная — 21,0°С.
В Кучурганском лимане-охладителе Молдавской ГРЭС влияние сброса подогретых вод ГРЭС на горизонтальное распределение температуры воды начало проявляться с пуском первых энергоблоков в 1964 г. К 1970 г. при мощности ГРЭС 1200 тыс.кВт тепловое воздействие распространилось на весь лиман, а в нижнем циркуляционном участке среднегодовая температура воды доходила до 18°С (Ярошенко, Горбатенький, 1973). В 1982 г. в период с апреля по октябрь средняя температура воды повышалась до 23,2°С, в леткие месяцы достигала 33,5°С.
Температурный режим днестровской воды в пределах Молдавии крайне неустойчив. Максимальная температура (25,0-26,0°С) зарегистрирована в июле-августе, но в некоторые годы она понижается до 18,0-19,0°С, что объясняется поздним таянием снега в Карпатах и влиянием подземного стока (Ярошенко, 1957). Обычно температура воды около 15,0°С отмечается в последней декаде апреля и сохраняется на этом уровне до конца первой декады октября. Среднемноголетняя температура воды Днестра на отдельных станциях колеблется от 10,7 до 12,9°C.
В озере Кагул среднедекадная температура воды с 15 мая по 15 сентября 1973-1974 гг. была выше 20°С. Общая сумма градусо-дней в период апрель-октябрь составляла в среднем 4000. В отдельные дни летняя температура воды достигала 28,7-29,4°С. В связи с постоянным ветровым перемешиванием всей ее толщи, различия в вертикальном распределении температуры воды в озере не превышали 0,2°С.
Солевой состав. Вода в реке Днестр относится к гидрокарбонатному классу группы кальция второго типа (по классификации Алекина, 1946) с минерализацией от 300 до 780 мг-экз./л (Ярошенко, 1957; 1964; Бызгу, Ярошенко и др., 1964; Бызгу, 1977). В Дубоссарском водохранилище солевой состав воды вследствие значительного водообмена днестровской водой мало чем отличается от последней и колеблется в пределах 332 — 595 мг/л. В придонных слоях сумма ионов в зимний период достигает 685 мг/л (Бызгу, 1977). Состав воды реки Прут почти аналогичен днестровской, а ее минерализация варьирует от 290 до 600 мг/л (Бызгу, 1964). Минимальные величины минерализации такие же как и в Днестре. Они приходятся на время весеннего половодья, летних ливневых дождей и таяния снега в Карпатах. Максимальные величины минерализации вода Днестра и Прута наблюдаются в январе-феврале.
В Кучурганском лимане-охладителе Молдавской ГРЭС минерализация воды находится в диапазоне 575-1200 мг/л и по ионному составу относится к гидрокарбонатному-сульфатно-хлоридному классу.
В озере Кагул вода менее минерализованная (385-476 мг/л) и принадлежит к гидрокарбонатному классу группы кальция, периодически натрия-кальция-магния, второй тип (Ярошенко, Бызгу, Кожухарь, 1973; Бызгу, Зубкова, 1979).
Конгазское, Комратское, Гидигичское, Казанештское и Лазовское малые водохранилища являются водоемами с повышенно-минерализованными водами. Сумма ионов колеблется от 700 до 2228 мг/л. По ионно-солевому составу вода этих водохранилищ принадлежит к сульфатно-хлоридно-натриевому (Конгазское), сульфатно-натриевому (Комратское), гидрокарбонатно-магниево-натриевому (Гидигичское) и сульфатно-гидрокарбонатно-натриевому (Лазовское, Казанештское) типам. Минерализация воды Кишкаренского водохранилища значительно выше (2000-4000 мг/л); по ионно-солевому составу это сульфатный класс группы натрия второго типа (Бызгу, 1964).
Заметно ниже минерализация воды в водохранилищах на малых реках бассейна р. Ботна (284,0-760,8 мг/л), истоки которой расположены в кодровой зоне Молдавии. Здесь вода гидрокарбонатного класса группы магния.
Вода притока Днестра Реута на участке от истоков до г. Бельцы относится к гидрокарбонатному классу с минерализацией, редко превышающей 1000 мг/л. Ниже г. Бельцы до впадения в Днестр вода Прута переходит в сульфатно-гидрокарбонатный класс группы натрия с минерализацией от 1000 до 2000 мг/л. Сумма ионов воды притока Днестра Ботна варьирует в течение года и по годам от 1000 до 5000 мг/л.
Малые реки Кагул, Ялпух, Когильник, Тараклия — маловодны и временами пересыхают. Химический состав воды их меняется на всем протяжении. Преобладает хлоридно-сульфатно-натриевый класс с минерализацией до 5000 мг/л. Минерализация более мелких рек в отдельных случаях достигает 10000 мг/л.
Минерализация основной массы прудов Молдавии колеблется от 400 до 7000 мг/л, причем в 70% прудов сумма ионов превышает 1000 мг/л. Прудов с минерализацией воды ниже 200 мг/л в Молдавии нет, и, как отмечает М. Ф. Ярошенко (1956), условия для их o6pазования отсутствуют.
Кислородный режим воды в водоемах республики в целом благоприятен и соответствует жизненным потребностям коловраток. Резкое снижение содержания кислорода в поверхностных и придонных слоях воды до угрожающего минимума наблюдается редко и непродолжительно. Чаще, особенно в прудах, малых водохранилищах и других водоемах, при чрезмерном развитии фитоплантона отмечается перенасыщение воды кислородом.
Что касается активной реакции воды (рН), то в большинстве водоемов и водотоков ее величина находится в диапазоне от 7,5 до 8,2. В озере Кагул и Кучурганском лимане показатель концентрации водородных ионов несколько выше — 8,3-8,5, а в отдельных прудах периодически доходит до 9,2-9,6 (Гримальский, Фридман, 1955; Ярошенко, 1966; Бызгу, 1963; Кожухарь, 1970).
Среди биотических факторов среды обитания коловраток большое значение имеет качество и количество пищи. Учитывая это, мы остановимся на характеристике бактериофлоры, фитопланктона и протозойной фауны водоемов и водотоков Молдавии. Несомненно, что состав кормовых компонентов коловраток этими объектами не исчерпывается, но они играют первостепенную роль (Эрман, 1956, 1962, 1963; Галковская, 1963, 1965; Кутикова, 1970).
Бактериальная флора в водоемах республики очень обильна (Кривенцова, 1959, 1963, 1964, 1971, 1973, 1977). В малых водохранилищах, например, среднее число бактерий варьирует от 8 в Конгазском до 26,9 млн.кл./мл в Кишкаренском водохранилищах, а биомасса соответственно от 6,7 до 21,7 мг/л. В период летних максимумов численность бактерий в Гидигичском и Кишкареноком водохранилищах достигает 76,9 и 113,2 млн.кл./л, а биомасса их соответственно 61,5-92,6 мг/л. Неравномерное распределение бактериофлоры в малых водохранилищах зависит не только от содержания органических и биогенных веществ, но и от температуры, иногда и погодных условий.
Степень обсеменяемости малых водохранилищ сапрофитными бактериями очень велика (до несколько тысяч и даже десятков тысяч клеток в 1 мл воды). Это указывает на обилие в них органического вещества аллохтонного и автохтонного происхождения.
Общее число бактерий в Дубоссарском водохранилище составляет в поверхностном слое воды 0,5-12,9 (на отдельных участках 19,0 млн.кл./мл), в придонном слое — 0,6 — 21,9 и в сыром rpyнтe — 12.2-93.4 млрд.кл./г.
Что касается биомассы бактерий в водохранилище, то она колеблется в верхнем слое воды в пределах 0,29-14,6, в придонных — 0,23-10,9 мг/л, а в верхнем слое донных отложений от 3,25 до 105,6 г/кг сырого грунта. Наибольшие величины биомассы примерно в 48% случаев характерны для прибрежных участков.
Численность бактерий в р. Днестр на участке выше водохранилища (пгт. Каменка) варьирует на протяжении года от 3,7 млн.кл./мл в апреле до 16,2 млн.кл./мл в августе. Примерно такое же количество их содержится в Волге близ Куйбышева, но это гораздо больше, чем в таких реках, как Москва, Кубань, Урал и др. (Родина, 1959).
В нижнем участке Днестра в связи с его интенсивными загрязнением общая бактериальная численность достигает 27,6 млн.кл./мл, а число сапрофитов — 4960 кл/мл.
В придунайском лимане Кагул величины численности бактериофлоры составляют от 4,9-5,3 весной до 9,3-15,0 млн.бакт./мл летом.
Кучурганский лиман в отношении развития бактериофлоры (Кривенцова, 1973) также, как и многие другие водоемы-охладители (Мордухай-Болтовской, 1971, 1975), своеобразен. Значительный, но неодинаковый прогрев водных масс по акватории лимана влечет за собой ряд существенных изменений, отражаясь в первую очередь на продуктивности и распределении численности бактерий. Этот показатель находится в пределах 0,5 — 10,2 млн.кл./мл воды и 8,1-90,0 млрд.бакт./г сырого грунта.
В мелководной речке Кучурган, питающей лиман, средняя численность бактерий составляет 6,4, а в притоке Днестра Турунчук — 4,1 млн.кл./мл.
Заметно ниже показатели численности бактерий в р. Прут: 280,0 тыс.кл./мл. а верхнем течении и 1,8 млн. кл./мл в нижнем (Гримальский, 1970). Зато в прудах общее количество бактерий достаточно высокое — 14,5-75,8 млн.кл./мл, а в прудах, удобряемых органическими и минеральными веществами, — 127,8 млн.кл./мл (Гримальский, Кожокару и др., 1970; Кожокару, Мущинский и др., 1973; Кожокару, Козлова и др., 1976).
По показателям численного развития и продуцирования бактерий водоемы республики отнесены Т. Д. Кривенцовой к эвтрофному типу, что подтверждается данными и по другим группам водных организмов.
Существование большинства популяций коловраток прямо или косвенно связано также с наличием в водоемах фитопланктона.
Как показали исследования, фитопланктон водоемов республики качественно и количественно обилен (Шаларь, 1962, 1964, 1971; Шаларь, Обух, 1963; Набережный, 1965; Шаларь, Яловицкая, 1966; Кожокару, 1968; Данилов, 1970; Козлова, 1970, 1976; Кожокару, Яловицкая, 1974). Этому способствуют благоприятный термический режим и постоянное наличие в воде в достаточном количестве биогенных элементов.
В целом, среди выявленного состава фитопланктона (1005 видов и разновидностей) преобладают зеленые (336 таксонов), диатомовые (348), эвгленовые (150) и синезеленые (125 таксонов) водорослей.
Bмecтe с тем, следует отметить, что видовое соотношение отдельных групп фитопланктона даже в близких по типологии водоемах существенно различается и зависит от комплекса абиотических и биотических факторов, включая хозяйственное использование водоема, его санитарно — гидрохимическое состояние. Среди наиболее распространенных и массовых видов фитопланктона в водоемах республики следует выделить Scenedеsmus quadricauda, S. acuminatus, Ankistrodesmus аngustus, Coelastrum microporum, Crucigenia tetrapedia и др. — из протококковых, Stephanodisсus hаntzсhii, Nitsechia sp., Melosira granulata и др. — из диатомовых, Trachelomonas sр., Тг. intermedia, Strombomonas fluviatilis, Euglena texta, Phacus longicаuda и др. — из эвгленовых, Microcystis aeruginosa, Аphanizomenon flos-aquae, Anabaena spiroides и др. — из синезеленых, Phacotus coccifer, Chlamydomonas sр., Pandorina morum — вольвоксовых и ряд других.
В количественном отношении фитопланктон большинства водоемов республики также достаточно обилен. Ведущее положение в прудах и водохранилищах занимают синезеленые водоросли, на долю которых приходится до 75,1% в Дубоссарском водохранилище, 98,6% — в Кишкаренском и 91,9% от общей численности фитопланктона в некоторых прудах. По степени развития синезеленых водорослей в прудах Шаларь (1973) подразделяет их на «цветущие» (свыше 100 млн.кл./мл); с умеренным развитием (десятки миллионов кл./л) и с ограниченным развитием (менее 10 млн. кл./л). В Днестре и Реуте относительная численность этих водорослей несравненно ниже и составляет соответственно до 12,2% и 4% от суммарной численности фитопланктона, что объясняется специфическими условиями гидрологического режима этих водоемов.
Второе и третье места по количественному развитию разделяют протококковые и диатомовые водоросли. Первые численно преобладают в р. Днестр (1223,2 тыс.кл./л и 0,523 г/м3), Гидигичском (6808,2 тыс.кл./л и 2780 г/м3) и Кишкаренском (3108,0 тыс.кл./л и 1714 г/м3) водохранилищах, а также в некоторых прудах. Максимальная численность диатомовых обнаружена в пруду с. Хидороуцы (24,4 млн. кл./л), что обусловлено массовым развитием Stephanodiscus hantzschii, периодически достигающей более 121,0 млн.кл./л с биомассой 244 г/м3.
Рассматривая биотические условия водоемов республики, мы сочли необходимым коснуться также свободноживущих инфузорий как одного из очень важных звеньев в питании хищных и факультативнохищных видов коловраток. Напомним, что Л. А. Эрман (1963), рассматривая адаптивные возможности коловраток к использованию в пищу широкого круга представителей фитопланктона, выделил среди них комплекс потребителей животной пищи, насчитывающий 111 видов.
В систематическом составе свободноживущих инфузорий водоемов Молдавии выявлено более 715 видов. Наиболее разнообразны равноресничные инфузории (429 видов), особенно семейство Holophryidae. Спиральноресничные насчитывают 115, а кругоресничные — 170 видов. Из общего видового разнообразия инфузорий 195 видов (исключая Suctoria) обнаружены в Дубоссарском водохранилище, 217 — в Кучурганском лимане-охладителе Молдавской ГРЭС, 149 — в р. Бык, 117 — в Комсомольском озере, 113 — в Гидигичском водохранилище, 102 — в прудах и т.д. (Чорик, 1968, 1973, 1977, Чорик, Викол, 1979; 1981).
Достаточно высоки величины численности и биомассы инфузорий во всех типах водоемов республики. В Дубссарском водохранилище,например, среднегодовая их численность составляет 207,7 тыс.экз./м3 в планктоне и 620,6 тыс.экз/м2 в бентосе, с биомассой соответственно 670 и 360 мг. Наиболее высокая численность — 107 млн.экз./м2 — обнаружена в заводи Рыбница, что определялась бурным развитием кругоресничных инфузорий.
В Гидигичском водохранилище на основании зимних наблюдений установлено, что средняя численность инфузорий равна 1474 при максимуме 4245 тыс.экз./м2. Высокими оказались численнооть (2446 тыс. экз./м2) и биомасса (1,86 г) в выростных прудах рыбхона Гура-Быкулуй при ведущей роли равноресничных. Только в Кучурганском лимане показатели численного развития свободноживущкх инфузорий несколько ниже — в среднем 861,8 тыс.экз./м2, биомасса 560 мг. В общей численности инфузорий решающую роль играли Halоtricha и Spirotriсha.
Все вышеизложенное позволяет заключить, что в водоемах Молдавии постоянно имеются благоприятные трофические условия, в полной мере способствующие удовлетворению пищевых потребностей коловраток.

© 1984. Авторские права на статью принадлежат А.И.Набережному, монография «Коловратки водоемов Молдавии» (Ин-т зоологии и физиологии АН МССР)
Использование и копирование статьи разрешается с указанием автора и ссылкой на первоисточник HERALD HYDROBIOLOGY

Январь 6, 2010 Posted by | Rotatoria | , , , , , , , , , , , , , , , , | Оставьте комментарий